Антропологический выпуск №1. Китай: Культ потребления + христианизация всей страны?
![](/data/2017/11/24/1237563057/2regnum_picture_1511280764_big.jpg)
События
По мнению Патрика Бьюкенена, которое он высказал на страницах журнала American Conservative: «Хоть Китай и великая держава, у нее большие проблемы. Ее боятся и не любят ее соседи. У нее территориальные ссоры с Россией, Индией, Вьетнамом, Филиппинами, Японией. Сепаратисты в Тибете и Синьцзяне. Христианство растет, а государственная религия — коммунизм — мертвая вера. Более того, монополия власти, которой сейчас пользуются Коммунистическая партия и Си Цзиньпин, означает, что если всё вдруг пойдет как-то не так, винить в этом больше будет некого».
Бьюкенен приводит и ключевое, на его взгляд, отличие от ситуации с Холодной войной. «Поскольку Китай стремится доминировать в Евразии, у него, похоже, нет желания угрожать жизненно важным интересам Соединенных Штатов. Коммунизм Китая — идеология, в которую не верит даже ее собственный народ, и которую он не намерен навязывать Азии и остальному миру».
Это очень интересный момент. Действительно, у Китая всего много: экономический рост, рост среднего класса, как и всего населения, заявки на глобальное лидерство и амбиции велики. Чего ему действительно не хватает, так это убедительной идеологической основы — платформы, на которой можно было бы выстроить что-то вроде «пролетарии всех стран, объединяйтесь». Общечеловеческой концепции, одним словом. Бум христианства в стране — яркое тому подтверждение. Эксперты уверяют, что к 2024 году Китай станет самой крупной христианской страной в мире.
Как бы это парадоксально не звучало, но христианская вера лучше всего вписывается в современные научные технологии. Социологи считают, что значительное увеличение числа христиан в Китае обусловлено появлением более образованного поколения, которое испытывает «культурную несовместимость» с азиатскими традициями и технологическим миром вокруг, что приводит к духовной депривации, на которую только христианство и в состоянии ответить.
Американский социолог Вильям Старк говорит, что «интеллектуалы Китая должны повернуться к Западу, чтобы понять мир, в котором живут… восточные религии не вписываются в современный мир, который их окружает, и только на Западе они находят подходящую философию и религию». Восточная традиция (даосизм, конфуцианство и буддизм) действительно как-то не особо поощряет мысли о будущем и прогрессе. Все они скорее активно ему противостоят, провозглашая, что мир катится вниз от славного прошлого к отвратительному будущему. Но китайской молодежи в этом будущем жить. И хотя она продолжает по-конфуциански уважать и чтить предков, в будущее она заглядывает с большим любопытством.
Придя к власти, коммунисты тщательно убивали конфуцианство, теперь же они отчаянно хватаются за его остатки, как за соломинку, пытаясь скомпилировать из них хоть какую-то эрзац-версию идеологии. Получается плохо. Китайские религии, действительно, плохо «оборудованы» для динамизма XXI века. Но у самого Запада от христианства, если разобраться, остался практически лишь один фасад — церкви пусты, а вместо мессы по выходным люди отправляются в шоппинг-моллы.
Говоря о перерождении Китая, скорее уместнее говорить о некой стандартизации образа жизни, а не о чисто духовных переменах. Это что-то больше похожее на крещение народа в реке Янцзы, но с обязательной раздачей гамбургеров из Макдональдса под исполнение песни «Despacito». Религиозное обращение происходит в основном через живые социальные связи, перенимаются стиль, манеры — весь образ христианина XX-го века.
Возможно, именно благодаря такому симбиозу западной христианской культуре и удастся выжить. Подобное взаимопроникновение культурного и материального капиталов — некое «взаимообогащение» — может оказать самый действенный эффект.
Pepsi, McDonald's, Cheetos, KFC, Frosted Mini-Wheats Kellogg, Pizza Hut, Wendy's, Yoplait, Subway, Visa и Ford — это лишь некоторые из самых быстрорастущих в Азии фирм. Они с интересом наблюдают за Азией, потому что понимают: только Азия будет стимулировать рост мировой экономики в будущем. Это обусловлено растущим средним классом, жаждущим потребительских товаров. А американские бренды, способные извлечь выгоду из этого роста, выживут и будут процветать.
Елена Ханенкова