Влияние восточного богословия иконы на практику почитания образов в диоцезах Римско-Католической Церкви

Богословие иконы на протяжении веков является важнейшей частью духовной и литургической жизни Церкви, представляющей для Востока не только образ святого, но и возможность мистического переживания через прикосновение к благодати Бога. Католическая традиция, напротив, усвоила ее преимущественно как способ дидактического взаимодействия с верующими. Но вместе с тем одним из важных событий ХХ в. стало открытие восточной иконы на Западе, происходившее параллельно с исследованием богословия образа в православии^[1].

Однако еще в первой половине XIII в. архиепископ Охридский Димитрий Хоматиан писал свт. Константину Кавасиле:

Подобное свидетельство подразумевает, что восточная теология образа не была полностью чужда практике почитания священных изображений в Католической Церкви. И если в Средние века западное народное благочестие в значительной степени и сосредотачивалось вокруг реликвий, а в случае определенного уровня благосостояния — на священных рукописях, то после крестовых походов, особенно после разграбления Константинополя в 1204 г., в италийских диоцезах стали появляться религиозные изображения, во многом идентичные восточным образам^[3].

Особенно это было заметно в Средиземноморском регионе, где восточные иконы становились объектом непосредственного почитания^[4]. В то время как в Риме интеллектуальные и художественные круги придерживались дидактического и мемористического подхода в отношении иконы^[5], в народной среде от Дубровницкой республики до Венеции широкое распространение получило именно восточное богословие образа. Притом если до Тридентского собора 1563 г. византийские иконы собирались в основном как редкие и драгоценные предметы роскоши, то к XVI в. они уже приобретались преимущественно для молитвенного поклонения, в том числе высшими сановниками Римской курии^[6].

Ярким доказательством подобного выступает описание, данное итальянским историком искусства Джованни Баттиста Арманини в трактате «Подлинные наставления по живописи»^[7], изданном в 1587 г. Путешествуя по городам Италии в течение девяти лет, он посетил множество дворцов, поместий, и домов, в большинстве которых наблюдал, по его собственному выражению,

Д. Баттиста решительно отвергал этот обычай как постыдный^[10].

Независимо от личных убеждений Д. Б. Арманини, его описание подчеркивает распространение восточного богословия образа в католических семьях, что подтверждается множеством икон, хранящихся сегодня в музеях Италии и Хорватии, а также многочисленными архивными источниками, охватывающими период с XV в. по XVIII в. Описи имущества, семейные архивы, завещания и другие документы, связанные с передачей наследства или приданого, свидетельствуют, что в католических домах на Апеннинском полуострове и восточном побережье Адриатики часто присутствовали именно восточные иконы^[11]. В настоящее время в качестве примера практики молитвенного почитания восточных икон можно назвать монастырь Франциска Ассизского в Задаре (Хорватия) и собор святого Иоанна Крестителя в Мариборе (Словения) (см. Приложение, илл. 4–5).

В число диоцезов Римско-Католической Церкви, где наблюдается практика использования восточной иконы, входит архиепархия Брисбена (Австралия), бенедиктинские монастыри Святого Иосифа (Луизиана, США), Святого Мейнрада (Индиана), Церковь Святых Невинных Младенцев (англ. Holy Innocents Church) (Манхэттен, Нью-Йорк), храм Святого Павла (Кембридж, штат Массачусетс) и др. (см. Приложение).

Эти приходы не относятся к рассматриваемому выше региону, фактически являясь частными примерами католического восприятия образа, имплицитного восточному богословию иконы на территории Австралии и Америки. Однако именно они, будучи наиболее отстранены от процессов, протекавших в Адриатическом регионе до эпохи европейского Ренессанса^[12], позволяют полнее рассмотреть корреляцию между восточным и западным богословием иконы в целом.

Речь идет об особом почитании Пресвятой Богородицы, в том числе как заступницы перед Богом-Судией^[13], требующим сатисфакции за совершенные прегрешения. Безусловно, прямых свидетельств подобной интерпретации практически невозможно найти в декларативных документах и литературе, относящихся к Римско-Католической Церкви. Однако анализ источников предоставляет достаточную обширную базу прецедентов, начиная с теологических основ учения о Непорочном Зачатии францисканца Иоанна Дунса Скота^[14], продолжая Ineffabilis Deus^[15] Пия IX и Munificentissimus Deus^[16] Пия XII и заканчивая непосредственно Катехизисом^[17] и энцикликой «Свет Веры»^[18] папы Франциска. К XV столетию почитание Богородицы именно как заботливой Матери широко распространилось и легло в основу многих католических обрядов^[19]. В XVII в. появился «Атлас Богоматери»^[20], составленный Обществом Иисуса и включающий тысячу двести чудотворных образов с подробной информацией о каждом^[21].

В 1700 г. Людовик Мария Гриньон де Монфор, причисленный в 1947 г. Пием XII к лику святых, заявлял:

Профессор Университета Нотр-Дам Л. С. Каннингем в статье о Божией Матери декларирует:

Сегодня же католический священник-иезуит Б. Э. Дейли замечает:

Кульминации этой приверженности способствовало то, что после Второго Ватиканского собора церковное искусство и архитектура Римско-Католической Церкви претерпевали неоднократные метаморфозы. Главной из них явилось соответствие провозглашенному «благородству простоты»^[25]. Результатом этих поисков, в частности, и стали восточные иконы Божией Матери^[26], занимающие определенное место в диоцезах Римско-Католической Церкви.

Выводы

Таким образом, в современных диоцезах Римско-Католической Церкви фиксируется отчетливая рецепция восточнохристианской иконологии, которую следует интерпретировать не как механическое заимствование внешних форм, а как сложный процесс органичного усвоения богословских смыслов, ставший важным этапом эволюции латинской сакральной традиции. Данный феномен выступает не только свидетельством интенсификации межцерковного интеллектуального обмена, но и указывает на глубокую внутреннюю преемственность в понимании природы священного образа, сохраняющуюся вопреки историческому расхождению эстетических парадигм. Комплексный анализ исторических свидетельств бытования византийских образов на Западе в сочетании с изучением актуальной литургической жизни различных епископий подтверждает наличие устойчивой генетической связи между восточным богословием иконы и практиками народного благочестия. В конечном счете, это свидетельствует о формировании в лоне католицизма обновленного визуального языка, который, опираясь на общие доктринальные истоки, способствует преодолению конфессиональной замкнутости через универсальное пространство молитвенного созерцания.

Источники

1.                 Armenini G. B. Deʼ veri precetti della pittura: Libri tre. Ravenna: Francesco Tebaldini, 1587.

2.                 Calvesi М., Zuccari А. Da Caravaggio ai Caravaggeschi. Storia dell'arte, Collana di Studi 1. Rome: CAM Editrice, 2010.

3.                 Gumppenberg W. Atlas Marianus sive de imaginibus Deiparae per orbem Christianum miraculosis. Ingolstadt: Typis Georgii Haenlini, 1657.

4.                 Pius IX, papa. Ineffabilis Deus. Apostolic Constitution of Pope Pius IX on the Immaculate Conception. Dayton (Ohio): The Marian Library; University of Dayton, 1854.

5.                 Pius XII, papa. Munificentissimus Deus. Apostolic Constitution of Pope Pius XII Defining the Dogma of the Assumption. Vatican City: Libreria Editrice Vaticana, 1950.

6.                 Sacrosanctum Concilium (Constitution on the Sacred Liturgy) // The Documents of Vatican II / ed. W. M. Abbott. New York (N. Y.): Herder and Herder, 1966. P. 137–178.

7.                 Катехизис Католической Церкви / [пер. с лат.]. Москва: Культурный центр «Духовная библиотека», 2001.

8.                 Людовик Мария Гриньон де Монфор, [католич.] св. Трактат об истинном почитании Пресвятой Девы Марии / [пер. с фр.]. Москва: Изд. благотв. фонда «Паолине», 2008.

9.                 Франциск, папа. Энциклика Lumen Fidei («Свет веры») Святейшего Отца Франциска епископам, пресвитерам и диаконам, лицам, посвященным Богу, и всем верным мирянам о вере / [пер. с итал.]. Москва: Изд. Францисканцев, 2013.

10.             Δημητρίου Χωματηνοῦ Πρὸς τὸν Δυρραχίου Κωνσταντῖνον τὸν Καβάσιλαν // Ράλλης Γ. Α., Ποτλῆς Μ. Σύνταγμα τῶν θείων καὶ ἱερῶν κανόνων τῶν τε ἁγίων καὶ πανευφήμων ἀποστόλων, καὶ τῶν ἱερῶν οἰκουμενικῶν καὶ τοπικῶν συνόδων, καὶ τῶν κατὰ μέρος ἁγίων πατέρων: [στὰ 6 τ.]. Ἀθήνησιν [Афины]: Τύποις Γ. Χαρτοφύλακος, 1852–1859. Τ. 5 (1855). Σ. 410–441.

Литература

11.             Бельтинг Х. Образ и культ: История образа до эпохи искусства / [пер. с нем. К. А. Пиотровской]. Москва: Прогресс-Традиция, 2002.

12.             Ващаев В. П. К вопросу о католическом богословии иконы: динамика в осмыслении значения сакрального искусства // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2024. № 3 (23). С. 21–33.

13.             Копцев А. А. Сравнительный анализ иконоборчества византийского и реформаторского (кальвинизм): [дис… канд. богословия] / Санкт-Петербургская Духовная Академия. Санкт-Петербург, 2017.

14.             Рупова Р. М. Истина и история. Библейский историзм как путь к богословскому синтезу // Библейские схолии. 2020. № 1 (1). С. 231–248.

15.             Bossy J. Practices of Satisfaction, 1215–1700 // Studies in Church History. 2004. Vol. 40. P. 106–118.

16.             Cunningham L. S. Mary in Catholic Doctrine and Practice // Theology Today. 1999. Vol. 56. № 3. P. 307–318.

17.             Daley B. E. Woman of Many Names: Mary in Orthodox and Catholic Theology // Theological Studies. 2010. Vol. 71. № 4. P. 846–869.

18.             Head T. Saints, Cult of // Medieval France: An Encyclopedia / ed. W. W. Kibler, G. A. Zinn. Vol.2. New York (N.Y.); London: Garland Publishing, Inc., 1995. P. 1608–1614.

19.             Meneghin A. Delight in Painted Companions: Shaping the Soul from Birth in Early Modern Italy // Domestic Devotions in Early Modern Italy / ed. M. Corry, M. Faini, A. Meneghin. Leiden: Brill, 2018. P. 310–342.

20.             Rahner K. Encyclopedia of Theology: The Concise Sacramentum Mundi. New York (N. Y.): Seabury Press, 1975.

21.             Rudy K. M. Piety in Pieces: How Medieval Readers Customized Their Manuscripts. Cambridge (Mass.): Open Book Publishers, 2016.

22.             Visel J. Icons in the Western Church: Toward a More Sacramental Encounter. Collegeville (Minn.): Liturgical Press, 2016.

23.             Voulgaropoulou M. From Domestic Devotion to the Church Altar: Venerating Icons in the Late Medieval and Early Modern Adriatic // Religions. 2019. Vol. 10. № 6. P. 390–431.

• Ващаев В. П. К вопросу о католическом богословии иконы: динамика в осмыслении значения сакрального искусства // ТКБ СПбДа. 2024. № 3 (23). С. 21–33.
• Ράλλης Γ. Α., Ποτλῆς Μ. Σύνταγμα τῶν θείων καὶ ἱερῶν κανόνων τῶν τε ἁγίων καὶ πανευφήμων ἀποστόλων, καὶ τῶν ἱερῶν οἰκουμενικῶν καὶ τοπικῶν συνόδων, καὶ τῶν κατὰ μέρος ἁγίων πατέρων. Ἀθήνησιν, 1855. Τ. 5. Σ. 422.
• Rudy K. M. Piety in Pieces: How Medieval Readers Customized Their Manuscripts. Cambridge (Mass.), 2016. P. 147.
• Meneghin A. Delight in Painted Companions: Shaping the Soul from Birth in Early Modern Italy // Domestic Devotions in Early Modern Italy / ed. M. Corry, M. Faini, A. Meneghin. Leiden, 2018. P. 310.
• Копцев А. А. Сравнительный анализ иконоборчества византийского и реформаторского (кальвинизм). Санкт-Петербург, 2017. С. 114; Ващаев В. П. К вопросу о католическом богословии иконы: динамика в осмыслении значения сакрального искусства. С. 25.
• Calvesi М., Zuccari А. Da Caravaggio ai Caravaggeschi. Storia dellʼarte, Collana di Studi 1. Rome, 2010. P. 283. См. также: Voulgaropoulou M. From Domestic Devotion to the Church Altar: Venerating Icons in the Late Medieval and Early Modern Adriatic // Religions. 2019. Vol. 10. № 6. P. 390.
• Armenini G. B. Deʼveri precetti della pittura. Ravenna, 1587. [Title page].
• Ibid. P. 214.
• Ibid. P. 256.
• Ibid. P. 256: «…un gran vergogna».
• Voulgaropoulou M. From Domestic Devotion to the Church Altar: Venerating Icons in the Late Medieval and Early Modern Adriatic. P. 394–396.
• В начале XIV в. См.: Рупова Р. М. Истина и история. Библейский историзм как путь к богословскому синтезу // Библейские схолии. 2020. № 1 (1). С. 241.
• Bossy J. Practices of Satisfaction, 1215–1700 // Studies in Church History. 2004. Vol. 40. P. 110–112.
• См.: Rahner K. Veneration of Images // Encyclopedia of Theology: The Concise Sacramentum Mundi. New York (N.Y.), 1975. P. 893–901.
• Pius IX, papa. Ineffabilis Deus. Apostolic Constitution of Pope Pius IX on the Immaculate Conception. Dayton (Ohio), 1854. P. 1–14.
• Pius XII, papa. Munificentissimus Deus. Apostolic Constitution of Pope Pius XII Defining the Dogma of the Assumption. Vatican City, 1950. P. 1–15.
• Катехизис Католической Церкви. Москва, 2001. С. 184–185.
• См.: Франциск, папа. Энциклика Lumen Fidei («Свет веры») Верховного Понтифика Франциска епископам, пресвитерам и диаконам, людям, посвященным Богу, и всем верным мирянам о вере. Москва, 2013. С. 74–76 (пп. 50–51).
• [19] Head T. Saints, Cult of // Medieval France: An Encyclopedia. Vol. 2. New York (N.Y.); London, 1995. P. 1612.
• Head T. Saints, Cult of // Medieval France: An Encyclopedia. Vol. 2. New York (N.Y.); London, 1995. P. 1612.
• Gumppenberg W. Atlas Marianus sive de imaginibus Deiparae per orbem Christianum miraculosis. Ingolstadt, 1657.
• Бельтинг Х. Образ и культ: История образа до эпохи искусства / пер. с нем. К. Пиотровской. Москва, 2002. С. 549.
• См.: Людовик Мария Гриньон де Монфор, св. Трактат об истинном почитании Пресвятой Девы Марии. Москва, 2008. С. 34.
• Cunningham L.S. Mary in Catholic Doctrine and Practice // Theology Today. 1999. Vol. 56. № 3. P. 309.
• Daley B. E. Woman of Many Names: Mary in Orthodox and Catholic Theology // Theological Studies. 2010. Vol. 71. № 4. P. 869.
• Sacrosanctum Concilium (Constitution on the Sacred Liturgy) 34 // The Documents of Vatican II / ed. W. M. Abbott. New York (N.Y.), 1966. P. 149: «The rites should be distinguished by a noble simplicity».
• Visel J. Icons in the Western Church: Toward a More Sacramental Encounter. Collegeville (Minn.), 2016. P. 115–116. Рус. пер.: «Это не значит, что все “католические иконы” должны подражать “православным иконам”. Конечно, на “католических иконах” будут изображены католические догматы, которые могут быть представлены не так, как в православии <…> однако несомненно, что они были бы подходящими образами для католической иконографии».