12
  • Публицистика

Церковь перед лицом мира: как распутать клубок «сложных» взаимоотношений?

Опубликовано: 22 января 2013

Автор

image
Диодор (Ларионов), монах

Аннотация. Последнее время в ряде светских СМИ идёт активное обсуждение вопросов отношения между Церковью и обществом. Предлагаем вниманию читателей статью монаха Диодора (Ларионова), в которой автор делится своим богословским взглядом на проблему.

Святейший Патриарх Кирилл в своём докладе на открытии Архиерейского собора 2010 года ставил вопрос о том, почему новые поколения верующих не идут в монастыри, но, наверное, уже пора поставить вопрос о том, почему современные люди не идут в церковь. В данной статье представлена попытка искать проблему внутри христианской общины, а не вне её: нет смысла упрекать мир за то, что ему что-то не дала Церковь.

Изменение культурной и духовной атмосферы в стране в последние годы, несомненно, наложило отпечаток на верующих, не исключая, конечно, и пастырей. Согласно заповеди Евангелия, они должны посредством внутреннего преображения изменить внешнюю реальность, сделать её Церковью, но это лишь дальняя, «стратегическая» задача: в настоящем же своём состоянии верующие приносят в церковь те болезни, которыми поражена внешняя социальная среда; и, разумеется, болезни церкви сродны болезням эпохи. Но иная Церковь, будучи духовным Телом Христа, источником благодати и таинств, не видна внешнему наблюдателю. И это, помимо всего прочего, порождает вопрос о внутренней идентичности Церкви[1]. Внешний взгляд легко видит болезнь, но не легко может понять, где источник здоровья. Попытка определить проблему, поставить некий предварительный «диагноз» в ситуации, когда светское общество требует от Церкви высокой морали, но одновременно ищет её болевые точки (по сути, зеркально представленные в нём самом), чтобы удобнее пройти мимо главного, никак не может быть излишней. Данные наблюдения сложились в некий комплекс идей, имеющих отношение к тому, что тревожит, на мой взгляд, каждого верующего сегодня, напрямую касается его жизни, знает он об этом или не знает. В этом комплексе идей я выделил бы два основных вопроса: вопрос о смысле христианского свидетельства и тесно связанный с ним вопрос о смысле наставничества, учительства. В контексте этих двух вопросов мы и рассмотрим вкратце тот клубок проблем, который порождается вышеупомянутыми связями и отношениями между церковью и миром.

Вот что важно отметить в первую очередь: многим людям, независимо от того, принадлежат они к церкви или нет, сегодня невозможно без огорчения смотреть на тех, кто дерзает говорить от имени христиан. Трудно слышать мёртвые речи, в которых отсутствует смысл. Трудно понять действия, в которых нет христианской логики. Внутреннее чувство подсказывает любому человеку, что существует такое понятие, как благообразие, которое подразумевает соответствие внешнего вида внутреннему расположению души. Когда же видишь во внешнем претензию на благообразность (длинная с проседью борода, золотое облачение с крестами), слышишь речь о Боге, но в то же время читаешь на этих лицах совершенно иное, то становится поистине страшно. Этот образ настолько чужд человеческому достоинству, что, когда осознаёшь это, становится не по себе. Почему так получается?

Человек похож на Бога: он многое готов простить — немощь, падение, грех, — за исключением лицемерия. То, что Христос называет хулой на Святого Духа, в обыденной жизни, на уровне простого обывателя, называется лицемерием. Этот грех нельзя простить, потому что это посягательство на некую внутреннюю святыню: когда отнимают святое, не остаётся вообще ничего, — а так человек жить не может. У нас сегодня встречаются священники, которые взяли моду всем доказывать, что они «тоже люди». Это означает, что им не чужды человеческие слабости, грешки, вредные привычки и ошибки. Но за этой апологетикой на самом деле скрывается двусмысленность: одно дело, когда священник согрешает в силу человеческой немощи, но приносит искреннее покаяние перед Богом, и другое дело, когда образ его жизни становится проповедью «иного евангелия». Пьяного, но кающегося попа русский человек уложит спать и накроет одеялом, чтобы не простыл, а наблюдая за попом, который на протяжении многих лет открыто лжёт, русский человек не выдерживает: в один прекрасный момент он берёт вилы и идёт выкалывать глаза иконам. Лицемерие служителя истины способно оттолкнуть от самой истины.

У каждого человека изначально внутри есть святой угол (у кого-то он ассоциируется с Богом, у кого-то нет). Но поскольку люди подобны друг другу и имеют одни и те же способы и средства постижения реальности, то и охарактеризовать святыни каждого человека можно в неких общих понятиях: правда, добро, красота и т.п. Тем не менее, отношения с этими общими понятиями у каждого остаются личными. Церковь не должна забывать, что действуя в той области, которая относится к духовной жизни, она касается личных человеческих отношений с истиной, добром и красотой. Поэтому и возникает вопрос о её представителях, то есть учителях церкви, и их полномочиях. Верующему известно, что Церковь ставит определённых людей, отличающихся добродетелями и ревностью к истине, чтобы помогать восстанавливать в людях то внутреннее равновесие, которое у них утрачивается вследствие грехопадения. Священник, имея отношение к личной истории другого человека, по сути допущен к чужой тайне: ведь внутренний святой угол, если он оказался разорён, восстанавливает Бог, а не он, но его присутствие важно как человека более опытного и разбирающегося в настройках «механизма» связи человека и Бога. Отсюда понятна практика всех мировых религий (не только христианства), а также всех видов искусства, которая выражается в институте наставничества, учительства. Везде и всегда на пути к познанию общих понятий и ценностей, на пути развития внутреннего дара и таланта, на пути возрастания (духовного, душевного или телесного, не важно) присутствует связь учителя и ученика. И это обосновано прежде всего превосходством и опытностью учителя. Но путь проходит ученик. «Мастер» и «ученик»: эта модель идёт из глубины веков и присутствует в любых человеческих искусствах и науках. Искусству нельзя научиться по книгам: надо работать с мастером, делать как он, слушать его критику, исполнять его волю, — а затем приходит собственное мастерство и свобода, которая выражается в умении пользоваться своим даром. Точно так же происходит и в духовной жизни, которая тоже есть искусство — «искусство искусств и наука наук», по выражению отцов Церкви. Странно было бы думать, что в церкви и христианской жизни может быть иначе. Только акценты в отношениях должны быть расставлены по-другому. Я уже давно думал, но тут ещё раз убедился в том, что по существу более правильным было бы такое положение дел, когда не прихожане целуют руки священникам, а священники целуют руки прихожан (как это нередко можно увидеть, например, на Афоне). Потому что уважение к внутреннему миру другого человека и его личным отношениям с истиной настолько важны, что являются в данном случае определяющими.

И вот появляется некая группа людей, которая начинает занимать место в структуре, образованной тысячелетней традицией наставничества. В этом пока нет ничего плохого, при условии, что данная группа людей занимает это место в соответствии с его назначением и смыслом. Но что она делает? Она берёт в готовом виде форму — институт наставничества — и паразитирует на ней, используя «материал» как продукт для удовлетворения своих страстей и идеологической поддержки того направления, которое соответствует её материальным, «земным» интересам. С одной стороны, эта группа говорит то, что должна говорить согласно своему статусу — то есть записанное в авторитетных текстах, — чтоб не дай Бог не ошибиться и не ляпнуть что-то не то, — поэтому формальная правда звучит в публичных речах и интервью. Но, с другой стороны, в действиях, речах и лицах представителей этой группы видится совсем иной дух, выдающий истинные цели и истинные интересы. Этот дух безошибочно распознаётся народом и вызывает наибольшее отторжение. Люди видят двойные стандарты, люди видят непрестанную ложь и поддержку лжи, люди видят лицемерие и фальшь. Лицемерие — это формальная правда, сказанная ради лжи. Поэтому отторжение вызывает не ложь, а правда на службе у лжи, не страсть и даже не порок, а добро на службе у порока, не безобразие, а красота на службе безобразия.

Неприятно, когда лгут, однако совсем другое дело, когда ложь открыто называют правдой. Кажется, что это невозможно — ведь, как мы говорили, у каждого есть общее с другими людьми понимание истины, правды и красоты. Но на самом деле открыто называть ложь правдой возможно благодаря такому инструменту, как идеологическая пропаганда. Идеологическая пропаганда — это подмена в иерархии ценностей [2] . Ведь лжи как таковой не существует (потому что зла онтологически нет, это небытие): существует лишь перестановка сказуемых, предицируемых не к тем объектам (подлежащим), которые соответствуют им по природе, и эта предикация порождает извращённую аксиологию. Суть её заключается в том, что менее значимая истина оказывается на более значимом месте, а более значимая —  на менее значимом. Если довести эту схему до предела, то мы получим, что в результате такой подмены Бог становится самым незначительным в общей системе ценностей, тогда как во главе пирамиды ставится иная ценность — идол. «Их Бог — чрево», говорит апостол (Флп. 3, 19), и эту метафору мы можем использовать в любом интересующем нас случае. Но перестановка ценностей была бы заметна, если бы о ней так и говорили, как о подмене: задача идеологии как раз и состоит в том, чтобы сказать об относительной истине так, чтобы от этого как бы «выигрывала» абсолютная истина. Самый упрощённый пример: священник, порабощённый сребролюбием и тщеславием, убеждает себя (а затем часть идеологически верной ему аудитории) в том, что ему можно иметь роскошную машину на том основании, что, во-первых это вовсе не роскошная, а просто хорошая, качественная машина (ведь «главное» для него не роскошь, а средство передвижения), а во-вторых, без такой качественной машины ему трудно осуществлять тяжёлое, возложенное на него служение — трудно чуть ли не до такой степени, что роскошь превращается в его представлениях едва ли не в самый необходимый, «насущный» (понимаемый в соответствии с молитвой «хлеб наш насущный даждь нам днесь») предмет, без которого его служение Богу (не забываем, что абсолютная истина фиктивно первенствует) весьма затруднительно.

Другим, очень действенным, орудием идеологии является страх. Страх — это внутреннее оружие, которое обращено к своим: отработаны рычаги, с помощью которых человек, когда-то пришедший в церковь в поисках спасения от лжи, зла и уродства по зову сердца, прозвучавшему из «святого угла», в определённое время и в определённых обстоятельствах начнёт говорить ложь, оправдывать зло и создавать тем самым вокруг себя уродство. И он это делает только потому, что им обладает страх. Подсознательный, рефлективный, близкий инстинкту самосохранения, а потому трудно распознаваемый страх, гнездящийся в неизведанных глубинах подсознания. Благодаря страху люди становятся рабами, потому правильно замечено, что любая тоталитарная идеология неотделима от рабства. Поскольку христианство есть религия свободы, то, конечно же, его аскетика — как в теоретической, так и в практической части — ориентирована на то, чтобы работать на этом уровне и постепенно осознавать сковывающий нашу душу страх, учиться управлять им и освобождаться от него. Но аскетика аскетикой, а семейные ценности, общественное положение, кусок хлеба, наконец, делают за человека автоматический выбор. Выбор инстинкта. Ну нельзя же от всех требовать непременной жертвенности, причём в условиях России (которая предоставляет для этого широкие возможности, причём в любой отрезок истории), ведь к жертве способны немногие, а к великой жертве — единицы. Чем ты выше, тем больнее падать. Но тут встаёт закономерный вопрос об ответственности: скажи-ка, батюшка, насильно ли влекли тебя на столь высокую должность, которая стала твоим проклятием, засушив твой язык и лишив зрения и слуха? Не сам ли ты стремился к ней, увлекаемый тщеславием и просто детской глупой самоуверенностью? Ты думал, что Христос ничего не потребует взамен? Ты думал, что будешь просто «миссионерствовать» (по-русски говоря, разглагольствовать о том, какая «радость» и какое счастье быть православным), думал, будешь рассказывать людям сказки о пастухах и звёздах, цитировать Честертона и Льюиса, толковать «Властелина колец» и «Матрицу» в христианском ракурсе, — и на этом твоя миссия окончится? Так ты угодишь Богу? Но вот что тебе следует осознать: незаметно для самого себя ты стал лжецом, обманщиком и лицемером. Ты этого не хотел, оно так случилось как будто бы помимо тебя самого. А ты продолжаешь жить, будто ничего не произошло, будто солнце так же светит, как и раньше, в детстве, когда ты смотрел на него чистыми и ясными глазами, ещё способными отличать правду от лжи...

Поскольку у самого человека не всегда правильно расставлены внутренние приоритеты, то он легко попадает в клещи идеологической машины. Проблема ещё осложняется тем, что источник, который призван сломать его нарушенную координацию, представляется ему в виде формального института, сообщающего формальную правду. А формальная правда имеет свойство усыплять: ложь хорошо воздействует на спящего. В какой-то момент он, конечно, может пробудиться, и тогда перед ним встанут очень большие и очень важные вопросы. Этот момент у человека я называю «вторым крещением». Тут он понимает, что с этим всем надо что-то делать, что надо как-то повернуться к своему святому углу и побыть там наедине с собой, определить свои координаты в духовном пространстве жизни. К сожалению, это очень трудный момент, который многие пропускают: гораздо легче жить, не замечая происходящего, ведь жизнь протекает как песок сквозь пальцы, и ты иногда даже не можешь остановиться. Кроме того, спать легче, чем бодрствовать, и многие предпочитают крепкий и здоровый сон воспалённому и шизофреническому бодрствованию, ведь бодрствовать практически невозможно, если пытаться служить двум господам. Сегодня часто можно наблюдать картину, когда человек (священник) хочет последовать за Христом, понимая, что в Нём истина, и в то же время опасается Его, опасается истины, ведь она способна отнять у него то, что он любит и к чему привязан сердцем своим. Поэтому он говорит несущественную правду, ту, которая «успокаивает» его совесть, а о главном сказать не может, и потому постоянно ищет возможности прикрыть тотальную ложь, которая владеет его жизнью. Он много говорит о Христе, о любви, о добре, проявляет повышенную активность в социальном и миссионерском служении, но чувствует, что совесть его нечиста, потому что ему хочется разобраться с главным, которое его тревожит, но этого сделать он не в силах, потому что иные ценности владеют его душой. И он тогда приводит самому себе (и людям, которые приходят к нему с вопросами) цитаты из Писания в защиту неправды и рабства, понимая, что лжёт. И снова оправдывает свою ложь, и снова ищет цитаты из Писания, и снова приводит себе аргументы, и снова переключает свой ум на несущественное, — и это превращается в перманентно повторяемый процесс. Этот несчастный не знает, что ум по природе не может опираться на несущественное, что его в силу необходимости влечёт к самому главному и самому существенному, — а потому он подвергает его постоянному насилию. От этого сходят с ума, это опасно для здоровья. Идеология помогает хорошо и спокойно спать не только ночью, но и днём — в этом её сила и в этом её предназначение. Спящие довольны, они смеются над «шизофрениками», — они уже забыли, что бодрствование может быть здоровым. Здоровое же бодрствование, к которому призван христианин, достигается единством цели и средств, следованием Христу без оглядки на материальное благосостояние, истинным богослужением. Нельзя стать христианином, пока не возненавидишь идолов.

Идеология пронизывает внешнюю структуру любого социального института, взятого в своём материальном аспекте. Идеи помогают людям объединяться ради одного общего дела, хорошее оно или плохое. Но есть другие начала, которые скрепляют структуру нашего мира хотя и невидимыми, но более крепкими нитями – и это нити Логоса, связывающего и содержащего мир в Духе Святом. По обетованию Спасителя нашего, структура, основанная на камне Евангелия, который есть Христос, не упразднится никогда, но пребудет в вечности. Она невидима, как закваска, но имеет в себе жизнь, образуя единый организм, состоящий из множества членов, которые взаимодействуют между собой по принципу иерархии. Понимание Церкви как единого организма, устроенного на основе природного единства взаимодействующих членов, переносит нас в сферу богословия. На основе этого принципа жизненный путь любого человека, принадлежащего к Церкви, имеет значение для всей Церкви: путь святого или путь грешника сказывается, в конечном счете, на состоянии всего церковного организма (ср. 1 Кор. 12, 26). Поэтому идеологические механизмы, обслуживающие человеческие страсти, хотя и приносят боль всему церковному телу, тем не менее не касаются его существа, покуда церковная иерархия остаётся в границах апостольского предания. Не следует забывать, что Церковь существует во внешних формах, выражающих её природу, её способ существования, её богословие и исповедание, но она выше любого её выражения. Не верующие, договариваясь между собой, формируют исповедание Церкви, а Церковь сообщает им свою истину, которая становится всеобщим исповеданием. Не люди формируют Церковь как Тело, а Церковь формирует людей в качестве своих членов. Диалектика богословского понятия «тела», конечно, заслуживает отдельного разговора. Здесь важно иметь в виду, что «картина» Церкви перед Богом определяется совершенно иными критериями, нежели наши человеческие понятия: если с нашей точки зрения церковь – это огород, куда посажено худое и доброе, народ, который идёт через пустыню Сир и чаще жаждет мяса египетского, нежели земли обетованной, то для Бога Церковь уже иная, потому что экклесиология неотделима от эсхатологии. И зрение святых, которые дают смысл бытию церкви, провидит эсхатологию в земном тленном бытии.

Впрочем, здесь мне не хотелось бы поднимать вопросы экклесиологии (которая в данном случае для меня, как для верующего человека и монаха, наиболее важна). Не в этом цель настоящей статьи. На мой взгляд, в данном контексте важно понять, как наша сегодняшняя церковная жизнь выглядит со стороны. В зеркале. И какими должны быть основные приоритеты. У человека, который отстранён от внутренних идеологических битв, совершающихся внутри церкви, при виде такого печального положения дел возникает ощущение какого-то тотального глумления над его личными святынями, над его ценностями, над его душой. Именно поэтому, когда человек читает ленту новостей и видит сообщения о том, что люди, называющие себя представителями Церкви (то есть института, обладающего неким априори полученным «сертификатом» на истину), на самом деле порочны, лживы, властолюбивы и пользуются двойными стандартами, он приходит в естественное негодование. Не потому, что он противник истины и веры. С его точки зрения святыни, с которыми он имеет личные непосредственные отношения, присваивают люди, не имеющие на это никакого права. Ему кажется, что в его душу вошли какие-то ряженые разбойники (эти самые, в золотых облачениях и крестах, со стеклянными глазами) и растоптали там всё самое ценное, самое дорогое и самое прекрасное. «Золотые люди» имеют власть, силу, авторитет. Их слушают, потому что они помогают лгать, способствуют тотальному беспробудному сну. Именно это во многом обусловливает то явление, которое сегодня принято называть «либеральным трендом». Но люди не хотят спать; как и тысячу лет назад, они хотят бодрствовать, чего бы это ни стоило. И вот, у них возникает недоуменное вопрошание, обращённое к представителям Церкви. Скажите нам, говорят они, что-нибудь о том, что нас всех волнует и тревожит, а именно — о главном, о том, что значит быть христианином , что значит жить согласно истине. Скажите хоть что-то о том, как сегодня остаться человеком и не превратиться в мерзавца. И после этого задайтесь вопросом: насколько жизненно важны сегодня  проекты по тотальному обращению в православие всей страны? Не рождены ли они в каком-то фантастическом мире, далёком от реальности?

Однако сегодня, чтобы говорить правду, надо иметь мужество. Пришло время что-то терять, а иначе потом нечего будет хранить. При этом я далёк от мысли, что каждому священнику непременно надлежит выступать и лезть на баррикады — идеал христианской жизни состоит во внутреннем безмолвии и чистоте души. Однако же людям, которые приходят и спрашивают нас о главном, непременно надо говорить всю правду. А вся правда дана в Евангелии, которое есть зеркало, отражающее для нас подлинную реальность. Но здесь есть небольшой нюанс, о котором напоминает св. Исаак Сирин: смотреться в это зеркало может только тот, кто очистит свое собственное внутреннее зеркало. Поэтому священник, говорит ли он или пребывает в молчании, только тогда станет свидетелем божественной истины, — а не идеологом, скажем, очередной социальной группы, навязывающей всем остальным сомнительные «ценности», — когда его внутреннее зеркало совпадёт с зеркалом Евангелия и станет излучать с ним один и тот же свет. «Примирись сам с собою, и примирятся с тобой небо и земля» [3] .

Для духовного лица сегодня, как никогда, важно свидетельствовать об истине, исполнять закон Божий и церковные каноны и не думать о последствиях, полагаясь на волю Божию. Это, пожалуй, самое существенное свидетельство Церкви. Но в этой ситуации есть и другая, противоположная опасность. Многие священники, и это отнюдь не секрет, находясь в тяжёлом положении (материальном или моральном) и в то же время увлекаясь той или иной идеологической пропагандой и соответствующим образом мысли, ставят сегодня вопрос о выходе из «такой системы». Я думаю, что это какой-то светский, абсолютно не христианский подход. В нём читается неверие Богу, и возможно даже — в Бога. Этим людям кажется, что расставшись с остальными членами церковного тела, которые в той или иной степени все больны, они автоматически станут здоровыми. Но это не так, поскольку ложь живёт внутри человека, а не вне его. «Система лжи» ломается не внешним усилием и не переходами из юрисдикции в юрисдикцию в поисках истины, — ибо ложная «система», система порочных взаимоотношений способна воспроизводиться в любой юрисдикции, — а только личным духовным усилием и терпением: «Претерпевший же до конца, спасётся» (Мф. 10, 22). Здесь можно вспомнить пример преподобного Афанасия Паросского, жившего в кон. XVIII — нач. XIX вв., который всегда писал и говорил то, что думал, за что и был запрещён в священнослужении, и находился под запретом в течение пяти лет [4] . Запрещён он был незаконно, более того, он подвергся запрету за отстаивание традиции поминовения усопших и частого причащения, которая затем была принята Церковью. Но он подчинился — ему и в голову не пришла мысль о том, чтобы «уйти из системы». Глубокое церковное сознание и понимание экклесиологии, свойственное святым, просветляло их ум, делало его ясным и чистым: они видели, что путь христианской жизни неизбежно есть крестный путь. Гонение есть своего рода дар Божий, который даётся не всем: претерпеть скорбь ради Христа (а это любая несправедливость, в том числе и от церковного «начальства») Церковь всегда почитала высшей честью и величайшим Божиим благословением. Пусть не думает благочестивый батюшка, служащий в большом столичном приходе с потерявшими страх Божий священниками, что сможет остаться незамеченным: возлюбившие грех и беззаконие обязательно обратят на него внимание, нутром почуют (как волки), что этот — не из их числа. И начнут его гнать — как и раньше имевшие власть миролюбцы гнали праведников, воспринимая их кроткий вид, правдивые слова и смиренный образ жития как укор и обличение себе. Вся история христианства — это сплошной крестный путь рабов Божиих.

Внутреннее изменение всегда достигается жизнью в Церкви, участием в таинствах и постоянной духовной работой, которая состоит из созерцательной и практической части. Состояние раздвоенности сознания, которое свойственно сегодня многим верующим, и особенно священникам, не является естественным для человека. Поэтому когда человек приобретает понятие о красоте, возводящее телесные чувства к духовным первообразам, к нему естественным путём постепенно приходит и внутреннее ощущение истины, исправляющее дефекты созерцательной части души, а за познанием истины следует добро, освящающее практическую жизнь. Христианский сознательный подвиг, таким образом, соединяет воедино три неразрывные части внутренней структуры человеческого — и божественного — мира: добро, истину и красоту. Христианину рано или поздно предстоит осознать, что истина — это его судьба. А дальше просто остаётся сделать шаг навстречу.



  • См. на эту тему полезную статью митр. Иоанна Зизиуласа «Идентичность Церкви», в кн. Церковь и Евхаристия: Статьи по православной экклесиологии. Богородице-Сергиева пустынь, 2009, с. 19-42.
  • Более подробно о понятии «идеологии» в христианском контексте см.:.
  • Исаак Сирин. Слова подвижнические, 2. Изд. репринтное: Москва, «Правило веры», 1993, с. 10.
  • Запрещен в 1776 г. (при патриархе Софронии II), запрещение снято в 1781 г. (при патриархе Гаврииле IV). Τζώγας Χ. Ἡ περὶ μνυμοσύνων ἕρις ἐν Ἁγίῳ Ὄρει κατὰ τὸν ΙΗ΄ αἰῶνα. Θεσσαλονίκη, 1969, σ. 41-42.
  • ВКонтакте

  • Telegram

  • Электронная почта

  • Скопировать ссылку

Комментарии (78)

0/2000
  • avatar
    А. Рогозянский
    22.01.2013, 19:23

    Двойственность - это его судьба. А дальше просто остаётся каяться

  • Б
    Slavarique
    22.01.2013, 20:57

    Информационное поле в России и так перенасыщено негативом, и тут очередной сплошной негатив. Это не конструктивно. Нужно акцентировать внимание на хорошем, мотивировать человека к лучшему, жалеть, поддерживать его, а не грузить его в очередной раз негативом. Эта акцентуация внимания на негативе - какой-то порок русского общества, которое из-за этого находится в состоянии постоянной депрессии, проходя мимо и не ценя то хорошее, что уже есть, и за которое можно и нужно благодарить Бога.

  • Б
    Ирина
    22.01.2013, 23:26

    Лицемерия конечно хватает. И все же это наверное только одна из причин и частный случай.

    Кроме этого, иногда кажется, что недостаточно иметь аутентичные тексты, чтобы понять, что в них выражается, простым ли языком Евангелия, либо в терминах греческой философии. Аутентичность жизни, традиций, нравов, среды, породившей и то и другое, достигнута наверное быть не может. Поэтому в любом случае современный человек будет все трактовать с громадной долей рационализма, порожденного теоретическим изучением "тысячелетнего" опыта, будучи осведомленным о результатах принятых тех или иных решений, что будет всегда взглядом со стороны, но никак не изнутри. Взглядом человека не вовлеченного в ситуацию, не участника, а наблюдателя. Складывается впечатление, что современный человек если что и переживает, не доверяет сам себе, поэтому безопаснее повторить прописные истины простым ли Евангельским языком или с философскими наворотами, зависит от аудитории. Может боится быть оспоренным и даже осмеянным современным обществом. Поэтому безопаснее сослаться на авторитет Святых Отцов.

    Еще одна причина, что добрую половину своего прихода священник не знает. Раньше люди были на виду, он знал их не только в храме, но в быту, семье, на работе. А теперь только то, что прихожанин сам о себе захочет сказать.

    Отсюда и речи безжизненные. А вот отсутствие внутреннего убеждения как раз и чувствуется. Отсутствие прожитого и пережитого, не только прочитанного. Получается сам не открывается и другим не дает. Так безопаснее, если узнаешь, что не хочешь, с этим же надо что-то делать. Хлопотно это.

    И оправдываются, мол, не бывает ученик выше учителя, поди поспорь с этим. Только "не выше", не означает "ниже". Иначе такое "не выше" неуклонно приведет к поголовной деградации и наставников и учеников.

    Да и современное общество подчас только теоретически и со слов знает о высокой морали и духовности Церкви, а принять ее не хочет по той же причине: с этим же придется что-то делать.

    Вот и выходит, что все говорят и думают о "делах давно минувших дней", современного видения и приложения "духовности" к текущей ситуации, что большинство ожидает и хочет услышать особенно не вовлеченные в Церковь (ну как любить ближнего, если он тебя замечает только для того, чтобы напакостить, или что есть простить на практике, когда ему хорошо и твое прощение для него, что пятое колесо телеге) не получает. Плохо не делает, потому что Бог бодливой корове рога не дал, но и радости в этом не находит.

    Отсюда и отношение как к очередной философской системе или идеологии. Все же большинство интересует прикладная часть духовности, не теоретическая.

    А в целом, конечно же, все правильно написано. Это именно то, что прежде всего бросается в глаза. Однако возможно пора уже учиться и учить, особенно не вовлеченных, распознавать хорошие и добрые плоды.

  • Б
    обозреватель
    23.01.2013, 06:11

    Согласна полностью с первым комментарием: статья производит тяжёлое гнетущее впечатление. очень много каких-то общих фраз,  которые выставляют духовенство прямо какими-то злостными вредителями. Что автор имеет в виду, когда говорит о священниках-лгунах?  В чём они лгут? Непонятно. Или что за "стеклянные глаза"? Странно, что о.Петру Мещеринову так понравилась эта статья.

  • avatar
    Игумен Петр (Мещеринов)
    23.01.2013, 12:24

    Для меня важность этой статьи не в содержании. А в том, что она явно показывает, что мы подошли к границам православной публицистики. Я сам в своё время с этим столкнулся. Дальше будет хождение по кругу и толчение воды в ступе. После таких статей следующим шагом должна стать уже конкретика - а православная публицистика опыта такой конкретики пока не имеет.

    Вот одна из ключевых фраз в статье: "Вот что важно отметить в первую очередь: многим людям, независимо от того, принадлежат они к церкви или нет, сегодня невозможно без огорчения смотреть на тех, кто дерзает говорить от имени христиан. Трудно слышать мёртвые речи, в которых отсутствует смысл".

    После так поставленного вопроса следующим очевидным шагом будет - назвать этих "тех, кто дерзает". Или же продолжать как заклинание повторять: "кто-то кое-где у нас порой..." Это и есть границы жанра.

    Потому что называние имён потребует:

    а) тут же аргументировать, в чём, собственно, заключается та или иная дерзость тех, кто говорит от имени христиан;
    б) соблюдать при этом культуру дискуссии;
    в) избегать недопустимого для православного публициста фрондирования или, тем паче, "революционности" по отношению к Священноначалию;
    г) и главное - противопоставить мёртвым речам, в которых отсутствует смысл, живые, евангельские, подлинно церковные тезисы. Особенно позаботиться об их убедительности важно, если мы обращаем их к начальству.

    И это был бы огромный шаг вперёд. То, что мы подошли к необходимости вышесказанного, показывает статья о. Диодора. Но ведь прежде чем что-то излагать в конкретизированной публицистике, нужно очень хорошо продумать те самые аргументы и тезисы. Способны ли мы (я имею в виду церковную мысль сегодня) на это? Вот главный вопрос, вытекающий из прочитанного.

  • Б
    Александр
    23.01.2013, 15:47

    Говорить "от лица Церкви" - это значит говорить и от лица Христа, "...ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них". Много наговорено "от лица Церкви", но в этом наговоренном часто представитель Христа есть, а Его Самого нет. О.Диодор, скорее, исключение из этого печального правила.

  • Б
    ivan simakov
    23.01.2013, 19:47

    Нет (или почти нет) достойных пастырей?
    Интересны, по этому поводу, слова игумена Никона (Воробьева)

    "Может быть, потому нет и отцов, что не стало способных детей"

    И еще. Автор говорит о подмене понятий, но не замечает как сам эти понятия и подменяет.

    Много было (и есть) учеников, например, у прп. Сергия Радонежского, но... мы с вами (в большинстве своем) знаем великого святого и наставника не как священника, а в первую очередь как монаха. О том, что преподобный был священником не все еще и знают (или лучше сказать, понимают), а вот подвиг монашеского делания святого как раз и явился для учеников ( в широком понимании) "Евангельским Светом" приводящим ко Христу. Пастырем конечно он был, но Пастырь этот вырос из Монаха.

    Не хочу "снимать" ответственность за "оскудение пастырства" со священников, но вот спросить за это с монахов, думаю стоит. И прежде чем говорить о "священнике на дорогой машине", наверное стоит порассуждать о еще более странном явлении, "монахе за ноутбуком".

  • avatar
    Irina
    23.01.2013, 19:57

    Спаси Господи, отец Диодор. Вот вы и ответили (заодно), почему современные люди, не очень то, идут в современные монастыри.

    Я не понимаю комментаторов, которым статья показалась мрачной, на мой взгляд, как раз наоборот, если у нас внутри церкви станет развиваться внутренняя дискуссия, только тогда у нас есть шанс, что история не пойдёт по кругу. Разве может рассосаться, серьёзная болезнь, без лечения? Но чтобы лечить, для начала придётся озвучить диагноз.

    Вот и господь говорил народу израильскому, совсем не то, что люди хотели слышать: 47. Тогда первосвященники и фарисеи собрали совет и говорили: что нам делать? Этот Человек много чудес творит.48. Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом. И предтеча Христов, не очень то весёлую картинку рисовал, «порождения ехидны»- не очень то приятно услышать такое название, избранному народу.

    Не надо бояться переходить к конкретным именам, хотя в таком случае, уже не сработает аргумент -«а у вас, глаза стеклянные» :-)) . придётся разбирать чужие слова и поступки (а тут, всё так завуалировано), ведь на это, оппонент может заявить –«а я совсем, не то имел в виду». Но молчать всё равно, уже нельзя.

  • Б
    Anaolii
    23.01.2013, 21:12

    Зависимость служителей от государственных идеологических парадигм - великое зло, оседлавшее церковь.

  • Б
    Татьяна
    23.01.2013, 21:33

    Да, есть раздвоенность -- подобно как в советское время, когда озвучивать можно было лишь определенные сюжеты в определенных ракурсах, и люди озвучивали часто совершенно искренне -- а потом шли по домам и окунались в реальную жизнь, а на кухнях велись настоящие разговоры на реальные темы... Но чтобы говорить правду, нужна не только смелость, но и духовный такт, и культура, и, главное -- личный подвиг, особенно молитвенный, дающий дерзновение...

  • Б
    Михаил
    23.01.2013, 22:44

    Мысли которые заставляют о многом задуматься. Спасибо автору. Замечательный комментарий игумена Петра (Мещеринова). Но вот еще один из вопросов - возможна ли вообще дискуссия на данную тему в свете событий с протоиереем Георгием Митрофановым?

  • avatar
    Александр
    24.01.2013, 14:53

    На мой взгляд, церковь обладает еще одним свойством, которое можно назвать «рентгеном душ человеческих». И скорее даже не страх, а нежелание исповеди перед «новым чиновничьим институтом» превалирует в среде ищущих путей спасения. Заметим равно, как и для пастыря, так и для пасомых, что, к сожалению, разрывает еще только возрождающеюся учительскую преемственность. Успокаивает одно доступность всем к святоотеческому преданию и к молитве Иисусовой.

    Приобретение благообразия или благочестивого образа жизни, а точнее иерархии ценностей в первую очередь зависит от достойного облагораживания почвы, где должным образом прорастают семена веры. По словам автора данного богословского взгляда, эта почва есть внутренний святой угол, о котором печется соборный разум, то есть «любите друг друга». И все - таки «клубок проблем» или невидимая брань скорее носит промыслительный характер соответственно настоящей эпохи, и известно, что перед тем как производят посев семян, вначале подготавливают почву - бескомпромиссное и качественное безвозмездноеобразование скорее и есть краеугольный камень в настоящем вопросе.

    Игнатий Брянчанинов, да и не только он громким голосом говорили и предупреждали о подобных явлениях, в свое время, при этом определяя точны!й диагноз, но Господь послал великое испытание..

    \...вопрос о смысле христианского свидетельства и тесно связанный с ним вопрос о смысле наставничества, учительства. \ Скорее входят не в комплекс идей, а в пространство путей спасения, как например, страх это не идеологический плод, а грех (аспект) порожденный той же ложью взросший на почве маловерия, что, однако свойственно настоящему ренессансному промежутку времени.

    Потому что, \как и экклесиология неотделима от эсхатологии\, что верно замечено, также важно осознать, что и нравственные понятия неотделимы от образа жизни, что собственно изначально и необходимо прививать в образовательных институтах. Твердо, стоя на кристальном фундаменте или непреходящей формуле «любите друг друга».

    А что бы говорить правду необходимо ее точно знать.

    Гал.6:2 (http://azbyka.ru/biblia/?Gal.6:2). Носите бремена друг друга,

    Так как, будучи человеком, невозможно быть безгрешным, то он убеждает не относиться строго к грехам ближнего, но переносить их, чтобы потом и его грехи мог переносить другой.

    и таким образом исполните (αναπληρώσατε) закон Христов.

    Не сказал: πληρώσατε, но: αναπληρώσατε, то есть сообща все исполняйте, взаимно помогая друг другу, например, проворный пусть помогает медлительному, а медлительный пусть сдерживает его горячие стремления, и таким образом и первый не согрешит при содействии последнего, и последний – при содействии первого. Таким-то образом, подавая друг другу руки, вы при взаимной помощи исполняйте закон Христов, каждый своим содействием ближнему, восполняя то, чего недостает ему. Да и долг любви требует носить бремена друг друга, потому что в любви заключается исполнение заповедей Христовых.

    Ф. Болгарский.

  • Б
    А.Л. Чернявский
    25.01.2013, 12:51

    У темы, поднятой о. Диодором, есть, как мне кажется, поворот, который позволил бы продолжить содержательное обсуждение, не вращаясь по кругу и не переходя на личности, т.е. оставаясь в границах, указанных о. Петром (Мещериновым).

    Сомнительно, чтобы то нестроение, о отором пишет о. Диодор, объяснялось исключительно личными качествами священнослужителей. Наверняка есть и какие-то объективные причины. А если так, то кто еще может их вскрыть, если не православное богословие? И если оно этого не делает, то не потому ли, что в его основе лежит предпосылка, которая в явном виде никогда не формулируется: что со времен Византии и в человеческой жизни, и в представлениях человека о мире ничего существенно не изменилось, и потому ответы на все вопросы по-прежнему можно найти у восточных Отцов?

    Попробую конкретизировать. Если главная цель христианина - спасение, и если оно достигается с помощью аскетической практики, то чем дальше человеку удается уйти от мира, тем ближе он к спасению. Поэтому все, что происходит в мире, для христианина имеет лишь второстепенное значение. Но Церковь как социальный институт = это часть мира. Не потому ли на многих православных сайтах в дискуссиях о церковной жизни регулярно повторяется один и тот же вопрос: "Какое вам дело до церковной иерархии и на каких машинах она ездит? Разве эти машины мешают вам спасаться в том приходе, к которому вы принадлежите?"

    Может быть, попробовать подойти к статье о. Диодора с этой стороны?

  • avatar
    Игумен Петр (Мещеринов)
    25.01.2013, 15:28
    А.Л.Чернявскому:
    Я приблизительно это и имел в виду. Именно вскрывать объективные причины, осмысливая тот или иной конкретный тезис с евангельской и церковной точки зрения.

    Александру Черных:
    Называть конкретные имена и конкретные высказывания и переходить на личности - вовсе не одно и то же. К сожалению, мы на Руси настолько привыкли именно переходить на личности, что нам трудно представить другой способ дискуссии. Я вот столкнулся с немецкой культурой вести дискуссии: весьма жёстко, со всеми именами, с дожиманием тезисов, с требованиями доказательств (приблизительно так: "профессор N высказал то-то, а профессор Z то-то, но это необосновано потому-то и потому-то") и проч. - но не переходя на личности в нашем русском понимании, взаимоуважительно. Вот о чём речь. У нас если называют имя, то исключительно так: "такой-то - дурак и гад (модернист, либерал, на деньги Госдепа, или же фарисей, ретроград и проч.)". А по существу речи не ведётся. Но качественная публицистика, как мне представляется, непременно должна быть "по существу", просто по-иному выражая мысли, нежели академическая дискуссия.

  • Б
    Константин Корольков
    25.01.2013, 16:01

    Трудно сегодня быть православным христианином, но кто сказал, что и раньше было легче? Да и кто сказал, что должно быть легко? Я в Церкви с далекого 1987 года, прошел многое вместе с Церковью за эти годы, но то, что происходит сегодня, не просто огорчает и вызывает вопросы, но, как кажется, разрушает и Церковь и нас, ее членов. И, что главное, многие это видят, многие это понимают… И не только в России. Будучи в других странах, в зарубежных приходах и монастырях, слышишь ту же боль в оценках наших зарубежных православных братьев и отцов, и глубокое сожаление о происходящем. Жаль, но сегодняшняя ситуация в Церкви сродни ситуации в государстве. А может это потому, что они так близки оказались сегодня. Простите меня, досточтимые отцы, братья и сестры, но сердце болит… Спасибо отцу Диодору, который осмелился обозначить лишь некоторые проблемы, уводящие Церковь от Христа. И, давайте оставим эмоции, оставим страстность, а доверимся Евангелию, Святым отцам и из этого будем исходить в своих оценках происходящего. Впрочем, как известно, те, о которых пишет отец Диодор, легко используют цитаты, как говорится, в своих целях.


    Огорчает и еще одно. Не наполняется ли Церковь все больше ненавистью, если начинает деление на своих и чужих, клеймить своих врагов. Есть ли у Церкви враги? Наверное, есть. Есть ли спланированные кампании против Церкви? Конечно, есть. Но это совсем не ново за ее двух тысячелетнюю историю. Но зададимся вопросом, чем должна побеждать Церковь, как относиться к этим кампаниям и нападкам, как вести себя? Или, может быть, мы забыли, в чем сила Христа, и в чем сила святых нашей Церкви?


    Сегодня нередко вспоминают 1917 год, гонение и разрушение Церкви Советской властью. Во всем винят большевиков. Но давайте вспомним и другое - роль самой Церкви в этом страшном процессе. Чем же так отвратила от себя людей церковь в конце Х1Х начале ХХ веков? Лицемерием, высокомерностью и, извините за такую оценку, бездуховностью значительной части рядового священства. Вы помните, что уничтожением Церкви руководили отличники по Закону Божьему? И народ легко пошел за этими отличниками. Вы понимаете – почему? Не стоит ли нам сегодня вспомнить о покаянии за все произошедшее в те далекие годы, и осознать, что и на церковных людях лежит вина за собственное уничтожение Церкви в 20 – 40 годах ХХ века? Невольно напрашивается и такой вопрос, не идем ли мы тем же страшным путем и сегодня?


    Еще раз прошу прощения у всех, кого могут обидеть мои слова, но думается прав отец Диодор. Если мы не начнём всеми силами выполнять Евангелие – и епископы, и духовенство, и простые миряне –Христос, как мне кажется, начнёт отдаляться от нашей Церкви.

  • avatar
    Протоиерей Илия Тетерько
    25.01.2013, 16:52

    Вот-вот!.. Приоритеты... Проблема, которая стоит остро, ещё со времён Константина Великого, когда Церковь стала государственной религией. Христиане, предназначенные быть "солью земли" и "светом миру", стали "играть в Церковь". Мы подменям подчас Её суть какими-то игрушками, фольклором, откровенным язычеством, грубыми и бессмысленными традициями, оправдывая себя авторитетами, канонами, безчисленными правилами, но позабыв о евангельской простоте. Вот и играемся до сих пор и, как свойственно, придумываем новые правила и оправдания.

  • Б
    Константин Корольков
    26.01.2013, 00:25

    Александру Черных. Отличники по Закону Божию - это многие наши революционеры. И в первую очередь В.И. Ульянов (Ленин). В далекие советские времена во многих учреждениях были равешены фотомонтажи с биографиями наших революционных деятелей, и прежде всего Ленина. Я хорошо помню фотографию его аттестата зрелости. Меня,тогда мальчишку, поразила оценка по Закону Божьему - отлично (!!!). Позже я обнаружил это "отлично" и у некоторых других революционных лидеров. Сталин, кстати, тоже сначала очень неплохо учился в семинарии и уж Закон Божий знал отлично.

  • Б
    Ирина
    26.01.2013, 02:04

    Зачем так легко в последних публикациях и комментариях ругают ту, которую еще вчера называли матерью? Можно постоянно критиковать, указывать на недостатки. Если использовать только такой подход, рано или поздно кого угодно можно таким образом довести до уныния и отчаяния, неуверенных или только ищущих свой путь оттолкнуть. Можно и по-другому, акцентировать внимание на положительном, развивать хорошее, вследствие чего не соответствующее ему атрофируется или отомрет за ненадобностью. Насколько мне известно, люди с большей охотой принимают правИло, с чем сравнивать, в противоположность прАвилу, что просто требует выполнения, подчас бездумного. Дайте им то, что они хотят получить.

    Гоголь несмотря на все его достоинства, по моему мнению, сотворил одну очень вредную вещь: лишил идеала, на который хочется равняться. Показал уродство и порок в качестве главного героя и действующего лица, чем дал возможность успокоить совесть: не один я такой, если главный таков, что уж на моем месте говорить и т.д.

    Полагаю не следовало бы всем превращаться в а ля гоголей, говоря о церкви.

    Люди не идут, потому что священники нехороши. Получается "народ надо менять", не устраивает своими эксплуатационными характеристиками и потребительскими качествами, что одни, что другие. Вот если б все враз стали такими идеальными, зачем и Бог, сами все можем. Но Он же пришел, Царство небесное к нам приблизилось, не мы подросли, чтобы заявить о своих правах на него.

    А еще все хотят любви, просто любви, не за заслуги какие, а так, за факт существования. Постоянно сталкиваешься с неосознанной тоской людей по любви. И тыкаются как слепые котята, и принимают за любовь суррогат: известность, славу, признание, власть, карьеру, деньги и пр. подобное. Их же потом обвиняют, неизвестно по какому праву забраковав за не соответствие идеалу. Сами, кажется, любить не научились и собою заслонили неиссякаем источник единственно нужной любви человеку. Научите людей чувствовать и видеть себя уже любимыми. Подарите эту радость.

    Кто знает, какими бы мы были, дай нам других священников? И почему все рассчитывают на особое отношение к себе: я особый, живу, вижу и чувствую не так, как все, мне и священник нужен другой, с особыми глазами? И даем ли мы другим хоть сотую долю того, что считаем те нам просто-таки должны и обязаны?

    Один бросил камень, знать и другим пора из-за пазухи достать, похвастаться накопленным. 1917 год надо поминать только потому, что с тех пор не одно поколение приучали развенчивать правителей, всех без исключения от царя до нынешних. Теперь светской власти мало, добрались до своих иерархов. Так каких правителей и иерархов Господь Бог обязан нам преподнести, всякие уже побывали, сами не забыли, чего хотим? Может требуем невозможного?

    Все нормально у нас со священниками. Все те, кому возгласили "аксиос", никто через забор не перелез, вот и слушайтесь достойных. Не нравится, не возглашайте, растите и воспитывайте других детей как матери, как отцы биологические или духовные.

    Вот уж точно, кто к чему пристрастится, тот от того и погибнет. Казалось, нашелся сайт, где можно найти нечто отличное от горного дракона информационного общества. Но нет, все то же и так же, в другой обертке только. И опять ощущение, что живешь чужой жизнью, свою когда-нибудь потом успеешь. Все. Пора заканчивать. Ум и так все это знает и видит, а сердцу пора дать отдых от негатива, не то панцирем покроется.

  • avatar
    Мария Игнатьева
    26.01.2013, 02:08

    Спасибо порталу за публикацию этой важной и глубокой статьи. Мне думается, значение ее далеко выходит за пределы жанра публицистики, хотя, безусловно, точный, живой язык и злободневность поднимаемых вопросов делают статью одним из самых ярких событий среди нынешних публикаций на церковные темы. Главный вопрос, обсуждаемый монахом Диодором, на мой взгляд, это вопрос о совести христианина, независимо от сана, чина и положения, в обстоятельствах, принуждающих к компромиссу, самооправданиям и лжи. Этот вопрос не только не нов, но без ответа на него нет и христианина. Ответы, предлагаемые в статье, преодолевая границы публицистики, располагаются в области богословия и аскетики, давая нам, современникам, возможность увидеть себя в зеркале  Евангельской истины, а самой статье - серьезные шансы на долгую жизнь и тогда, когда не будет нынешних обстоятельств, а будут другие, и неизвестно, насколько более драматичные.

  • avatar
    Валентина
    26.01.2013, 21:23

    Cтатья изумительная. После прочтения этой статьи я испытала нечто, похожее на катарсис. Я как-то успокоилась. Поняла, что "не все ещё с ума сошли", есть нормальные, здравомыслящие, честные люди, есть ещё настоящие христиане. А то ведь я всерьёз начала задумываться о таких вещах, что и сказать невозможно...Но вот в церковь не хожу с весны прошлого года...Не выдержала душа фальши и лицемерия.Стаью распространила, как могла...  Огромное спасибо монаху Диодору!  Задышалось!

  • avatar
    Валентина
    26.01.2013, 21:27

    Совершено согласна с Вами, уважаемый отец Илья!

  • Б
    Даниил
    28.01.2013, 08:12

    Наличие пассажа

    Ты думал, что будешь просто «миссионерствовать» (по-русски говоря, разглагольствовать о том, какая «радость» и какое счастье быть православным), думал, будешь рассказывать людям сказки о пастухах и звёздах, цитировать Честертона и Льюиса, толковать «Властелина колец» и «Матрицу» в христианском ракурсе, — и на этом твоя миссия окончится?

    резко снижает ценность содержания статьи до уровня очередных междусобойных разборок. Жаль.

  • avatar
    Валентина
    28.01.2013, 15:24

    Всё, что Вы говорите,Ирина, понятно "по умолчанию". Не думаю, что Христу нужно моё искусственное настроение, когда я иду в Церковь "из-под палки". Нет, убеждена, что Бог, читая в душе моей, знает всё обо мне и судит по моим делам, по моему отношению к людям и жизни. Не получится у меня фальши, увы.

  • Б
    А.Л. Чернявский
    29.01.2013, 10:46

    Марии Игнатьевой

    А Вам не кажется странным, что приходится взывать к совести христианина? Разве христианами становятся не те, у кого обострена совесть, кто мучается из-за несоответствия своей жизни требованиям, которые Христос предъявлял своим последователям? Или могут быть и другие мотивы, тоже вполне достойные? Например, человек приходит в Церковь в надежде на жизнь после смерти при условии соблюдения всех церковных установлений. Или потому, что понял: все, о чем говорится в Символе Веры, правда. Или чтобы иметь возможность, приходя в храм, отдохнуть душой, отрешившись хотя бы на время от мирской суеты. Или потому, что любит Россию и считает православную Церковь тем фундаментом, без которого России не устоять. И так далее.

    Но согласитесь: если человек руководствуется каким-то из этих "альтернативных" мотивов или даже их совокупностью, то он, во-первых, никогда не поймет, почему он должен испытывать угрызения совести, катаясь на дорогой машине. А во-вторых, говоря формальную правду, "записанную в авторитетных текстах", он вовсе не чувствует себя лицемером - просто потому, что не видит за этими текстами того, что видит монах Диодор (или видит совсем не то).

    Тогда, может быть, для начала стоит выяснить, имеют ли все христиане (в том числе монахи и священники всех рангов) одно и то же представление о том, что значит быть христианином?. И подумать, как быть, когда выяснится, что это не так.

  • Б
    Ирина
    30.01.2013, 16:04

    Валентина, мне не совсем понятно, почему именно мои комментарии вызвали такой Ваш ответ.

    Предлагаю просто диссоциированно взглянуть на священников. Многие и многие из них в недавнем прошлом или настоящем молодые люди, к 20 с хвостиком годам накаченные чистой воды знаниями по определенному перечню предметов. Подведенные в этом возрасте к черте выбора, определяющего все его дальнейшее служение. Женитьба да диплом - вот весь их багаж, на основании которого принимается решение о рукоположении.

    Ему самому впору учиться у 3/4 своего прихода элементарным вещам: как воспитывать детей, как жену любить да соблюдать, как семейные отношения строить, что есть жизнь во всем ее многообразии, каковы ее неприглядные стороны и прочее, прочее, прочее. С чем к нему могут придти на исповедь, вспомните Достоевского и не думайте, что в наши дни такое невозможно. Что ему делать? Прятаться за формализм, ничего кроме голого разума и приобретенных путем обычного изучения знаний в этой ситуации ему не поможет. Так кто же виноват, что он стекленеет?

    Он вырос в стерильных условиях. Большинство родителей так и растит своих детей: создают некое подобие усовершенствованного рая, говорят, от всех деревьев плоды вкушай, а от этого не то, что "ни-ни", его просто прячут, делают вид, что такого не существует. Потом чада, как и положено, обнаруживают то самое дерево. Хорошо, если плод был сразу настолько кислым, что челюсти свело, или, что неспелая хурма - комом в горле встал. Но есть же плоды с легким привкусом горчинки, едва заметной, вкус не портит, наоборот, добавляет ранее не ведомые оттенки, и возбуждает бешеный аппетит. И вдруг обнаруживается, раньше на сухаре, что тот заяц на энеджайзере скакал, на скалы лазал, теперь стол с изысканными яствами и деликатесами не в состоянии влить энергию, сравнимую по мощности с атомной станцией, ни рукой, ни ногой пошевелить не в состоянии. Нет жизни в человеке.

    И оказалось, что верили вместо них родители, им же только те же самые знания поставляли. Родитель в обморок хлоп, растил растил, а что выросло? Ну так вернитесь к первоисточнику, что называется, учите матчасть, там указано в книге Бытия, сколько времени и событий понадобилось, чтобы после таких плодов человек начал опять Бога искать. Радуйтесь, с этого момента и начинается осознанный выбор у большинства.

    А вчерашние семинаристы так и продолжали оставаться в почти стерильных условиях пока учились, да и став священниками поначалу, а потом форточку приоткрыли. У них этот период лет на 5-7 сдвинут по сравнению со сверстниками. В их стерильность надуло всякого разного, а иммунитета нет. Или "добрый самаритянин" плод в красивой упаковке преподнес с нужными успокоительными аргументами. Ему и машину хочется и погонять на этой машине, чтоб пыль столбом и ветер в ушах свистел. А ему: не моги, не смей. Боже мой! да когда ж вы сами такими мудрыми стали? годам к 40 или после? Времени ему не дали, чтобы перебурлило, перекипело, перебродило, чтобы оценить, с чем дело имеешь, то ли с вином, то ли с уксусом. Вот и вырабатывают свои способы защиты.

    Вы же зрите перед собой вместо свободного во Христе, закованного в кандалы условностей человека, который не избавляется, а подавляет в себе и страсти и обычные желания, потому как различия пока в них не видит, с которого еще и пример брать велят. Какой пример? Как величайшую радость превратить в жернов на шее?

    Его самого лечить надо, а к нему с претензией, "какой из тебя врач". Да вот такой. Как хирурги дубеют и убеждают тебя, где должно болеть, а где нет, потому как в учебнике об этом написано, и что тебе удалить надо там же рекомендовано. И постепенно становятся классными медицинскими работниками, но не врачами. Так и священники превращаются в классных церковных работников, а хотят врачей.

    Единицы выгорают. Священники. И миряне тоже выгорают. Хорошо! значит есть что-то живое. Хорошо! на этом пепелище можно обнаружить настоящий росток веры. Хорошо! Понял, что взвалил не по силам, если преодолеет, будет знать, сколько и чего может вынести ближний. А врач у всех один милосердный.

    И что делать, нет универсального средства. Один критерий может быть только, зрелость человека. Повышать возрастной ценз тоже не вариант. В разных климатических условиях почва не в одно время готова, каждому семени свое время посева (воткнешь в землю рано, не удивляйся, что вместо корнеплода пышную ботву получил) и свое время созревания. У нас у самих терпения не хватает дождаться ни времени посева, ни времени сбора урожая.

    Никто не желает брать на себя ответственность за решение по сути того, что видишь, вот и ищут формальные универсальные критерии: обучили, обженили, рамки обозначили, фейс-контроль прошел - допущен, а дальше не наше дело. Коли хорошо получится - наша заслуга, нам честь и хвала, плохо - мы здесь ни при чем, он сам. Коллективная безответственность все покроет, все спишет. Орган личной ответственности не развит.

    И еще есть такая маленькая особенность: очень любим харизматиков, делаем из них идолов, начинаем им поклоняться. А такие вот "стеклянные" одним своим видом заставляют Бога искать, рыть землю,что называется, носом в поисках жемчужины. Придет время, те либо разобьются, либо оживут. На все воля Божья.

    Это мое частное мнение по возможным некоторым причинам волнующих автора статьи явлениям, мнение мирянина. Что в монастырях, это их дело, они выращивают особые экзотические растения в специальных, искусственно созданных условиях. Сможет ли каждое из этих растений на семи ветрах глаз радовать, не уверена. Да и выдерживаются ли там необходимые условия или сквозняки гуляют, не знаю. Знаю только одно, неправильно не к монахам подходить с монашескими мерками. От этого и получается та самая ноша, от которой ноги подкашиваются, да выгорание происходит.

    И еще могу добавить, Церкви за нас почему-то не стыдно: кривых, хромых, нагих, нищих и убогих, для всех во все века место находилось. Нам же теперь зачем-то насаждают чувство стыда за Церковь и ее представителей. Не боги горшки обжигают, каждому свое место и предназначение.

  • Б
    Алексей Громыко
    30.01.2013, 20:28

    Если Церковь перед лицом мира, то лицо секулярного мира в этом году это черная водяная змея. А ещё это 13 год второго тысячелетия, он один в тысячелетии. И в этот год перед лицом такого мира православным надо бодрствовать, как никогда. И если искать православные приметы в этом мире, (примечайте, говорил Христос), то они были. Были в прошлом году две странных похожих смерти двух мужчин по фамилии Агафонов. Эту странность заметили в светских СМИ, но объяснить не смогли. И вот 5 марта будет Агафон Печерский.

  • Б
    иерей Михаил Ильин
    31.01.2013, 21:54

    Очень горько, отец Диодор, что Вы написали такую статью. Чтобы писать о жизни, ее надо знать. Оглянитесь вокруг себя. Вы не найдете на приходах Вашей епархии ни одного примера, подходящего под Ваши характеристики. Очень горько...

  • Б
    Леонид
    03.02.2013, 10:22

    И Гоголь в зеркало смотрел? Очевидные, известные всем вещи. Нужно говорить и думать, как нам с этим жить. Пока остается - "... а по делам их не поступайте". Утешает, что есть еще такие монахи.

  • Б
    Ирина
    03.02.2013, 13:28
    В зеркало в большинстве случаев смотрят, чтобы увидеть там себя. И если что не нравится в увиденном, бесполезно винить в этом кого-то еще. Может, конечно, зеркало быть кривоватым, а может сами личиком не вышли мы.

    А как жить с этим, этому посвящены и Апостольские послания и все творения Святых Отцов. И какие чувства следовало бы в себе пробуждать в отношении начальствующих тоже много чего можно найти. И кто даже из Святых Отцов в какие времена не подвергался критике современников? Это было уже в веках. бывших прежде нас. И нет ничего нового под солнцем.

  • Б
    А.Л. Чернявский
    04.02.2013, 11:30

    Иерею Михаилу Ильину и Ирине

    Если я правильно понимаю статью, речь в ней идет не столько о рядовых священниках, сколько о тех, кто выступает от лица Церкви в СМИ в качестве рупоров той идеологии, в которой о. Диодор видит корень зла. А в третьем и втором абзацах от конца - о тех, кто эту идеологию не приемлет (среди них могут быть, конечно, и рядовые священники), но либо молчит, боясь потерять место, либо думает о переходе в другую Церковь.

  • avatar
    Легеев Михаил Викторович
    06.02.2013, 17:58

    Уважаемый о. Диодор и уважаемые участники обсуждения статьи!

    Позвольте представить на ваше всеобщее обозрение моё мнение о настоящей, весьма талантливо написанной, статье.

    В статье говорится много верных слов.

    Однако, после чтения статьи у меня возникло ПАРАДОКСАЛЬНОЕ ОЩУЩЕНИЕ, что корень статьи, её "целое", её концептуальная внутренняя движущая сила питаются духом той самой невидимой и внутренней (безусловно неосознаваемой) подмены понятий, которой и посвящён основной пафос самой статьи. На первый взгляд, статья производит странное впечатление недоговорённости, оставляет слишком много вопросов... Как мне кажется, понять внутренний стержень статьи и преодолеть эти недоговорённости можно, обратившись ретроспективным взглядом к прошлому творчеству о. Диодора, а именно, к ряду его статей на Богослов.ру, посвящённых отношениям Церкви и государства.

    Основной мотив творчества о. Диодора – радикальное противопоставление Церкви и мира. И тут о. Диодор опять же пишет много верных слов, как общебогословского, так и общеназидательного характера – скажем так, вполне в духе свт. Иоанна Златоуста, обличая и назидая многоразличные человеческие пороки. Но, к сожалению, в этом своём верном и христианском устремлении о. Диодор не замечает важной грани между миром человеческого греха и миром-космосом (хотя, несомненно, и знает о её существовании). Отношения Церкви и мира-космоса неоправданно сужаются в его понимании до некоторых, тех или иных, пределов - до отношений Церкви и отдельного человека, Церкви и семьи... но никак не до отношений Церкви и такого социального (т.е. общественного, человеческого же) института как государство. Последним отношениям о. Диодор фактически отказывает в праве на существование под предлогом принципиальной инаковости Церкви и государства. Вот тут-то и происходит незаметный переход за вышеобозначенную грань, разделяющую космос и грех, - переход, приводящий к экклезиологической несообразности, ограничивающий Церковь в её безграничном (в рамках космоса) миссионерском устремлении и взаимодействии со всем окружающим миром.

    Как представляется, тот же самый радикализм (а подспудно, возможно и даже вероятно, и та же самая тема) присущ и настоящей статье о. Диодора. Противопоставление видимого и невидимого, внешнего и духовного доходит у него до радикальной несовместимости, идёт ли речь об отношениях небесного и земного собраний, обществ (т.е. Церкви и государства) внутри космоса или же об отношениях духовного и внешнего благополучия внутри микрокосмоса отдельного человека. Нет нужды приводить многочисленные слова Самого Спасителя по этому вопросу (т.е. о противоположенности богатства и пути человека к Богу), т.к. их с успехом и вполне справедливо приводит сам о. Диодор в своих сочинениях. Обратим внимание лишь на то, что Господь говорит, прежде всего, о внутреннем мире человека! Взирает ли и на внутренний мир обличаемых им людей (даже целых «групп людей» среди священства, имеющих «идеологию» и «направление» действия согласно с ней) о. Диодор? Предполагаю, что и сам о. Диодор счёл бы такое предположение нелепым, а действие – самонадеянным. А если не так, то насколько мы можем по видимости судить о внутреннем мире человека?

    Да и «уважение к внутреннему миру другого человека», о котором пишет о. Диодор, должно бы начинать проявляться, не со слов об уважении, а с личного примера уважения, который, к сожалению, не всегда обретается в комментариях о. Диодора на Богослов.ру к статьям других людей. Это уже свидетельствует о некоторой неправоте автора в отстаивании своей позиции в данном случае. Сколь часто (если не сказать «всегда») мы видим в других свои собственные грехи! Вспомним известную духовную притчу о пчеле и мухе на поле, и о том «зрении», которое открывает этим двум существам совершенно разные, даже диаметрально противоположные, картины мира!

    Что стоит за нашими словами обличения? Только лишь желание помочь ближнему, помочь Церкви (это было бы прекрасно и справедливо)… или нечто большее – или та самая «идеология», против которой мы сами же и выступаем? Уподобляемся мы в нашем порыве свт. Иоанну Златоусту или большевикам, которые, как известно, мало чем отличаясь в этом от многих нынешних обличителей «пороков Церкви», клеймили «толстых попов», «угнетающих» вместе с власть предержащими царём, помещиками, капиталистами и т.д. бедный трудовой народ? Ответ на этот вопрос может дать только наша совесть, в союзе с умом рассуждающая и определяющая истинную цель наших поступков. Не именно эти ли «толстые попы» стали впоследствии сонмом мучеников, являя живой (а не словесный и рассудочный) пример жизни Христовой, которой живёт Церковь! Именно большевики имели своею целью разделить Церковь и государство, Церковь и общество, разорвать эти так необходимые для космоса связи. Именно свт. Иоанн Златоуст, а вместе с ним и сонм других святых, совершенно напротив, говоря, казалось бы, те же самые слова обличения пороков церковных, имели своею целью упрочение и укрепление этих связей.

    Увы, история повторяется!.. Или, лучше сказать, предлагает нам попытку собственного повторения. Пойдём ли мы по этому пути?.. Истина бывает поругаема не только внутренней осознанной или полуосознанной ложью, но и неправдой неосознаваемой, которая представляет собой ничуть не меньшую (если не сказать «большую») опасность.

    В заключение замечу, что в статье слишком много двусмысленностей. Что такое «некая группа людей»? Что такое «идеологическая поддержка того направления, которое соответствует… материальным, «земным» интересам»? Что означает пространный пассаж о страхе с отсылками к тоталитарной идеологии и т.п.?

    Уважаемый о. Диодор, теперь уже обращаясь персонально к Вам, прошу Вас объяснить эти неясные моменты, а равно подтвердить или опровергнуть моё предположение о внутренней связи Вашей настоящей статьи с тематикой Ваших прошлых статей о Церкви и государстве.

  • avatar
    Инна Серова
    12.02.2013, 18:57

    Уважаемая редакция, уважаемый автор статьи!
    В последнее время меня не покидает ощущение, что все мы забываем слова Христа: "Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего; у вас же и волосы на голове все сочтены" (Мф. 10, 29-30). Церковь - Его Тело на земле, и без Его попущения все, что с нею и со всеми нами происходит, не происходило бы. Лицемеры и люди, вилами накалывающие глаза иконам, - то, что послано нам Божией волей. В назидание, наказание, к смирению, для снискания венцов? Пусть каждый спросит у Господа.

  • Б
    nike@
    14.02.2013, 16:47

    @Однако сегодня, чтобы говорить правду, надо иметь мужество. Пришло время что-то терять, а иначе потом нечего будет хранить@.

    @Потому что уважение к внутреннему миру другого человека и его личным отношениям с истиной настолько важны, что являются в данном случае определяющими@.

    к сожалению, очевидно, что уважаемому о.Диодору не хватило или «мужества» или «уважения к внутреннему миру других людей», о чём он так хорошо пишет, чтобы выйти смело, ответить за свои слова, разрешить все недоумения и в дискуссии убедить ближних в правоте своих убеждений , хоть и некоторые участники дискуссии обратись к нему очень почтительно и уважительно с весьма серьезными вопросами. а стоило ли тогда писать подобную статью и выставлять себя, как эталон мужества? пока же понятно только одно: русский православный во много раз великодушнее, чем видит его монах Диодор и он «уложит спать и накроет одеялом» не только пьяного попа, но и всякого другого, а те ,кто идет выкалывать глаза иконам …о подобных есть мудрая русская пословица…о «грязевых ваннах» их любителях …

  • Б
    иерей Михаил Ильин
    16.02.2013, 16:05

    Уважаемый отец Диодор!

    Рассказ замечательного писателя Евгения Пермяка "Перо и чернильница" заканчивается такими словами:

    "Много тетрадок исписал Сережа, а сказка не зацепляется.

    ─ Почему это, дедушка, так? Может быть, чернила у меня жидкие, или чернильница мелкая, или перо тупое?

    ─ Не горюй, Сергей! ─ утешает дед. ─ Придет время ─ не только сказку, а, может быть, что-нибудь покрупнее вытащишь... Если, конечно, не в одну чернильницу смотреть будешь, если без людей, сам по себе, жить не начнешь, тогда и чернила будут гуще, и чернильница глубже, и перо острее..."

    На кнопки клавиатуры нажимать в благих целях, конечно, неплохо. Но и лопату бы почаще, живя в монастыре, взять в руки, и водичку в ведрышке принести было бы очень здорово. Было бы... И не только об абстрактном благе Церкви подумать - об этом есть Кому заботиться, но и о нуждах и переживаниях тех, кто живет под боком. Да, видимо, к величайшему сожалению, уже поздно. А может быть нет?..

  • Б
    иерей Михаил
    17.02.2013, 15:12

    Отец Диодор!

    Читая статью, есть ощущение, что за спиной у тебя целая сумка с камнями для закидывания грешников. Из моего личного опыта принятия исповеди, могу с уверенностью заявить, что всё обстоит намного сложней. Во многом можно согласиться и действительно, система компромиссов, а зачастую и откровенная потеря веры некоторыми клириками ввергает в уныние. Но это вечная история порабощения человека грехом. Каждый человек, в первую очередь, человек живой, чувствующий, переживающий и если ты знаешь человека который заплутал, покажи ему пример жизни чистой, он может и покается. А клеймить и кричать о неправдах дело необходимое, наверное, только тогда, когда беззаконие касается лично тебя.

  • Б
    Очарованный странник
    17.02.2013, 19:15

    Уважаемый о. Михаил!
    Полагаю, что когда о. Диодор писал эту статью, он имел ввиду скандальные истории вокруг нашей Церкви (громкие ДТП и пр.) минувшего года, ставшие сооблазном для деятков тысяч людей, а отнюдь не царевококшайских иереев.

    "Священник в роскошной машине не просто безнравственен, он смешон, как дьявольская пародия на священника" - отрадно, что есть еще в нашей церкви клирики, разделющие эти слова уважаемого протоиерея Георгия Митрофанова.

    По поводу воды-лопаты, послушания в монастыре все же определяет игумен, а не иерей Михаил Ильин из Йошкар-Олы.

  • avatar
    Мария Игнатьева
    18.02.2013, 01:39

    Отец Михаил, речь в статье и в дискуссии идет о крайне важной и актуальной проблеме, значение которой Вы или не понимаете или сознательно игнорируете. Но как бы то ни было, Ваш совет автору размахивать лопатой, а не стучать по клавишам вызывает досадное недоумение у всех, кто с горячим сочувствием и благодарностью отозвался на этот текст. Большая просьба, прежде чем снова высказывать свое мнение, сформулировать его по существу дела, а не по адресу автора и не ради непонятных постороннему человеку представлений о том, зачем стоит макать перо в чернильницу.

  • avatar
    Мария Игнатьева
    19.02.2013, 21:33

    Многоуважаемый Михаил Викторович!

    Конечно, в статье затронуто много вопросов, но все они разбираются в свете Евангельской истины. Известные искажения происходят именно потому, что человек сначала уклоняется от этого света, а затем привыкает делать вид, что именно его уклонение и есть настоящий светильник. Вторая стадия особенно заметна в наши времена, и ни к чему хорошему привести не может: ложь всегда отвратительна, а та, что прикрывается Евангелием, - в тысячу раз. Кто именно указывает на проблему, мне кажется, и в самом деле не имеет большого значения, если ему удаётся найти точные и правдивые слова. Это ведь не художественная литература, да и не публицистика, в которой, как правило, журналисту важно, чтобы его текст ассоциировался с его именем. Это, скорее, наука, богословие. Хотя, несомненно, с бОльшим интересом прислушиваешься именно к тому, кто уже проявил себя как добросовестный и проницательный исследователь. Что касается того, что отец Диодор не отвечает на комментарии, то лично мне было бы интереснее прочитать новые его статьи на новые темы, чем его отклик на комментарии к этой статье: ведь руку на сердце положа, эти комментарии не требуют ответов, которые бы уже не содержались в самой статье.

  • avatar
    монах Диодор (Ларионов)
    20.02.2013, 11:33

    1. Дорогие комментаторы, во-первых, хочу всех поблагодарить за высказанные мнения и оценки. К сожалению, сейчас в силу обстоятельств у меня нет возможности вести дискуссию в форме комментариев и отвечать каждому на те или иные вопросы. Но хочу уверить всех, кто высказался, что все комментарии я прочитал, и постараюсь использовать в дальнейшем то полезное, что содержится в некоторых из них.

    2. Особо настойчивые комментаторы (среди которых уже длительное время ко мне обращается М. Легеев, причем не только под этой статьёй), очевидно, ждут, что с ними будет вестись дискуссия и, может быть даже, полемика, однако моё отношение к подобного рода общению сложилось уже давно и с тех пор не изменялось: дискуссия предполагает взаимную заинтересованность — если её нет, то нет и смысла требовать каких-то ответов. С того момента, как речь заходит о личных качествах автора или оппонента, можно считать, что диалог стал невозможен. Это, однако, не исключает возможности жёсткой критики самих взглядов автора, и форма, в которой выражена эта критика, для меня не так важна — достаточно того, чтобы речь шла о предмете. Именно поэтому в моей статье и нет упоминания личностей — потому что критика лиц не входит в мою компетенцию; а кроме того, обсуждение поступков других людей всегда уязвимо — такого автора легко можно дискредитировать, сказав, что он перешёл на личности.

    Поэтому я никоим образом не согласен с позицией о. Петра Мещеринова, который полагает, что необходимо обсуждать конретные поступки конкретных людей: члены Церкви, которые ведут дискуссию по проблемам церковной жизни, должны ориентироваться на общие принципы, выстраивая свою позицию посредством богословского анализа тех или иных тенденций и событий — а выводы пусть каждый делает для себя сам на основе Евангелия, ведь в Евангелии нет принуждения. Точно так же и, прочитав настоящую статью, любой может сказать, что это не про него (потому в ней и говорится не "все священники", а "некоторые", не "все представители церкви", а только "те или иные" и т.д.), но в то же самое время любой может и задуматься о самом себе. Сделав этот шаг, можно сделать и следующий, начав говорить о тех вопросах, которые в принципе выходят далеко за рамки каждого конкретного случая и каждого конкретного человека. И эти вопросы шире и глубже конкретных случаев, обсуждаемых светской прессой, и их надо учиться видеть.

    3. Есть категория людей, лично всё принимающих на свой счёт и приходящих в трудно контролируемое негодование и даже озлобленность от неправильной внутренней установки при чтении статьи, подобной этой. Этим людям бывает трудно разъяснить, что такие статьи пишутся не для обличения, а для самопознания. В конечном итоге, при более глубоком погружении в тему, есть риск, что у них может возникнуть некоего рода когнитивный диссонанс, поскольку оказывается, что статья списывается автором с самого себя, а не с других: он смотрит не на поведение других людей (в статье говорится вообще о духовных лицах, а не только о священниках), хотя, конечно, не может не замечать общих тенденций, а залядывает в себя и на этой основе составляет аналитический комментарий к движениям души - внутреннего объекта самопознания - и общества - внешнего объекта самопознания. Этот отрезок бытия, который проживается каждым индивидуально, законами мироздания интегрирован в единое целое, а потому суждение о себе неизбежно оказывается суждением о целом, а картина целого неизбежно запечатлевает в себе метафоры, отсылающие к частным сущностям, личностям, выражая в себе их присутствие. Попытка богословского осмысления этих связей необходима, и такой подход кардинально отличается от задач так называемой "православной публицистики".

    4. Священника Михаила Ильина, которого статья вдохновила на множество комментариев, хотел бы поблагодарить за добрые советы и рекомендации, особенно относительно лопаты и ведра (это всегда актуально в монастыре, и люди, сочувствующие монахам, как правило, это всегда им и советуют). Тем не менее, не могу согласиться с противопоставлением лопаты и клавиатуры (чернильницы), которое мне кажется надуманным: на самом деле одно другого не исключает, а напротив, способствует одно другому. В этом как раз смысл проводимой в статье идеи о соединении теоретической и практической жизни: как теория без практики ничто, так и практика без теории ничто. У нас, к сожалению, в силу исторических обстоятельств совершенно забывают о второй части этого тезиса.

    5. Хотелось бы поблагодарить некоторых комментаторов, выразивших поддержку той позиции, которая представлена в статье. Среди них особенно выделяется комментарий Валентины от 26.01.2013 в 22:23 : одного такого отзыва достаточно для того, чтобы оправдать труд написания подобной статьи.

    С уважением,

    монах Диодор

  • Б
    nike@
    21.02.2013, 21:53

    "Дьявол начинается с пены на губах ангела, вступившего в бой за святое правое дело. Все превращается в прах и люди и системы. Но вечен дух ненависти в борьбе за правое дело. И благодаря ему, зло на Земле не имеет конца. С тех пор, как я это понял, считаю, что стиль полемики важнее предмета полемики. Григорий Соломонович Померанц.

  • avatar
    Мария Игнатьева
    22.02.2013, 00:15

    Я думаю, имеется в виду совесть как естественный закон, данный человеку от Бога, "некоторый помысл, просвещающий ум" и позволяющий ему отличать добро от зла, см. авву Дорофея, главу "О совести".

  • ВКонтакте

  • Telegram

  • Электронная почта

  • Скопировать ссылку