«Российское византиноведение» – общее поле церковной и светской науки

27–29 января в здании исторического факультета МГУ проходит XIX всероссийская научная сессия византинистов «Российское византиноведение. Традиции и перспективы». Организаторами сессии выступают Национальный Комитет Византинистов Российской Федерации, Исторический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова и Центр истории Византии и восточно-христианской культуры Института Всеобщей Истории РАН. Программа сессии очень разнообразна: здесь работают секции «Славяне и Запад», «Византия, славяне и Русь», «Византия. Кавказ. Восток», «Проблемы внутренней истории», «Духовная культура», «Проблемы источниковедения» и пр. В числе докладчиков были и историки, и реставраторы, и филологи из самых разных институтов, музеев и университетов, в том числе свои доклады представили и исследователи из Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета.

Как отметил декан исторического факультета МГУ, член-корреспондент РАН, доктор исторических наук, профессор С.П. Карпов, «в настоящее время сложилось несколько крупных научных школ и ряд направлений, разрабатываемых отдельными учеными». «К числу достижений отечественного византиноведения можно отнести: изучение византийской цивилизации, публикацию Свода византийских свидетельств о Руси (М.В. Бибиков), Архивов русских византистов (рук. – И.П. Медведев), комплексные исследования истории Причерноморья, издание Православной энциклопедии с большим вниманием к византиноведению, серии «Византийская библиотека» («Алетейя»), публикации издательств «Индрик», «О. Абышко» и др». В числе недостатков С.П. Карпов отметил неучастие отечественных ученых в крупных международных проектах и структурную и организационную неоформленность.

Темы, обсуждаемые на научной сессии, безусловно, представляют интерес как для светской, так и для церковной науки, так как охватывают одно историческое поле, один временной период. Возникают ли споры на этом поле? Как решаются научные проблемы? Существует ли общее поле, на котором церковная и светская наука могут не просто пересекаться, но и сотрудничать. С этими вопросами портал «Богослов.Ru» обратился к организаторам и участникам заседания.

Михаил Вадимович Бибиков, доктор исторических наук, ректор Государственного академического университета гуманитарных наук, руководитель Центра истории Византии и восточно-христианской культуры института всеобщей истории РАН, профессор филфака МГУ: «Существует общее поле, где взаимодействуют историки и богословы. И мы взаимодействуем не только физически, поскольку мы участвуем в Богословской конференции, которая проводится Московской духовной академией, Свято-Тихоновским богословским университетом, и соотвественно, их приглашаем на наши конференции, на наши заседания, надеюсь, что сейчас пойдут и защиты со стороны наших коллег-священнослужителей, но и взаимодействуем по существу, конечно, потому что мы занимаемся одними и теми же проблемами – толкованием текстов, определением текстовой структуры, рукописной традиции, святоотеческой литературой, библейской литературой, агиографией. Если и бывает какое-то несогласие, то оно может существовать как внутри группы светских историков, так и внутри церковных, но это вопрос противоречий или разных мнений, двух интеллектов. Я уверен, что вопрос о противоречии церковной и светской науки – искусственный, вопрос, который идет из прошлого. В советское время Византия была на периферии, и чтобы как-то ее утвердить в учебных планах, создавалась некая светская линия культуры Византии, но это же только одна часть. Проблема какого-то мнимого противоречия возникла просто в той ситуации, которая сложилась отечественном византиноведении в середине XX века. А нормальный путь византиноведения – вся традиция XIX века – другой. Например, Васильевский и другие известные византисты связаны либо семейно, либо в прошлом с Церковью, они – церковные люди».

Проф. Сергей Аркадьевич Иванов: «Ученость одна, она может использоваться людьми религиозных или атеистических взглядов, но они при этом должны работать на одном поле. Замечательным примером сотрудничества светских и церковных историков является «Православная энциклопедия», которая для меня лично, как для светского ученого, была приятным сюрпризом. Это абсолютно честное сотрудничество. К сожалению, в этой сфере есть и неприятные моменты, существуют церковные историки, которые утверждают, что некоторые сферы изучения являются их прерогативой, есть такие области, про которые допустимо говорить только в определенном ключе. Это, я считаю, неправильно, потому что религия и наука лежат в разных плоскостях и абсолютно друг другу не мешают».

Профессор исторического факультета МГУ, доктор искусствоведения Энгелина Сергеевна Смирнова: «До тех пор, пока Церковь не ставит вопрос о том, что все, что происходит из Церкви, отдайте в Церковь, мы прекрасно сотрудничаем. Мне кажется, сама эта идея довольно нелепая, потому что все это принадлежит общему контексту мировой культуры, и принадлежит всем. Последние события должны показать, что делить это конфессионально – это чудовищно. А так, конечно, хотя я работаю в университете, я и мои ученики сплошь и рядом принимаем участие в мероприятиях, которые устраивает Православный Свято-Тихоновский богословский университет. И с разными епархиями мы сотрудничаем. Пример – сотрудничество с Белорусской епархией, где восстанавливается Ефросиниевский монастырь в Полоцке. Там преосвященный митрополит Филарет и нами ругаемый в последнее время А.Г. Лукашенко очень помогали нам в работе. Я думаю, это не может быть проблемой. Что мы, атеисты какие-нибудь? Богоборцы? Нет же! Это абсолютно надуманная проблема».

Барабанов Николай Дмитриевич, кандидат исторических наук: «Светская и церковная наука не противоречат друг другу. Я занимаюсь народно-религиозными представлениями определенной эпохи, и с церковно-исторической наукой это связано напрямую, хотя бы из-за того, что Церковь постоянно пыталась подействовать на эту народно-религиозную среду. Пример тому – деятельность конкретных церковных патриархов, которые через послания, поучения пытались эту народную среду преобразовать, проводить внутреннюю миссию. На научном уровне, конечно, могут быть разные интерпретации одного и того же факта, а так – крайне редко у меня случалось, когда некоторые мои положения по народной религиозности не нравились церковным деятелям, которые считают их не душеполезными в настоящее время, может быть, от избытка благочестия».

Диакон, доцент Владимир Василик: «Посмотрите на состав участников секции: среди них есть ряд преподавателей Свято-Тихоновского Богословского института, да и Ваш покорный слуга работал не только в государственном институте, где и работает до сих пор, но и в Санкт-Петербургской духовной академии, откуда ушел из-за полемики по поводу книги Григория Митрофанова, которую не считаю исторической. Посмотрите сколько здесь сотрудников «Православной энциклопедии», сколько из них являются членами различных церковных комиссий, и я бы сказал, что это сотрудничество существует, и существует давно. Многим в этом мы обязаны почившему Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II, который благословил, одобрил и курировал в течение многих лет проект «Православная энциклопедия», а также благословил создание Свято-Тихоновского института, а позднее университета. Многим мы, конечно, обязаны и его ректору протоиерею Владимиру Воробьеву, и светским деятелям – декану исторического факультета Сергею Павловичу Карпову, доктору исторических наук, академику Михаилу Владимировичу Бибикову, известна положительная роль в этом почившего Геннадия Григорьевича Литаврина. Сама специфика материала, специфика науки говорит о том, что, подобно тому, как Византия не могла существовать без симфонии Церкви и государства, без взаимодействия церковно-государственных начал, то в рамках этого и конкретно на этом участке развития, взаимодействие Церкви и государства является просто внутренним императивом эпохи».