Подготовка учителей духовных учебных заведений в Александро-Невской духовной академии (1797–1808 годы)

В современной историографии большое внимание уделяется изучению дореволюционной духовной школы во время духовно-учебной реформы 1808–1814 гг.^[1] и на последующих этапах ее развития^[2] , в то время как рубежный период 1797–1808 гг. остается недостаточно изученным. В общих работах по истории духовного образования, охватывающих значительный хронологический период, отмечаются особенности функционирования духовных учебных заведений на каждом этапе развития системы духовного образования^[3]. Протоиерей А. Ф. Паничкин исследовал историю Александро-Невской духовной академии (до 1788 г. — Александро-Невской духовной семинарии, до 1797 г. — Главной семинарии), рассмотрев учебную программу академии, методику воспитания семинаристов, а также состав учителей^[4].

Основой для изучения организации духовного образования в Александро-Невской духовной академии стали учебные ведомости об учителях и учащихся Александро-Невской духовной академии, а также ряда семинарий Российской империи. Анализ законодательных актов Полного собрания законов Российской империи (ПСЗ РИ) и Полного собрания постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи (ПСПиРПВПИ РИ) позволил определить отношение государства к духовному образованию.

С 27 июля 1788 г. Александро-Невская семинария начинает свою историю как привилегированное учебное заведение, она приобретает статус Главной семинарии. Из каждой епархиальной семинарии, за исключением семинарий в Троице-Сергиевой лавре, Черниговской, Новгород-Северской, семинарий Киевской митрополии, могли присылаться на обучение для дальнейшего занятия учительской должности не более чем по два семинариста — не ниже риторического класса, благонравного поведения и наибольших успехов в обучении^[5]. Отметим, что данный указ носил рекомендательный характер: ученики епархиальных семинарий присылались в Главную семинарию только по решению епархиальных архиереев — в том случае, если последние находили «недостаток в исправных учителях»^[6].

Вступивший на престол в 1796 г. император Павел I смог повысить уровень образования и статус столичного духовного учебного заведения. Указом от 18 декабря 1797 г. он преобразовал Александро-Невскую семинарию в академию (до этого существовали только две духовные академии — в Москве и Киеве)^[7]. В честь этого события архиепископ Антоний (Знаменский), ректор академии, учитель богословия (в период с 1795 по 1798 г.) и духовный цензор, сочинил оду, посвященную императору Павлу I, которая была напечатана в типографии Святейшего Синода. В 1799 г. владыке Антонию был пожалован орден Святой Анны второй степени^[8]. С приобретением статуса академии материальное содержание духовной школы было увеличено в 2,7 раза (12 000 вместо 4500 рублей в год)^[9].

Именно с этого момента образование в семинариях и академиях стало во многом отличаться. Устанавливалась единая программа для академий. Так закладывался фундамент реформы 1808 г. В 1798 г. митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский Гавриил (Петров) предоставил императору рапорт, в котором обозначил необходимые изменения в академии. По предложению митрополита, академия должна была быть разделена на две части: высшую и низшую. В низшей преподавались бы предметы, общие для всех семинарий, а в высшей — те предметы, которые должны отличать академию от семинарии и которые нужны для образования учителей: полная система богословия и философии, высшее красноречие, геометрия и тригонометрия. В низшей части академии были класс информатории, низший латинский класс, высший латинский класс, класс латинской и российской поэзии, риторический класс, низший философский класс, низший богословский класс^[10].

Согласно указу от 31 октября 1798 г. в Александро-Невскую академию (как и в Киевскую, Славяно-греко-латинскую, Казанскую академии, Троицкую лаврскую семинарию) должны были отправляться «из епаршеских семинарий отличившие себя успехами ученики для усовершенствования себя в познании вышних наук и образования к учительским должностям»^[11]. Епархиальные архиереи обязывались каждые два года присылать двух лучших учеников для поступления в философские и богословские классы академий. В философском классе обучались на протяжении двух лет, в богословском — три года. Обратно в семинарии учащиеся могли отправляться после успешного двухгодичного обучения в богословском классе. В Александро-Невскую академию должны были отправляться семинаристы из Новгородской, Псковской, Тверской и Могилевской семинарий. Епархиальные семинарии обязывались снабдить учеников платьем, бельем, обувью, а также оплатить дорожные расходы^[12]. Так, епископ Иркутский и Нерчинский Вениамин 20 октября 1798 г. отправил 150 рублей ассигнациями из Иркутской консистории в Санкт-Петербургскую для передачи студентам Петру Лавроскому и Ивану Худякову^[13].

Таким образом, наблюдается заинтересованность государства в подготовке грамотных пастырей, способных наставлять народ (крестьян) по разным вопросам: от объяснения Священного Писания до советов по сельскому хозяйству, врачеванию болезней. Неслучайно меняется концепция духовного образования: когда из духовных учебных заведений должны были выходить будущие пастыри, которые «могли учить народ ясно, порядочно, убедительно и с приятностью»^[14]. Священнослужители должны были также формировать у пасомых патриотические чувства, правильное отношение к помещикам. В связи с этим назначение на учительские должности образцовых в обучении и поведении студентов стало важной государственной задачей.

Такая позиция государства являлась благоприятной для Русской Православной Церкви, поскольку синодальные иерархи, епархиальные архиереи в большей степени могли направить усилия на совершенствование учителей и студентов высших классов в богословии и других науках. В частности, в 1805 г. по предложению Преосвященного Амвросия (Подобедова) было напечатано сочинение учителя Александро-Невской академии Петра Вигилянского «Географическое обозрение Европы во всех ее отношениях»^[15]. В 1806 г. в Александро-Невской духовной академии было издано «Созерцание или изъяснительное описание литургии», представленное на публичном собрании кандидатом богословия Алексеем Моревым^[16]. Благодаря вниманию к духовному образованию, проявленному государством, стала постепенно решаться проблема недостатка учителей в епархиальных и столичных духовных учебных заведениях. Эта проблема часто выражалась в совмещении нескольких учительских и административных должностей. Ярким примером может послужить прошение ректора Александро-Невской духовной семинарии архимандрита Антония, написанное 26 июня 1797 г. В нем он сообщает митрополиту Новгородскому и Санкт-Петербургскому Гавриилу (Петрову), что более не в состоянии совмещать должность духовного цензора и управление академией с преподаванием катехизиса и Священной истории в Главном немецком училище^[17].

Согласно указу от 31 октября 1798 г. организация образования в Александро-Невской академии стала считаться образцовой, на нее должны были ориентироваться другие духовные академии и семинарии^[18]. Учебная программа высшего философского класса состояла из полной системы философии, натуральной истории («пространнейшим образом»), геометрии и тригонометрии (для лучшего успеха в физике), латинского и русского красноречия. Студентов учили публично говорить проповеди, раз в полгода они выступали с публичными диспутами. Каждую субботу воспитанники упражнялись в приватных диспутах в присутствии учителя. Продолжалось начатое в семинариях изучение иностранных языков. Помимо латыни студенты в обязательном порядке изучали еврейский, греческий языки, а также могли выбрать, основываясь на своих предпочтениях, для изучения немецкий или французский язык. Классы языков считались экстраординарными, для них составлялись отдельные учебные ведомости. По данным за 1799 г. из пятнадцати студентов-богословов четверо изучали еврейский язык, шестеро — немецкий, шестеро — французский, по одному — французский и немецкий, четверо — греческий язык^[19].

В высшем богословском классе изучали краткую церковную историю, краткую герменевтику, догматическое, полемическое, моральное (нравственное) богословие, Священное Писание, Пасхалии, церковные уставы (с объяснением наиболее сложных мест, которыми считались содержание Кормчей книги и изложение специфики деятельности священнослужителей). Студенты представляли публичное изъяснение катехизиса и толковали апостольские послания^[20]. С 1803 г. среди студентов-богословов по окончании каждого месяца проводились приватные диспуты.

Уровень подготовки и поведение учащихся, присланных из епархиальных семинарий, отражают учебные ведомости Александро-Невской духовной академии.

Так, анализируя сведения за 1803 г., отметим, что в богословском классе обучались Ермолай Бедринский (Харьковский коллегиум) — «преизрядного понятия и успехов, благонравного поведения»; Иван Лавров (Псковская семинария), Дмитрий Малиновский (Тверская семинария) — «очень изрядного понятия и успехов, похвального поведения»; Алексей Болховский (Воронежская семинария) — «очень хороших понятий и успехов»; Константин Китович (Могилевская семинария); Григорий Елпидинский (Слободско-Украинская семинария) — «понятны и успешны, добропорядочного поведения»; Стефан Максимович (Киевская губерния) — «понятий и успехов изрядных, честного поведения»; Антон Соловьёв (Новгородская семинария) — сведения отсутствуют. Из представленных выше пять студентов были приняты в Санкт-Петербургскую епархию (Е. Бедринский, Д. Малиновский, Г. Елпидинский, С. Максимович, А. Соловьёв), трое (И. Лавров, А. Болховский, К. Китович) вернулись в епархиальные семинарии и поступили на учительскую должность^[21].

Заметим, что епархиальные семинарии в разной степени финансово участвовали в жизни семинаристов, направленных в академию. Так, Псковская семинария полностью содержала И. Лаврова, Могилевская — К. Китовича, Тверская снабжала всем необходимым Д. Малиновского, одеждой и обувью — А. Морева. Студент Новгородской семинарии А. Соловьёв был на казенном содержании у Александро-Невской академии^[22]. По всей видимости, это было связано с большим количеством воспитанников Новгородской семинарии, обучавшихся в Александро-Невской академии. Так, на содержание шестидесяти четырем учащимся семинария отправила 1476 рублей 71,5 копейку за вторую половину 1798 г.^[23]

Учебные ведомости за 1799 г. показывают, что из пятнадцати студентов класса богословия пятеро выбыло на учительские должности: Иван Добронравин (Александро-Невская академия), Павел Портанский (Новгородская семинария), Никита Мясновский (Коломенская семинария) стали учителями Александро-Невской духовной академии; Платон Попов, Иван Устинов вернулись в Псковскую семинарию^[24]. За 1801 г. из тридцати студентов класса богословия на учительскую должность были приняты двое: Петр Тобольский (Тверская епархия), Стефан Максимович (Киевская губерния)^[25]. За 1802 г. из Александро-Невской академии в епархиальные семинарии выбыли Михаил Суханов (Иркутская семинария) с пометкой «понятен и успешен, в поведении порядочен», Дмитрий Воронов с пометкой «понятий очень хороших и успехов изрядных», Алексей Упирвицкий с пометкой «понятен и успешен, в поведении добропорядочен» (оба — Тверская семинария)^[26].

Однако имели место случаи, когда студенты класса богословия Александро-Невской духовной академии, возвратившись в семинарии в качестве учителей, просились обратно в Петербург. Так, Петр Вигилянский после того, как проработал учителем синтаксиса в Астраханской семинарии с 1802 по 1804 гг., подал прошение об увольнении и определении учителем «в какой благоугодно будет класс» в Александро-Невской академии^[27]. Отметим, что П. Вигилянский зарекомендовал себя в академии как блестящий учитель, по его таблицам обучались политической географии студенты риторического класса^[28]. В то же время епархиальные семинарии могли всячески удерживать в своих стенах лучших учащихся. К примеру, в 1800 г. Новгородская семинария потребовала от Александро-Невской духовной академии, чтобы студенты Петр Громов, Василий Ужинский, Василий Державин, Василий Ивановский были отправлены для занятия учительских должностей обратно в Новгородскую семинарию, разрешив оставить в Санкт-Петербургской епархии только Антона Соловьёва, Василия Соловьёва, Тимофея Минюшского, Гавриила Полянского и Ивана Тихвинского^[29].

Другой прецедент имел место в Тверской епархии. Так, студенты Тверской семинарии Дмитрий Воронов, Петр Лебедев в 1801 г. просили уволить их из Тверской епархии и принять в Санкт-Петербургскую, однако Тверской епископ Павел (Зернов), а также ректор и префект семинарии возразили этому, объяснив свое решение тем, что оба студента нужны Тверской семинарии, в особенности Д. Воронов, поскольку никто, кроме него, не обладал такими умениями «в рисовальном искусстве»^[30].

Таким образом, для оставления семинариста в Санкт-Петербургской епархии требовалось разрешение епархиального архиерея. Митрополит Новгородский Гавриил (Петров) и епископ Тверской Павел (Зернов) смогли оставить в своих семинариях лучших учащихся, на которых возлагали большие надежды в отношении их дальнейшей учительской деятельности.

Для нас представляется важным рассмотреть, насколько епархиальные семинарии могли самостоятельно подготовить семинаристов к учительской должности. Заметим, что, по данным на 1800 г., в некоторых семинариях учебные ведомости начинались с философского или даже риторического классов. Так, богословский класс отсутствовал в Костромской^[31], Минской^[32], Подольской^[33] и Пермской^[34] духовных семинариях, философский — в Подольской. В то же время не во всех семинариях на должном уровне шло преподавание предметов на латыни. К примеру, в Астраханской семинарии ученики класса пиитики учили стихотворения только на русском языке, в старших классах семинарии богословие преподавалось на русском языке, а не на латыни^[35]. В младшем классе Минской семинарии ученики обучались лишь «начаткам латинского языка», подчеркивалось, что они умеют «по России читать и писать»^[36]. В нижнем грамматическом классе Черниговской семинарии переводили тексты только с русского на латынь, но не практиковались обратные переводы^[37].

В этом контексте необходимо отметить уровень образования в Псковской, Новгородской и Тверской семинариях, из которых семинаристы чаще всего отправлялись на дальнейшее обучение в философский и богословский классы Александро-Невской духовной академии. Все три семинарии располагали старшими классами, в которых большое значение придавалось изучению латыни. Так, в Тверской семинарии богословие преподавалось по сочинениям Преосвященного Платона на латыни, в Псковской семинарии практиковалась «полная система богословия с изъяснением трудных мест» на латыни. Большинство студентов богословского класса Псковской семинарии учились «изрядно», оценка «нехудо» была поставлена только одному учащемуся^[38]. Высшие классы Новгородской семинарии в 1788 г. по инициативе Новгородского и Санкт-Петербургского митрополита Гавриила (Петрова) были перенесены в Главную Александро-Невскую семинарию — для того, чтобы придать большую статусность последней^[39].

По данным за 1800 г., третья часть учителей епархиальных семинарий проходила подготовку к учительской должности в Александро-Невской духовной академии. Так, из девяти учителей Псковской семинарии трое обучались в академии: учитель риторики Иван Троицкий, учитель пиитики Платон Попов, учитель высшего грамматического класса Иван Лавров^[40].

Анализ учебных ведомостей Александро-Невской духовной академии за 1797–1808 гг. показал, что учащиеся, присылаемые из епархиальных семинарий, во многом формировали состав учителей в самой академии. Так, в 1797 г. все учителя столичной академии — это бывшие учащиеся епархиальных семинарий (Новгородской, Кирилловской, Коломенской, Ярославской)^[41]. В 1802–1803 гг. студенты из Московской епархии постепенно получают большинство учительских мест в академии, выходцы из Тверской и Новгородской духовных семинарий исчисляются единицами^[42]. К 1808 г. подавляющее большинство учителей Александро-Невской духовной академии являлись ее выпускниками.

Таким образом, учащиеся епархиальных семинарий, присланные для получения учительской должности, показали хороший и высокий уровень подготовки, что, несомненно, свидетельствует о большой работе учителей, епархиальных архиереев и уровне духовных школ. Многие епархиальные семинарии могли самостоятельно подготовить учителей, однако дополнительная подготовка в Александро-Невской духовной академии способствовала более глубокому изучению отдельных предметов. В частности, в столичной академии богословие преподавалось по архиепископу Феофану (Прокоповичу), в то время как в Тверской — по Преосвященному Платону (Левшину), что, в свою очередь, позволяло студенту, прослушавшему оба курса, тщательно подготовиться к учительской должности. Талантливые воспитанники семинарий, присланные в Александро-Невскую духовную академию, во многом способствовали возвышению статуса академии, формированию в ней собственной научно-богословской школы. Интерес со стороны государства к духовному образованию выражался в повышении финансирования столичных и региональных духовных школ и предоставлении больших возможностей синодальным иерархам, епархиальным архиереям совершенствовать духовные учебные заведения.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Адамов М. А. Повседневная жизнь учащихся духовных семинарий Русской Православной Церкви в XVIII — начале XX веков: дис. канд. ист. наук: 07.00.02. Курск, 2011.

2. Ведомости об учителях и учениках Духовных Академий и Семинарий за 1803 год. [Ведомость] Александро-Невской Академии // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 85. Д. 958. Л. 27.

3. Ведомости учителей и учеников Александро-Невской семинарии за 1797 г. // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 2. Д. 1967. Л. 36.

4. Григорьева И. Л., Салоников Н. В. Новгородская духовная семинария: 1740–1918 гг. (К 270-летию со дня основания) // Вестник Новгородского государственного университета. 2011. № 63. С. 34–38.

5. Дружинин А. В. Подготовка пастыря в российской духовной школе. Осмысление, дискуссия и практика: 1808–1869 гг. М.: Изд-во ПСТГУ, 2024.

6. Заметки из автобиографии архиепископа Антония Знаменского // Странник. 1868. Т. 4. Отд. 1. С. 108–114.

7. Константин (Горянов О.А.), архиеп. История Санкт-Петербургских духовных школ от основания до реформы: 1721–1808 годы // Христианское чтение. 2006. № 27. С. 114–144.

8. О выдаче студентам Иркутской семинарии, обучавшимся в Александро-Невской академии денег на возвращение домой // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 2. Д. 2647. Л. 3.

9. Об определении уволенного из Астраханской епархии учителя синтаксиса Петра Вигилянского в Александро-Невскую академию // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 6. Д. 195. Л. 3.

10. Об отправке Новгородской семинарией в Александро-Невскую академию суммы, положенной на содержание учеников Новгородской епархии // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 2. Д. 2888. Л. 5.

11. Об учреждении духовных академий в Санкт-Петербурге и Казани; об определении сумм на содержание духовных училищ, архиерейских домов, соборов и служащих при них; об отводе при каждом архиерейском доме земли с угодьями; об учреждении соборных священников в Санкт-Петербурге при Придворной церкви, а в Москве при большом Успенском и Благовещенском соборах; о бытии в консисториях между присутствующими половин из белого священства, и при определении оного для особливых почестей // Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. № 161. С. 137–150.

12. О порядке учения в духовных академиях и семинариях // Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. № 293. С. 303–307.

13. О присылке в Невскую семинарию из прочих семинарий по два ученика для образования их к учительским должностям // Полное собрание законов Российской империи: Собрание первое: С 1649 по 12 декабря 1825 года. СПб.: Типография 2-го Отделения Собственной Е.И.В. Канцелярии, 1830. Т. XXII. № 16691. С. 1090–1091.

14. О распределении семинарий по академическим округам и о присылке из епархий сведений: о состоянии семинарских зданий; о потребном числе семинарских служителей; об учителях и порядке обучения в семинариях и желательных изменениях // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 79. Д. 35. Л. 479.

15. Паничкин А. Ф. Александро-Невская духовная академия при императоре Павле I. Изучаемые науки, учителя и учащиеся. Содержание академии // КЛИО. 2017. № 2. С. 112–115.

16. Паничкин А. Ф. Александро-Невская семинария в XVIII веке: учащиеся и изучаемые науки // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2016. № 4 (16). С. 171–186.

17. По Высочайшему Указу, объявленному Обер-Прокурором Святейшего Синода об увеличении сумм, отпускаемых на духовные училища. Записки: Митрополита Амвросия о новом положении для духовных училищ,— Киевского Митрополита Серапиона — для Киевской духовной Академии, Московской и Казанской Академии для Семинарий, выписки ведомости. Окончания нет // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 85. Д. 840. Л. 188.

18. По донесениям Правления Александро-Невской духовной академии о содержании учебных предметов, преподаваемых в академии в 1806 г.; ведомости учителей, студентов и учеников за 1806 г. // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 9. Д. 178. Л. 49.

19. По определению Синода о напечатании в Петербургской Синодальной типографии «Созерцания или изъяснительного описания 121 о литургии», кандидата богословия Александра Морева, читанного им на публичном собрании Александро-Невской академии 14 июля и рассылке в семинарии по 20 экземпляров. Циркулярный указ 2 ноября 1807 года // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 87. Д. 792. Л. 84

20. По предложению преосвященного Амвросия митрополита Новгородского [о напечатании, присланного] в Московскую синодальную типографию, сочинения учителя Александро-Невской академии Петра Вигилянского под названием «Географическое обозрение Европы во всех ее отношениях» в числе 1200 экземпляров на казенный счет // Российский государственный исторический архив. Ф. 796. Оп. 86. Д. 904. Л. 12.

21. По прошению студентов богословия Александро-Невской духовной академии о переводе их из Новгородской в Санкт-Петербургскую епархию // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 2. Д. 4126. Л. 15.

22. По прошению студентов Тверской семинарии Дмитрия Воронова и Петра Лебедева о переводе их в Александро-Невскую академию // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 3. Д. 228. Л. 7.

23. По рапорту Амвросия, митрополита Новгородского, с ведомостями об учителях и учениках Александро-Невской духовной академии и Новгородской семинарии // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 83. Д. 978. Л. 125.

24. По рапорту Иова, архиепископа Минского, с ведомостями об учителях и учениках Минской семинарии за 1802 год // Российский государственный исторический архив.Ф. 796. Оп. 83. Д. 976. Л. 17.

25. Резепина А. А. Александро-Невская академия: быт, образование, воспитание (1796–1801 гг.) // Ноябрьские чтения — 2023: сборник статей по итогам XV Всероссийской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. СПб.: Скифия-принт, 2024. С. 284–289.

26. Симора А. В. Реформы в системе среднего духовного образования по подготовке просвещенных пастырей Русской Православной Церкви на рубеже XIX–XX веков в период действия Устава духовных семинарий 1884 г. // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2019. № 3 (27). С. 83–100.

27. Список учителей и учащихся Александро-Невской духовной академии за 1799 г. // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.Ф. 19. Оп. 2. Д. 3854. Л. 36.

28. Сухова Н. Ю. Александровская эпоха и духовная школа: реформа 1808–1814 гг. // Вестник Московского государственного областного университета. Серия История и политические науки. 2010. № 2. С. 55–60.

29. Сушко А. В. Духовные семинарии в пореформенной России (1861–1884 гг.). СПб.: Издательство СПбГМА им. И.И. Мечникова, 2010. 256 с.

30. Титлинов Б. В. Духовная школа перед реформой 1808 года // Христианское чтение. 1908. № 1. С. 108–123.

31. Формулярные списки учителей и ведомости об учителях духовно-учебных заведений за 1800 год по епархиям: Минской, Подольской, Малороссийско-Черниговской, Ярославской, Киевской, Санкт-Петербургской духовной Академии (в ведении Киевской епархии), Калужской, Новгородской, Новороссийской, Псковской, Тверской, Орловской // Российский государственный исторический архив. Ф. 796. Оп. 81. Д. 1065. Л. 680.

• Сухова Н. Ю. Александровская эпоха и духовная школа: реформа 1808–1814 гг. // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «История и политические науки». 2010. № 2. С. 55–60.
• Дружинин А. В. Подготовка пастыря в российской духовной школе. Осмысление, дискуссия и практика: 1808–1869 гг. М., 2024; Симора А. В. Реформы в системе среднего духовного образования по подготовке просвещенных пастырей Русской Православной Церкви на рубеже XIX–XX веков в период действия Устава духовных семинарий 1884 г. // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2019. № 3 (27). С. 83–100; Сушко А. В. Духовные семинарии в пореформенной России (1861–1884 гг.). СПб., 2010.
• Адамов М. А. Повседневная жизнь учащихся духовных семинарий Русской Православной Церкви в XVIII — начале XX веков: дис. … канд. ист. наук: 07.00.02. Курск, 2011; Константин (Горянов О. А.), архиеп. История Санкт-Петербургских духовных школ от основания до реформы: 1721–1808 годы // Христианское чтение. 2006. № 27. С. 114–144.
• Паничкин А. Ф. Александро-Невская семинария в XVIII веке: учащиеся и изучаемые науки // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2016. № 4 (16). С. 171–186; Паничкин А. Ф. Александро-Невская духовная академия при императоре Павле I. Изучаемые науки, учителя и учащиеся. Содержание академии // КЛИО. 2017. № 2. С. 112–115.
• О присылке в Невскую семинарию из прочих семинарий по два ученика для образования их к учительским должностям // Полное собрание законов Российской империи: Собрание первое: С 1649 по 12 декабря 1825 года (далее — ПСЗ РИ). СПб., 1830. Т. XXII. № 16691. С. 1090–1091.
• Там же. С. 1090.
• Об учреждении духовных академий в Санкт-Петербурге и Казани; об определении сумм на содержание духовных училищ, архиерейских домов, соборов и служащих при них; об отводе при каждом архиерейском доме земли с угодьями; об учреждении соборных священников в Санкт-Петербурге при Придворной церкви, а в Москве при большом Успенском и Благовещенском соборах; о бытии в консисториях между присутствующими половин из белого священства, и при определении оного для особливых почестей // Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи (далее — ПСПиРВПИ РИ). № 161. С. 137.
• Заметки из автобиографии архиепископа Антония Знаменского // Странник. 1868. Т. 4. Отд. 1. С. 4.
• Об учреждении духовных академий в Санкт-Петербурге и Казани; об определении сумм на содержание духовных училищ, архиерейских домов, соборов и служащих при них; об отводе при каждом архиерейском доме земли с угодьями; об учреждении соборных священников в СанктПетербурге при Придворной церкви, а в Москве при большом Успенском и Благовещенском соборах; о бытии в консисториях между присутствующими половин из белого священства, и при определении оного для особливых почестей // ПСПиРВПИ РИ. № 161. С. 139.
• О распределении семинарий по академическим округам и о присылке из епархий сведений: о состоянии семинарских зданий; о потребном числе семинарских служителей; об учителях и порядке обучения в семинариях и желательных изменениях // Российский государственный исторический архив (далее — РГИА). Ф. 796. Оп. 79. Д. 35. Л. 342об.
• О порядке учения в духовных академиях и семинариях // ПСПиРВПИ РИ. № 293. С. 304.
• Там же. С. 305.
• О выдаче студентам Иркутской семинарии, обучавшимся в Александро-Невской академии, денег на возвращение домой // Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга (далее — ЦГИА СПб). Ф. 19. Оп. 2. Д. 2647. Л. 1–3.
• О порядке учения в духовных академиях и семинариях // ПСПиРВПИ РИ. № 293. С. 304.
• По предложению преосвященного Амвросия митрополита Новгородского [о напечатании, присланного] в Московскую синодальную типографию, сочинения учителя Александро-Невской академии Петра Вигилянского под названием «Географическое обозрение Европы во всех ее отношениях» в числе 1200 экземпляров на казенный счет // РГИА. Ф. 796. Оп. 86. Д. 904. Л. 7.
• По определению Синода о напечатании в Петербургской Синодальной типографии «Созерцания или изъяснительного описания о литургии», кандидата богословия Александра Морева, читанного им на публичном собрании Александро-Невской академии 14 июля и рассылке в семинарии по 20 экземпляров. Циркулярный указ 2 ноября 1807 года // РГИА. Ф. 796. Оп. 87. Д. 792. Л. 1. В названии документа кандидат богословия Алексей Морев ошибочно упомянут как Александр Морев.
• Резепина А. А. Александро-Невская академия: быт, образование, воспитание (1796–1801 гг.) // Ноябрьские чтения — 2023: сборник статей по итогам XV Всероссийской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. СПб., 2024. С. 287.
• О порядке учения в духовных академиях... С. 304.
• Список учителей и учащихся Александро-Невской духовной академии за 1799 г. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 2. Д. 3854. Л. 8.
• О распределении семинарий по академическим округам и о присылке из епархий сведений: о состоянии семинарских зданий; о потребном числе семинарских служителей; об учителях и порядке обучения в семинариях и желательных изменениях // РГИА. Ф. 796. Оп. 79. Д. 35. Л. 345.
• Ведомости об учителях и учениках Духовных Академий и Семинарий за 1803 год. [Ведомость] Александро-Невской Академии // РГИА. Ф. 796. Оп. 85. Д. 958. Л. 10.
• Там же. Л. 107.
• Об отправке Новгородской семинарией в Александро-Невскую академию суммы, положенной на содержание учеников Новгородской епархии // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп.2. Д. 2888. Л. 1.
• Список учителей и учащихся Александро-Невской духовной академии за 1799 г. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 2. Д. 3854. Л. 8.
• Ведомости об учителях и студентах Петербургской духовной академии // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 113. Д. 53. Л. 8–10 об.
• По рапорту Амвросия, митрополита Новгородского, с ведомостями об учителях и учениках Александро-Невской духовной академии и Новгородской семинарии // РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 978. Л. 107.
• Об определении уволенного из Астраханской епархии учителя синтаксиса Петра Вигилянского в Александро-Невскую академию // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 6. Д. 195. Л. 1.
• По донесениям Правления Александро-Невской духовной академии о содержании учебных предметов, преподаваемых в академии в 1806 г.; ведомости учителей, студентов и учеников за 1806 г. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 9. Д. 178. Л. 4.
• По прошению студентов богословия Александро-Невской духовной академии о переводе их из Новгородской в Санкт-Петербургскую епархию // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 2. Д. 4126. Л. 3.
• По прошению студентов Тверской семинарии Дмитрия Воронова и Петра Лебедева о переводе их в Александро-Невскую академию // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 3. Д. 228. Л. 1.
• Формулярные списки учителей и ведомости об учителях духовно-учебных заведений за 1800 год по епархиям: Минской, Подольской, Малороссийско-Черниговской, Ярославской, Киевской, Санкт-Петербургской духовной Академии (в ведении Киевской епархии), Калужской, Новгородской, Новороссийской, Псковской, Тверской, Орловской // РГИА. Ф. 796. Оп. 81. Д. 1065. Л. 302.
• Там же. Л. 3.
• Там же. Л. 15.
• См.: Титлинов Б. В. Духовная школа перед реформой 1808 года // Христианское чтение. 1908. № 1. С. 113.
• О распределении семинарий по академическим округам... Л. 310–312об.
• По рапорту Иова, архиепископа Минского, с ведомостями об учителях и учениках Минской семинарии за 1802 год // РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 976. Л. 9.
• По Высочайшему Указу, объявленному Обер-Прокурором Святейшего Синода об увеличении сумм, отпускаемых на духовные училища. Записки: Митрополита Амвросия о новом положении для духовных училищ, — Киевского Митрополита Серапиона — для Киевской духовной Академии, Московской и Казанской Академии для Семинарий, выписки ведомости. Окончания нет // РГИА. Ф. 796. Оп. 85. Д. 840. Л. 56.
• Формулярные списки учителей и ведомости об учителях духовно-учебных заведений за 1800 год по епархиям: Минской, Подольской, Малороссийско-Черниговской, Ярославской, Киевской, Санкт-Петербургской духовной Академии (в ведении Киевской епархии), Калужской, Новгородской, Новороссийской, Псковской, Тверской, Орловской // РГИА. Ф. 796. Оп. 81. Д. 1065. Л. 441об.
• Григорьева И. Л., Салоников Н. В. Новгородская духовная семинария: 1740–1918 гг. (К 270-летию со дня основания) // Вестник Новгородского государственного университета. 2011. № 63. С. 36.
• Формулярные списки учителей и ведомости об учителях духовно-учебных заведений за 1800 год... Л. 434об–440.
• Ведомости учителей и учеников Александро-Невской семинарии за 1797 г. // ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 2. Д. 1967. Л. 4–8.
• По рапорту Амвросия, митрополита Новгородского, с ведомостями об учителях и учениках Александро-Невской духовной академии и Новгородской семинарии // РГИА. Ф. 796. Оп. 83. Д. 978. Л. 5об–7об.