![](/data/2017/07/03/1237639289/881.jpg)
Статус конфуцианства: разница между островной Японией и материковыми Китаем и Кореей
Можно с уверенностью сказать, что отношение к конфуцианству в Японии отличается от отношения к этой философии в Китае и Корее. В китайской и в корейской культурах конфуцианство является центральным элементом классической морали, в то время как в Японии конфуцианство так и не вошло в число центральных элементов локальной культуры. В Китае и Корее конфуцианство – это не только общая система взглядов на природу человека, на жизнь в целом, на человеческое счастье; речь идет не только о мировоззрении, но о важном источнике, в котором черпается повседневная мудрость. В японской культуре гораздо большую роль играли такие традиционные ценности, как уважение, отзывчивость и чуткость.
Конфуцианство – философское течение, которое появилось и сформировалась в Китае; иначе говоря, это жизненная философия, созданная китайцами и для китайцев. И этот контекст был определяющим в том, что касается распространения конфуцианства в Восточной Азии. В Корее на протяжении всего периода Чосон (1392-1897), когда страной управляла династия Ли, конфуцианство имело статус государственной религии. В XVI веке благодаря прославленным корейским философам-конфуцианцам Ли Хван (Тэге) и Ли И (Юльгок) конфуцианство в Корее достигло небывалых вершин. Корейский полуостров образцово перенял уроки конфуцианства, и не зря одним из самоназваний Кореи было название «маленький Китай».
Сейчас корейские исторические сериалы и вся корейская поп-культура в целом находятся на пике популярности во всей Восточной Азии, и Китай не исключение. Но почему? Для китайской публики сюжеты корейских сериалов очень близки и понятны именно из-за конфуцианской подоплеки. Такие популярные сериалы, как «Жемчужина дворца» («Великая Чан Гым», корейский сериал, который в Китае смотрело 27% зрителей) и «Ли Сан: король Чончжо», полны реплик и диалогов, в которых нашли отражение конфуцианские ценности – тот самый общий знаменатель, в значительной степени облегчающий восприятие.
Переоценка ценностей: конфуцианство в Китае XXI века
В коммунистическом Китае конфуцианство подвергалось критике и репрессиям, но в конце концов люди осознали, что эта философия – неотъемлемая часть китайской идентичности, и если её уничтожить, то Китай перестанет быть Китаем. Таким образом, с началом XXI века началось переосмысление конфуцианства.
В наши дни изучение конфуцианства снова входит в школьную программу. Повсеместно продвигается система образования, в основе которой лежит традиционная культура и конфуцианские ценности. Руководство Китая также использует конфуцианство как инструмент для распространения и усиления влияния китайской культуры в мире. Одним из наиболее показательных примеров этой политики являются Институты Конфуция – в октябре 2010 года в девяноста шести странах мира действовало триста двадцать два таких института, зачастую на базе университетов. Помимо Институтов Конфуция, китайское правительство учредило также и менее крупные учебные центры, так называемые «классы» Конфуция, в количестве трехсот шестидесяти девяти. Сеть Институтов Конфуция была создана в 2004 году, и первый такой центр открылся в ноябре того же года в столице Кореи Сеуле.
Влияние конфуцианской философии на экономическое преуспевание
В 1980 году бывший посол США в Японии Эдвин Райшауэр был в числе тех западных исследователей, которые утверждали, что «Азиатские тигры»(*1) обязаны своим небывалым экономическим расцветом именно конфуцианству как основополагающей философии. В тот период китайская экономика словно бы топталась на месте, и причиной этого «топтания» Райшауэр и его коллеги считали отказ от конфуцианства и традиционной культуры в тогдашнем Китае. Не будет преувеличением сказать, что в качестве обобщающего взгляда на восточноазиатский регион в целом со стороны эта теория оправдывает себя и по сей день.
Лучшим доказательством верности этого тезиса может послужить экономический рост Китая, особенно за последние полтора десятка лет, с начала XXI века, когда произошло переосмысление традиций и переоценка ценностей. Показателен также и тот факт, что в 2011 году индекс человеческого развития(*2) (ИЧР) для всех четырех «Азиатских тигров» практически достиг 0,9 балла.
А что же Япония? Как уже говорилось выше, в отличие от Китая и Кореи, где конфуцианство пронизывает всю повседневную жизнь, в Японии эта философия так и осталась в статусе некой системы знаний, всего лишь еще одним предметом для изучения. Возможно, именно в этом кроется причина той легкости, с которой Япония встала на рельсы вестернизации в период краха сёгуната Токугава (1853-1869) и в первые годы реставрации Мэйдзи.
(Статья на японском языке написана 5 ноября 2012 г.)
(*1) ^ Четыре развитых азиатских страны (территории) – Южная Корея, Китай (Тайвань), Гонконг и Сингапур.
(*2) ^ Индекс человеческого развития – новый всеобъемлющий экономический показатель уровня развития человеческого потенциала различных стран. При определении этого индекса учитываются продолжительность жизни, образование и бытовые жизненные стандарты, индекс имеет значения между 0 и 1. Чем ближе значение индекса к 1, тем шире у людей возможности выбора жизненного пути и тем более развито общество (см. http://www.undp.or.jp/publications/pdf/whats_hd200702.pdf).
Автор
Источник http://www.nippon.com