Портал «Память Церкви» опубликовал воспоминания о генерале Беляеве и другие новые материалы о жизни верующих в советскую эпоху

О личности своего знаменитого предка — генерал-майора Александра Ивановича Беляева (1875–1937), его жизненном пути и трагической гибели рассказали Ирина Вадимовна Казунина, профессор, директор Музыкального училища эстрадного и джазового искусства РАМ им. Гнесиных, и Ольга Вадимовна Соколова, доцент Университета им. Баумана.

Путь генерала Беляева уникален: выпускник Академии Генштаба, герой русско-японской и Первой мировой войн, он был произведен в генерал-майоры еще при Временном правительстве. После революции, в отличие от многих, не эмигрировал, а остался в России и пошел служить в Красную Армию. Как объясняют потомки, это был выбор не политической конъюнктуры, а глубокого патриотизма. «Мне кажется, что это был выбор не смены армии одной на другую, а выбор России. Он служил Отечеству, и он продолжает служить Отечеству», — делится в интервью Ирина Казунина.

Самое удивительное, что, будучи на высокой должности во Всеобуче (заместитель главного начальника Всевобуча Н. И. Подвойского), с 1918 по 1932 год Александр Иванович являлся председателем приходского совета храма Спаса Преображения на Большой Спасской улице в Москве. Он стал, возможно, единственным генералом действующей Красной Армии, который одновременно руководил церковной общиной. Благодаря его организаторскому таланту и мужеству храм долгие годы удавалось защищать от захвата обновленцами. Именно сюда неоднократно приезжал служить Святейший Патриарх Тихон, с которым у Беляева сложились теплые отношения.

Потомки вспоминают, что в семье царило особое почитание прадеда, хотя о трагедии 1937 года предпочитали молчать. «Почитание Александра Ивановича в семье было. Это ощущалось в каких-то репликах, коротких фразах, и это было самое важное... когда Александр Иванович вставал, он должен был всю семью видеть за столом... И вот это — не просто любовь, а уважение такое, как к "сверхчеловеку"», — рассказывает Ольга Соколова.

В семье сохранилась и удивительная святыня — мерная икона святого преподобномученика Вадима Персидского, подаренная генералом внуку в день его первых именин в 1928 году. Надпись на обороте звучит как духовное завещание: «Изучай жизнь и труды Преподобномученика Вадима и научайся любить Бога и людей».

В 1937 году 62-летний генерал был арестован по доносу. На допросах он проявил исключительное благородство: отказался называть имена священников, чтобы не усугубить их участь, взяв всю полноту ответственности на себя. «Духовенство сейчас страдает, ему тяжело... пусть я один и буду отвечать», — приводят авторы публикации слова Беляева, ссылаясь на следственные дела. 21 октября 1937 года Александр Иванович Беляев был расстрелян на Бутовском полигоне.

Сегодня прихожане возрождающейся общины Спасского храма чтят его память как мученика и изучают биографические материалы для возможного прославления в лике святых.

Другие недавно опубликованные свидетельства охватывают не только столицу, но и самые разные уголки страны, рисуя объемную картину жизни Церкви в эпоху гонений.

Протоиерей Виктор Спиридович, настоятель храма в Луховицах, вспоминает, как в 1970-е годы, еще будучи мирянином, по просьбе пожилого священника возил его на службу. Именно это послушание и простая фраза «пойди, постой хоть в храме» привели его к вере и, в конечном итоге, в Московскую духовную академию.

Протоиерей Михаил Мансуров из Воронежа делится воспоминаниями о духовенстве, прошедшем лагеря. Особенно трогателен рассказ протодиакона Анатолия, который в ссылке в лесу наткнулся на тайную пасхальную службу, совершавшуюся архиереями и священниками на пеньке с антиминсом: «Эта Пасха мне запомнилась на всю жизнь, такое ликование было духовное...».

Протоиерей Роман Сенников из Вологды рассказал о том, как в советское время купил у семинариста за 15 рублей (почти шестую часть зарплаты) рукописный молитвослов, по которому и учился молиться.

Отдельный блок воспоминаний жительниц Омска, Нины Михайловны Сыроваткиной и её дочери Светланы Кошкиной, описывает жизнь простых сибирских верующих. Рассказы о том, как бабушки в Великий пост собирались в темных платьях и молились дома, положив земные поклоны, а также забавный, но показательный эпизод о том, как маленькая девочка на службе случайно оплавила свечой красивую шаль впереди стоящей прихожанки, создают объемную картину народного благочестия.

Завершает подборку рассказ Татьяны Николаевны Сизовой из Подмосковья о деревенской жизни, тайных крещениях «в одной ванне» и осторожности, которую приходилось соблюдать, чтобы не попасть в поле зрения осведомителей («сесотов»).

Источник: Богослов.RU / Портал «Память Церкви»