Редукционизм и супервентность
Редукционизм в самом широком смысле – это совокупность позиций, утверждающих, что определенный феномен или теория могут быть редуцированы (сведены) к другому феномену или теории соответственно. Редукция является одним из инструментов упрощения описания или объяснения, кроме того, это способ установления связи между базовым физическим уровнем и высокоуровневыми свойствами. Множество онтологических дискуссий в современной философии сознания и философии религии связано именно с противостоянием между редуктивными и нередуктивными подходами.
Статья

Редукционизм встречается в качестве одной из интерпретаций физикализма, поэтому понимание его разновидностей и пределов необходимо для анализа этого воззрения. Концепция супервентности, о которой также будет сказано далее, является одним из способов совмещения религиозных убеждений, интуиций о сознании и слабых физикалистских установок.

Наибольшее распространение получил редукционизм в отношении теорий, которые обусловлены желанием подвести все науки и явления под единое основание и показать, что существует единый способ описания всех явлений в мире. Более сильным утверждением является точка зрения, что одни феномены по своей сути могут быть сведены к другим феноменам. Такой подход может приводить к элиминации явлений, подлежащих редукции, их самостоятельное существование в данном случае следует признать иллюзией.

Можно выделить три основных модели редукционизма в отношении теорий. Во-первых, это модель перевода, которую можно сформулировать следующим образом: объект А может быть сведен (или редуцирован) к одному или нескольким объектам В, если все высказывания об объекте А могут быть преобразованы в высказывания об объектах В. Главными сторонниками этого подхода являются Р. Карнап и О. Нейрат.

Во-вторых, это деривативная модель, которая в наиболее распространенном виде звучит так: редукция имеет место тогда, когда законы редуцируемой науки оказываются логическими следствиями теоретических предположений базовой науки. В этом случае существует только один базовый набор принципов, который необходим для учета истин в обеих теориях. Сторонниками этого подхода являются Э. Нагель и К. Гемпель.

В-третьих, это объяснительная модель редукции, которая понимает редукцию следующим образом. Теория А сводится к другой теории B в отношении некоторого набора данных наблюдения O, в случае если: (1) словарь теории А содержит термины, не входящие в словарь В; (2) любую часть данных О, объясняемую с помощью А, можно объяснить с помощью В; (3) В по крайней мере так же хорошо систематизирована, как и А. Сторонниками этого подхода и его основоположниками являются Дж. Кемени и П. Оппенгейм.

Что касается редукционизма в отношении явлений, то его можно описать с точки зрения последствий редукции теории. Допустим, что теоретическая база некой науки А была полностью сведена к теоретической базе науки В. Первый вопрос, который возникает: осталась ли наука А той же самой или она изменилась. Например, Э. Нагель считает, что редукция может производиться путем расширения терминологической базы теории и внедрения так называемых соединительных законов (bridge laws), т. е. законов, соединяющих науку А и науку В. Очевидно, что это повлечет за собой значительные изменения в науке В. Второй вопрос: не приводит ли такая операция к устранению науки как таковой? Скажем, не приведет ли полная и успешная редукция психологии к физике к исчезновению науки психологии? Психология вряд ли может исчезнуть в полном смысле этого слова, поскольку методологически она будет более удобна для описания тех явлений, которые мы называем психологическими. Однако здесь возникает следующий, самый главный вопрос: что станет со статусом психологического явления, если оно будет редуцировано к явлению физическому? Означает ли это, что мы должны признать такое явление не существующим «на самом деле»? В отличие от методологического редукционизма в отношении теорий, признание таких последствий влечет онтологический редукционизм. Еще большее количество вопросов такой подход порождает в связи с нашими обыденными представлениями и в связи с философскими, религиозными и культурными вопросами, которые в этом случае оказываются лишь продуктами физического описания мира. Одной из разновидностей онтологического редукционизма является редуктивная теория тождества сознания и мозга, сторонниками которой в различных ее вариациях являются У. Плэйс и Дж. Смарт. Хотя они не считают, что утверждения о сознании можно полностью свести к утверждениям о физических процессах в мозге, фактически их теории подразумевают онтологическую редукцию. Очевидно, что крайний редукционизм в онтологическом смысле требует пересмотра наших представлений об очевидной данности явлений, а также изменения всей системы наук.

Однако основная проблема для редукционизма заключается в так называемой проблеме множественных реализаций, которая была обозначена Х. Патнэмом и Д. Фодором. Предположим, что мы хотим редуцировать психические явления к физическим. Для того чтобы обосновать тезис редукционизма в этой форме, мы должны найти для психического состояния системы определенное физическое состояние, которому оно соответствует (в наиболее радикальной формулировке – которому оно тождественно). Однако решение такой задачи может оказаться невозможным, поскольку одно и то же психическое состояние (например, состояние боли или состояние удовольствия) может быть реализовано в различных физических системах (в данном случае – в различных организмах) совершенно по-разному. Ответом на данный аргумент является ослабление редукционизма или же сужение объема того психического термина, который мы редуцируем к физическому. Например, можно сказать, что состояние боли у человека – это иное психическое состояние, чем состояние боли у примата и представителя другого вида.

Другая проблема для редукционизма связана с алгоритмом редуктивного объяснения. Предположим, что какое-то высокоуровневое психическое свойство является для нас непонятным. И допустим, мы узнаем, что в определенном организме оно всегда соответствует определенному физическому состоянию. Поможет ли сведение высокоуровневого свойства к более простому уровню организации объяснить это свойство? В некоторых случаях – да, но этот ответ сложно сделать более универсальным. Этот вопрос остается открытым, и некоторые исследователи признают наличие определенных высокоуровневых свойств, которые невозможно эффективно свести к более простому уровню организации. Иными словами, мы можем описать все низкоуровневые физические события, которые связаны с наличием этого свойства, но мы все равно до конца не поймем точную причину возникновения именно этого свойства. Различные варианты таких свойств именуются эмерджентными. Не все эмерджентные подходы вступают в противоречие с редукционизмом, однако некоторые из них вынуждают сторонников редуктивного объяснения искать новые варианты установления соответствия между высокоуровневыми свойствами (например, психологическими) и низкоуровневыми (например, физическими).

Одним из возможных подходов, позволяющих учитывать эмерджентные свойства, является подход, описывающий взаимосвязь разных уровней организации через свойство супервентности. Основное определение супервентности звучит следующим образом: А-свойства супервентны на В-свойствах, если невозможны две ситуации, тождественные в плане В-свойств, но различные в их А-свойствах. Формулировки отношения супервентности могут вместо свойств включать другие способы описания мира, например совокупности фактов, которые могут быть установлены в рамках той или иной науки.

С определенной долей условности можно сказать, что супервентность – это ослабленная форма редукции. Супервентность необходима для редукции, однако, по мнению большинства философов, недостаточна для нее. Существует множество различных формулировок свойства супервентности. Все они предоставляют различную степень свободы для работы с высокоуровневыми свойствами. Во-первых, можно выделить локальную и глобальную супервентность. А-свойства локально супервентны на В-свойствах, если два любых возможных индивида, реализующих В-свойства, реализуют и те же самые А-свойства. Локальная супервентность отсутствует в тех случаях, когда высокоуровневое свойство А зависит не только от низкоуровневых свойств В, но и от некоторого контекста, выходящего за пределы рассматриваемого индивида. А-свойства глобально супервентны на В-свойствах в том случае, если не существует двух возможных миров (предполагаемых для удобства использования модальных характеристик возможности и необходимости), качественно неразличимых относительно их А-свойств, но различных в плане В-свойств. Во-вторых, можно говорить как минимум о логической супервентности и естественной супервентности. Первый вариант рассматривает логические возможности при определении супервентности, а второй – естественные возможности. Логическая супервентность влечет за собой естественную, поскольку первая – это более сильная версия супервентности.

Супервентность играет большую роль в разработке решений проблемы сознания, в том числе эмерджентных и панпсихистских подходов в философии сознания, позволяя избежать крайностей жесткой редукции. Однако достаточность свободы для высокоуровневых свойств, которую предоставляет концепция супервентности, до сих пор остается предметом дискуссии.

Основные источники

Обновляемые библиографии:

Редукционизм: https://philpapers.org/browse/reductionism.

Супервентность: https://philpapers.org/browse/supervenience-general.

Редукционизм. Модель перевода

Carnap R. The Logical Structure of the World and Pseudoproblems in Philosophy. Berkeley, California: University of California Press, 1967.

Carnap R. The Unity of Science. London, 1934.

Neurath O. Sociology and Physicalism // Logical Positivism, New York: The Free Press, 1931.

Деривативный редукционизм

Nagel E. The Structure of Science: Problems in the Logic of Scientific Explanation. New York: Harcourt, Brace, and World, 1961.

Hempel C. Philosophy of Natural Science. Englewood Cliffs, New Jersey: Prentice Hall, 1966.

Редукционизм. Объяснительная модель

Oppenheim P., Putnam H. Unity of Science as a Working Hypothesis // Minnesota Studies in the Philosophy of Science, 1958, 2, р. 3-36.

Супервентность

Davidson D. Mental Events // Experience and Theory, Amherst, MA: University of Massachusetts Press, 1970, р. 79-101.

Kim J. Concepts of Supervenience // Philosophy and Phenomenological Research, 1984, 45, р. 153-176.

Kim J. Supervenience and Mind: Selected Philosophical Essays, Cambridge: Cambridge University Press, 1993.

Kim J. Supervenience as a Philosophical Concept // Metaphilosophy, 1990, 21, р. 1-27.

Анализ и критика

Анализ и критика редукционизма

Поскольку с критикой редукционизма связана философская дискуссия о проблеме сознания, рекомендуется ознакомиться с обзорными статьями по Проблеме сознания и Дуализму.

Kripke S. Naming and Necessity, Harvard University Press, Cambridge, 1980.

Levine J. Materialism and qualia: the explanatory gap // Pacific Philosophical Quarterly. 1983. Vol. 64, pp. 354-361.

Nagel T. What is it like to be a bat? // The Philosophical Review.1974. pp. 321-331. (Пер. на рус. яз. – Нагель Т. Каково это быть летучей мышью?)

Chalmers, David J.: The Conscious Mind: In Search of a Fundamental Theory, Oxford University Press, Oxford, 1996. (Пер. на рус. яз. – Чалмерс Д. Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории. Пер. с англ, М.: УРСС, 2014.)

Критика и анализ супервентностного подхода

Heil J. Supervenience Deconstructed // European Journal of Philosophy, 1998, 6, р. 146-155.

Gardner T. Supervenience Physicalism: Meeting the Demands of Determination and Explanation // Philosophical Papers, 2005, 34, р. 189-208.

Horgan T. From Supervenience to Superdupervenience: Meeting the Demands of a Material World // Mind, 1993, 102, р. 555-586.

Horgan T. Nonreductive Materialism and the Explanatory Autonomy of Psychology // Naturalism, Notre Dame: University of Notre Dame Press, 1993, р. 295-320.

Сравнительный анализ редукционизма и супервентности

Beckermann A., Flohr H. and Kim J. (eds.) Emergence or Reduction? Berlin: Walter de Gruyter, 1992.

О связи супервентности и эмерджентизма

McLaughlin B.P. Emergence and Supervenience // Intellectica, 1997, 25, р. 25-43.

Welshon R. Emergence, Supervenience, and Realization // Philosophical Studies, 2002, 108, р. 39-51.

Энциклопедические статьи

Ney А. Reductionism // Internet Encyclopedia of Philosophy.

Francescotti R. Supervenience and Mind // Internet Encyclopedia of Philosophy.

McLaughlin B. and Bennett K. Supervenience // The Stanford Encyclopedia of Philosophy.

Обзорные работы

Чалмерс Д. Глава 2. Супервентность и объяснение, Глава 3 Можно ли редуктивно объяснить сознание? // Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории. Пер. с англ, М.: УРСС, 2014.

В указанных главах своей фундаментальной работы Д. Чалмерс подробно и доступно описывает понятие и разновидности супервентности, а также излагает понятие и проблемы редуктивного объяснения сознания.

Микешина Л.А. Редукционизм как проблема философии науки и эпистемологии // Epistemology & Philosophy of Science. 2013. №3.

В статье рассматриваются основные концепции и теории редукционизма в их исторической перспективе.

Комментарии ():
Написать комментарий:

Другие публикации на портале:

Еще 9