Абай. Слова назидания

Седьмое слово

Во всем послушен зову естества,

От голода младенец ищет мать.

С природой связан узами родства,

Он Божий мир стремится познавать.

Вот два стремленья: тела и души -

В нас вложены с рождения Творцом.

Нам счастие  себе не заслужить,

Коль мы одним из них пренебрежем.

Ребенок тянет ручки ко всему,

Внимает пенью, музыке, стихам.

И пищу любопытству своему

Со временем уже находит  сам.

Но почему так быстро повзрослев,

К природе мы теряем интерес?

Погаснет взор, в тоске отяжелев,

Померкнет мир открытий и чудес.

Мы приземлили души, мы сочли

За жизнь  - аульных распрей череду.

Мы книгу мирозданья не прочли,

А погрузились в мелкую вражду.

На все готов бессмысленный ответ:

«Пусть каждый лишь своим умом живет»!

И  мудрого  доверчивый совет

Напыщенный невежда отметет.

Не видят люди в знаниях добра

Не смотрят дальше носа своего.

И детских дней далекая  пора

Мне кажется прекраснее всего.

Восьмое слово

Кто внемлет нынче гласу мудрецов,

И рад учиться  истинам святым? -

Начальник глух.  Надменное лицо

Он обращает равнодушно к ним.

Ведь  власти добивается лишь тот,

Кто любит сам с восторгом  поучать

И бий проходит, выпятив живот,

Всегда готовый, как пророк,  вещать.

Быть может, ищет знаний богатей,

Желая их ко злату приложить? -

Но деньги для него всего нужней,

Он  даже Бога хочет подкупить.

Святую веру, родину, народ,

Отвагу и решительность в глазах

Все заменяет богатею  скот:

Он день и ночь печется о стадах.

Злодей и вор, как камень, будет глух

Меж ним и словом истины – стена.

Он словно потерял однажды слух

И совесть в нем, как будто, сожжена.

Мудрец для сильных мира, как чужой,

Он досаждает биям и князьям.

И лишь бедняк останется со мной

Внимать правдивым и святым словам.

Но как ему я стану досаждать

Рассказами о славе прошлых дней

И тяжесть поучений возлагать

На плечи, что поникли от скорбей?

Девятое слово

По своему рождению казах,

Я ныне странно к братьям отношусь:

К ним больше нет любви в моих очах,

Но в неприязни к ним не признаюсь.

Как  не любить народа своего?

Я восхищаться б им не уставал

Коль, сердцем зная все черты его,

Нашел средь них  достойные  похвал.

А, если б презирал я свой народ,

Я  не общался б с ними  никогда

И не открыл бы пред глупцами рот,

Молчанием спасаясь от  стыда.

Но,  братья, - я не мог оставить вас!

И, не питая призрачных надежд,

Я с вами встречу свой последний час,

Непонятый в собрании невежд.

В досаде стал я хмур и нелюдим,

Здоровый телом – духом омертвел.

Пока еще кажусь  жильцом земным,

Но мрак могильный сердцем овладел.

Сержусь – но гнева мне недостает,

Смеюсь – но сердце мертвое молчит.

И речь моя, едва открою рот,

Как бы чужая, тихо прозвучит.

Чего я жду на стороне родной?

Ее покинуть старцу силы нет.

Но может, чудо сотворят со мной

Мои казахи из грядущих  лет?

Десятое слово

С надеждой робкой счет ведя годам,

Семья казаха молится и ждет

Когда же  Бог опору старикам -

Им сына и наследника пошлет?

И лишь отца придется схоронить

И мать окончит тягостные дни

За них молитвы будет возносить

Наследник их достатка и любви.

Но кто в семье поручится всерьез

Что Бог им  сына доброго подаст?

Они прольют, быть может, море слез

И проклянут   его рожденья час.

И  кто из них подумал иногда,

Что груз своих ошибок и грехов,

Не ведая сомнений и стыда

На плечи сына возложить готов?

Зачем тебе  молитвы сыновей?

Твое добро века переживет

А коль твоя душа угля черней

И сын тебя добром не помянет.

Лелея детство сына своего

Какой ты подаешь ему пример?

Усердно учишь грамоте его

И злобою питаешь, лицемер!

Неправедно богатством завладев

Ты не найдешь покоя для себя

Наследник твой, в науках преуспев,

С позором отречется от тебя.