Петербургские византинисты: взаимодействие с духовными и светскими образовательными учреждениями

Во второй половине XIX — начале XX в. крупнейшие русские ученые-гуманитарии, в подавляющем большинстве — византинисты, являлись одновременно профессорами духовных и светских учебных заведений. Взаимный обмен преподавательскими силами университетов и духовных академий до кардинальных преобразований в сфере культуры, последовавших в нашей стране после 1917 г., имел органический характер. Этот процесс был обусловлен полнокровностью развития научной мысли, востребованностью масштабного видения истории и корневой системы отечественной культуры, высокими достижениями в области историософии, славистики, гражданской и церковно-исторической науки, художественной византинистики^[1].

В университетах и духовных академиях Петербурга, Москвы, Казани, Киева преподавали Иван Егорович Троицкий (1832–1901), Владимир Иванович Ламанский (1833–1914), Николай Васильевич Покровский (1848–1917), Василий Осипович Ключевский (1841–1911), Алексей Петрович Лебедев (1845–1908), Федор Афанасьевич Курганов (1844–1920), Николай Никанорович Глубоковский (1863–1937), Филипп Алексеевич Терновский (1838–1884). Профессор Новороссийского и Петербургского университетов Никодим Павлович Кондаков (1844–1925), видевший в духовенстве «высший руководящий класс России»^[2], не будучи профессором духовных академий, за выдающийся вклад в исследование церковной художественной культуры был избран почетным членом Киевской (1907) и Петербургской духовных академий (1908).

В истории Византии церковная и светская сферы тесно переплетены. Поэтому, как писал Н. Н. Глубоковский, «…академические профессора [занимавшиеся Византией] даже по требованию своей специальной кафедры вынуждались обсуждать светские темы»^[3]. А, добавим, светские ученые-византинисты, подобно средневековым интеллигентам-византийцам, искали Истину на путях к Богу.

Однако параллельно с развитием русской традиции научного знания, признающей Божественное Откровение, питающее душу исследователя, в русском обществе второй половины XIX в. отчетливо заявляла о себе и нигилистическая тенденция, о которой классик русской философии Н. Н. Страхов писал в 1873 г.: «…просвещение для многих современных людей состоит преимущественно в отрицании всяких духовных требований как устарелых предрассудков»^[4]. Противостояние отмеченных мировоззренческих позиций рельефно проявляется и в научном сообществе нынешней России^[5]. Это обстоятельство делает особенно актуальной тематику данной статьи.

Представители научного знания сегодня занимают зачастую полярные позиции. Так, доктор философских наук, создатель Московского института духовной культуры, философ, организатор образования и науки, общественный деятель, издатель энциклопедического словаря «Философы современной России» М. В. Бахтин пишет: «Мы проводим демаркационную линию между философским и религиозным мировоззрением, между философской и религиозной формой общественного сознания, которому свойственен не научный, а фидеистический подход. <…> Философия учит свободомыслию, а религия — рабству»^[6]. Тогда как выдающийся историк, известный ученый, профессор МГУ им. М. В. Ломоносова, доктор исторических наук С. В. Перевезенцев подчеркивает, что как наука история базируется на понимании смысла, основывающегося прежде всего на религиозно-философском мировоззрении исследователя, то есть зависит от его веры: «И если наука отвернулась от религии как носительницы абсолютной истины, то необходимо повернуть науку лицом к абсолютной истине и вернуть абсолютную истину в науку»^[7].

* * *

Подлинным «родоначальником академического византинизма, его главным насадителем и распространителем в академической среде», «ипатом византологов»^[8], «корифеем русских византинистов»^[9] был знаменитый профессор Санкт-Петербургской духовной академии Иван Егорович Троицкий (1832–1901).

C 1861 по 1899 гг. И. Е. Троицкий преподавал в Санкт-Петербургской духовной академии (на кафедре греческого языка, новой общей церковной истории, истории и разбора западных вероисповеданий). С 1874 по 1899 гг. (до выхода в отставку) читал лекции по церковной истории в Санкт-Петербургском университете.

Иван Егорович Троицкий (1832–1901)

Исследователь «в течение многолетней ученой деятельности <…> непрерывно пламенел к Византии горячею любовью истинного ученого, с редким успехом умел и других заинтересовать византологией, объединил, до известной степени, науку духовную и светскую в их стремлениях к изучению Византии, <…> и вообще сделал для византиноведения так много, что его почтенное имя всегда будет стоять в первом ряду византологов востока и запада. Ученые византологические труды Ивана Егоровича были двоякого рода: в одних опубликованы новые научные материалы по византологии, другие представляют самостоятельные исследования из истории Византии»^[10]. Много лет Троицкий занимался исследованием и копированием греческих рукописей, находящихся в московских книгохранилищах, специально занимался изучением библиотеки Порфирия Успенского, отмечая ее уникальность и важность сохранения именно в Москве, где нет столь богатых библиотек, как в Петербурге.

Как историк Церкви Троицкий не делил ее историю на собственно историю Византии (330–1453) и на последующий период — «…в хорошо знакомой ему истории Византийской церкви он видит корень и объяснение явлений церковной жизни конца XIX века»^[11]. Ученый был одним из организаторов Русского археологического института в Константинополе, Императорского православного палестинского общества, почетным членом Филологического общества в Константинополе и Исторического общества в Афинах, в 1878–1898 гг. являлся советником обер-прокурора Святейшего Синода К. П. Победоносцева. Выпускники Санкт-Петербургской духовной академии, историки Церкви, все считали себя учениками И. Е. Троицкого, среди них: В. В. Болотов, А. И. Бриллиантов, М. С. Пальмов, Б. М. Мелиоранский.

Владимир Иванович Ламанский (1833–1914)

Владимир Иванович Ламанский (1833–1914) — классик отечественной науки, политический мыслитель, создатель исторической школы русских славистов. «С 1854 года по настоящий день, — писал Ламанский в 1886 г., — я не могу указать в моей жизни ни одного месяца, когда бы я не работал и не размышлял над славянщиной, не читал документов, книг, журналов, газет славянских или иноязычных о славянах, не получал бы писем из того или другого края славянского, не виделся и не беседовал бы с кем-нибудь из славян западных»^[12].

Он был не столько историком-исследователем, сколько универсальным мыслителем. Всей своей жизнью В. И. Ламанский служил великой для России идее «подъема народного духа и сил на основе самопознания и всестороннего самоизучения»^[13]. Один из образованнейших людей своего времени, ученый был лично знаком и вел переписку с Тютчевым, Иваном Аксаковым, Достоевским, Майковым, Страховым, Самариным и Львом Толстым.

В своих главных сочинениях — магистерской диссертации «О славянах в Малой Азии, Африке и Испании» (1859), в докторской диссертации «Об истории изучения греко-славянского мира в Европе», в труде «Три мира Азийско-Европейского материка» (1890) — В. И. Ламанский касался тем, непосредственно связанных с Византией. Своими лекциями он пробуждал интерес слушателей к проблеме наследия Византийской империи в России, указывая на его фундаментальную роль. Будучи профессором славянской филологии, Ламанский основные свои курсы посвящал истории славянских народов. «Во многом благодаря Ламанскому и его ученикам история славян отделилась от славянской филологии и стала восприниматься в качестве самостоятельной научной дисциплины»^[14]. 

В 1864 г. В. И. Ламанский был избран штатным доцентом по кафедре славянской филологии Санкт-Петербургского университета, занимая с течением времени и профессионального роста должности экстраординарного, ординарного, а с 1890 г. — заслуженного профессора кафедры. В 1900 г. В. И. Ламанский был избран академиком Санкт-Петербургской академии наук. С 1890 по 1912 гг. ученый редактировал журнал Императорского Русского географического общества «Живая старина»^[15].

Одновременно В. И. Ламанский в течение 25 лет (1872–1897) преподавал в Санкт-Петербургской духовной академии, где занимал кафедру русского и церковнославянского языка и истории русской литературы. А с 1890 по 1900 гг. состоял профессором Академии Генерального штаба, читая лекции о современном положении славян.

В. И. Ламанский проявил себя как природный педагог, пользовавшийся искренней любовью учеников, очень дорогих его сердцу^[16], настраивая студентов прежде всего на самостоятельные размышления.

Николай Васильевич Покровский (1848–1917)

Николай Васильевич Покровский (1848–1917)^[17] — выдающийся исследователь византийского искусства и иконографии, заслуженный ординарный профессор Санкт-Петербургской духовной академии, доктор церковной истории, «отец русской церковной археологии».

С 1874 г. Покровский после защиты диссертации «Места богослужебных собраний христиан до времен Константина Великого», представленной pro venia legendi^[18], стал приват-доцентом^[19] кафедры церковной археологии и литургики. С 1879 г. Покровский, инициатор и организатор Церковно-археологического музея Академии, был его бессменным директором^[20]. В 1880 г. он защитил магистерскую диссертацию «Происхождение древнехристианской базилики». С 1883 г. — экстраординарный, а с 1893 (после защиты в 1892 г. докторской диссертации «Евангелие в памятниках иконографии, преимущественно византийских и русских») по 1917 г. — ординарный профессор. За весь период преподавательской деятельности под руководством Н. В. Покровского было написано более 130 кандидатских диссертаций^[21].

Покровский Н. В. Церковно-археологический музей С.Петербургской духовной академии. 1879–1909. СПб., 1909 (титульный лист)

С 1878 г. Н. В. Покровский начал систематическое чтение лекций по христианской археологии в Санкт-Петербургском археологическом институте, с этого же года занимал пост его ученого секретаря, а с 1898 по 1917 гг. возглавлял Институт в качестве его директора^[22].

Исследователю принадлежит честь научной постановки изучения памятников русской церковной старины, в которой памятники Византии как прототипы имели фундаментальное значение. Н. В. Покровский, по словам Ф. И. Буслаева, «один из первых в русской науке при изучении византийско-русского и древнехристианского искусства обратил внимание на отношение искусства к учению Церкви и текстам литургии и внес в науку богатые материалы православно-восточного происхождения, восполнив таким образом односторонние исследования западных протестантских и католических ученых»^[23].

Покровский Н. В. Церковная археология в связи с историей христианского искусства. Пг., 1916 (титульный лист)

Н. В. Покровский, обладавший блестящими педагогическими и организаторскими способностями, оказал огромное влияние на своих современников; студенты называли его «любимым профессором»^[24].

* * *

В первые пореволюционные годы, повлекшие за собой закрытие духовных академий (Петроградская духовная академия была закрыта в 1918 г., Московская — в 1919 г., Казанская — в 1921 г., Киевская — в 1924 г.), ряд преподавателей, ища применение своему опыту, стали работать в светских образовательных и других учреждениях культуры, в музеях, архивах — отечественных или, оказавшись в эмиграции, зарубежных. Переломный период во взаимодействии Церкви и высшей школы в России трагически ярко проявился в судьбе заслуженного ординарного профессора Императорской петроградской духовной академии, доктора богословия, члена-корреспондента Императорской академии наук, православного богослова, которому его современники, и русские, и западные богословы, отводили первое место, — Николая Никаноровича Глубоковского (1863–1937)^[25].

Выдающийся современный исследователь его жизни и творчества Т. А. Богданова, говоря о служении науке как главном жизненном принципе Н. Н. Глубоковского, пишет: «Светильник его необыкновенной учености зажжен от храмовой лампады, и слова „святая Академия“ произносились им с благоговением на протяжении всей жизни». Т. А. Богданова справедливо подчеркивает, что духовно-академический мир представляет собой «особое (про)явление русской христианской культуры»^[26]. Атмосферу своего обучения в Московской духовной академии Н. Н. Глубоковский называл «священным культом науки», говорил о подлинной духовной связи Академии и Московского университета, видя в своих учителях «научных подвижников»: «Из ученого кабинета у них есть только три дороги: в храм, в аудиторию и библиотеку»^[27].

Став профессором Санкт-Петербургской духовной академии в 1894 г., Н. Н. Глубоковский несколько раз получал приглашения читать лекции в Московском и Петербургском университетах. Но ученый отказывался от совмещения, ставя во главу угла научные занятия и очень высоко понимая долг профессора, который «самим словом своего учительского служения непременно „священнодействует“. Каждый подлинный профессор самим делом своим творит службу Божию и приобщает слушателей к заветным благам высшего ведения»^[28].

Николай Никанорович Глубоковский (1863–1937)

В 1889 г. Глубоковский окончил Московскую духовную академию с ученой степенью кандидата богословия. В 1890 г. получил степень магистра богословия за диссертацию «Блаженный Феодорит, епископ Кирский. Его жизнь и литературная деятельность». В 1891 г. стал доцентом по кафедре Священного Писания Нового Завета в Санкт-Петербургской духовной академии. 11 октября 1894 г. утвержден в должности экстраординарного профессора Академии. С 1898 г. — доктор богословия (сочинение «Благовестие святого апостола Павла по его происхождению и существу. Библейско-богословское исследование»). Центральное место в творческом наследии Н. Н. Глубоковского принадлежит изучению деяний и творений св. ап. Павла.

Весной 1918 г. Глубоковский стал одним из деятельных инициаторов присоединения Петроградской духовной академии к Университету. Им были разработаны проекты документов (Устав, Программа занятий), он принимал участие в заседаниях комиссии, на которых обсуждался этот вопрос. Для выяснения дальнейшей судьбы Академии он встречался в Москве в январе и мае-июне со Святейшим Патриархом Тихоном.

После того как Петроградская духовная академия была закрыта, Н. Н. Глубоковский, как и другие его академические коллеги, оказался без средств к существованию. В 1918 г. читал лекции в Упсальском университете, работал в созданном в 1920 г. Петроградском православном богословском институте, с 1919 по 1921 гг. исполнял должность архивиста, архивариуса и редактора в бывшем Синодальном архиве. В то же время он начал читать лекции на восточном факультете Петроградского университета, будучи принят на должность младшего ассистента, рассматривая при этом возможность устройства на работу в одном из вновь открывающихся провинциальных университетов (Астрахань, Воронеж).

В частном письме 1918 г. Глубоковский писал: «…если бы мне достались все блага мира, и утвердился теперешний безбожный насильнически-социалистический строй, для меня невозможно будет жить при нем, и я обязательно уйду умирать в другом месте. Такова для меня моральная необходимость»^[29].

В 1921 г. Н. Н. Глубоковский^[30] навсегда покинул Россию, став в начале 1920-х гг. ненадолго профессором Пражского, затем Белградского университета и, наконец, Софийского, уже до ухода из жизни в 1937 г.

Современное издание (2022) работ И. И. Соколова

Выдающийся византинист, крупный историк Церкви, церковно-политический деятель, доктор исторических наук, ординарный профессор исторических наук Иван Иванович Соколов (1865–1939) преподавал в Санкт-Петербургской духовной семинарии с 1894 по 1903 гг., а с 1903 по 1918 гг. возглавлял в Академии кафедру Греко-Восточной Церкви^[31]. Кандидатура И. И. Соколова была предложена Совету Духовной академии епископом Ямбургским Сергием (Страгородским), ректором Академии.

Получив руководство кафедрой, И. И. Соколов в соответствии с дооктябрьской традицией, существовавшей в высших учебных заведениях страны, прочитал вступительную лекцию, в которой изложил свое научное кредо. Эта речь ученого «О византинизме в церковно-историческом отношении»^[32], дающая фундаментальную характеристику византийской культуры, основополагающих принципов всего склада жизни Византийской империи, сохраняет свою актуальность и в настоящее время^[33]. (Столь же значима и вступительная лекция Ф. И. Успенского^[34], раскрывающая проблемы византинистки и ее роль для русского самосознания, — «Значение византийских занятий в изучении средневековой истории», прочитанная им в Новороссийском университете в 1875 г. при вступлении на кафедру всеобщей истории.) К сожалению, в настоящее время традиция вступительных лекций руководителей научных подразделений в высших учебных заведениях утрачена.

«…Ученые труды проф. И. И. Соколова составляют эпоху в изучении Греко-Восточной Церкви по основательности, широте, самостоятельности и новизне исследования», — писал учитель исследователя профессор Казанской духовной академии Ф. А. Курганов^[35].

И. И. Соколов, по приглашению В. Г. Васильевского, необычайно плодотворно работал с 1895 по 1903 гг. в библиографическом отделе «Византийского временника», а также добился блестящих результатов в церковно-общественной деятельности, совершив ряд поездок в патриархаты Православного Востока. С 1919 г. ученый недолгое время возглавлял в Киевском университете кафедру византологии после ухода из жизни Ю. А. Кулаковского, читая лекции по истории и историографии Византии.

Иван Иванович Соколов (1865–1939)

В 1920–1923 гг. И. И. Соколов — профессор Петроградского богословского института^[36]. С 1924 по 1933 гг. он был профессором Ленинградского института истории, философии и лингвистики, изучая историю Новой Греции и ведя курс новогреческого языка^[37].

В 1933 г. Соколов был арестован по делу «евлогианцев»^[38], выслан на пять лет в Уфу, где работал в Башкирском научно-исследовательском институте национальной культуры до конца своей жизни в 1939 г.

Труды И. И. Соколова оказались надолго преданы забвению. В раскрытии их непреходящего значения большая роль принадлежит профессору Санкт-Петербургского университета, крупному византинисту-историографу Галине Евгеньевне Лебедевой.

Александр Иванович Бриллиантов (1867–1933)^[39]— крупнейший церковный историк своего времени, византолог, доктор церковной истории, профессор Санкт-Петербургской духовной академии, член-корреспондент Российской академии наук.

В 1887–1891 гг. А. И. Бриллиантов учился в Санкт-Петербургской духовной академии, которую окончил со степенью кандидата богословия. Необычайно талантливый человек, он в 26 лет завершил, а в 31 год защитил магистерскую диссертацию «Влияние восточного богословия на западное в произведениях Иоанна Скота Эригены». С 1900 г. А. И. Бриллиантов — доцент Санкт-Петербургской духовной академии, с 1914 г. — ординарный профессор, по совокупности работ получивший степень доктора церковной истории, достойный продолжатель научной традиции своего учителя, Василия Васильевича Болотова. В 1901–1903 гг. Бриллиантов участвовал в знаменитых религиозно-философских собраниях, на которых председательствовал епископ Сергий (Страгородский), ознаменовавших очную встречу веры и культуры.

Александр Иванович Бриллиантов (1867–1933)

Первые 12 лет советской власти явились для А. И. Бриллиантова продуктивным периодом научной деятельности во многом вследствие значительного сокращения педагогической нагрузки. В это время (1917–1929) им написано основное количество работ, пришло высокое общественное признание. 6 декабря 1919 г. А. И. Бриллиантов был избран членом-корреспондентом Российской академии наук по разряду историко-политических наук Отделения исторических наук и философии.

С 1918 по 1922 гг. он читал лекции по истории Древней Церкви на кафедре истории Средневековья Петроградского государственного 1-го высшего педагогического института. С 1920 по 1923 гг. (до закрытия вуза) являлся профессором Петроградского богословского института.

«С 15 января 1919 по 1 октября 1921 работал сотрудником 2-го отделения Единого государственного архивного фонда (сначала в качестве архивариуса, затем старшего архивариуса, помощника управляющего и заведующего фондом, но был уволен по сокращению штатов). С 15 ноября 1921 стал библиотекарем I-го отделения (образованного из фондов библиотеки Санкт-Петербургской духовной академии), в 1925–1929 служил главным библиотекарем Государственной публичной библиотеки. 1 марта 1930 г. по состоянию здоровья А. И. Бриллиантов вышел на пенсию»^[40]. Он являлся видным общественным деятелем: членом комиссии Академии наук по истории знаний, членом Русско-византийской комиссии, действительным членом Православного палестинского общества и др.^[41]

В 1930 г. А. И. Бриллиантов был обвинен в участии в контрреволюционной организации, которой якобы руководил академик С. Ф. Платонов, имевшей целью свержение советской власти и установление монархии. По так называемому «Академическому делу» в 1931 г. ученого приговорили к расстрелу, замененному пятью годами лагерей с конфискацией имущества. Однако через год, 26 мая 1932 г., он был освобожден. 1 июня 1933 г. А. И. Бриллиантов скончался в ссылке в Тамбове.

В советский период встречаются и поразительные исключения, о чем свидетельствуют обстоятельства жизненного пути выдающегося исследователя певческой традиции православного Средневековья, ученого-литургиста с мировым именем Николая Дмитриевича Успенского (1900–1987). Наряду с М. В. Бражниковым, Н. Д. Успенский заложил фундаментальные научные основы исследования церковного пения Византии и Древней Руси.

Николай Дмитриевич Успенский (1900–1987)

Так сложилось, что Н. Д. Успенский получил и богословское (Петроградский богословский институт), и светское музыкальное образование (Ленинградская академическая капелла, Ленинградская государственная консерватория имени Н. А. Римского-Корсакова). С 1938 г. он стал преподавать в Консерватории, а с 1939 г. сделался сначала помощником, а потом, с 1940 г., — директором Музыкально-педагогического училища^[42], системно разработав целостную педагогическую программу обучения, имевшую ядром певческое хоровое начало, остававшуюся действенной многие десятилетия. Нельзя не отметить, что училище располагалось на Петроградской стороне, в том месте, где в 1890 г. мальчику Николаю Грачеву было явление Богородицы.

C 1944 г. Н. Д. Успенский возобновил преподавание в консерватории. Когда в 1946 г. были восстановлены Ленинградские духовные школы, Н. Д. Успенский стал преподавателем литургики в Ленинградской духовной академии и семинарии. В 1946 г. он получил степень кандидата искусствоведения (диссертация «Лады Русского Севера»), в 1957 г. был удостоен степени доктора церковной истории (диссертация «История богослужебного пения в Русской Церкви до середины XVII века»). В 1967 г. Н. Д. Успенский был поставлен главой регентского класса. В 1979 г. по инициативе ректора Ленинградских духовных школ архиепископа Кирилла (Гундяева) состоялся первый набор в регентский класс — отныне в него принимались и лица женского пола. В 1983 г. регентский класс был преобразован в Регентское отделение, ставшее к настоящему времени одним из важнейших центров сохранения и развития традиции русского церковно-певческого искусства.

* * *

Рассмотренные преподавательские пути выдающихся петербуржцев, ученых-византинистов, свидетельствуют о существовании прочной традиции взаимодействия представителей духовно-академической и светской университетской науки, являвшей собой до 1917 г. единый мощный поток высокого знания, широко востребованного обществом.

В настоящее время традиция взаимодействия в образовательной сфере представителей духовной и светской науки возрождается, входя в новое русло.

Источники и литература

1.                  Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский. Судьба христианского ученого. М.; СПб.: Альянсъ-Архео, 2010. 1006 с.

2.                  Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский: путь церковного ученого (по архивным мат-лам) // Мир русской византинистики. Материалы архивов Санкт-Петербурга / Под ред. члена-корреспондента РАН И. П. Медведева. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. C. 119–171.

3.                  Богданова Т. А., Клементьева А. К. Глубоковский // Православная энциклопедия. URL: https://www.pravenc.ru/text/165165.html (дата обращения: 22.01.2025).

4.                  Владимир Ламанский, непрочитанный и забытый. URL: https://belayaistoriya.mirtesen.ru/blog/43050749372/VLADIMIR-LAMANSKIY,-NEPROCHITANNYIY-I-ZABYITYIY (дата обращения: 22.01.2025).

5.                  Герд Л. А. И. Е. Троицкий: по страницам архива ученого // Мир русской византинистики. Мат-лы архивов Санкт-Петербурга / Под ред. члена-корреспондента РАН И. П. Медведева. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. С. 8–40.

6.                  Глубоковский Н. Н. Богословие: Обзор науки. Русская наука. Отд. 1. Пг., 1919. 80 с.

7.                  Глубоковский Н. Н. За тридцать лет (1884–1914 гг.) // У Троицы в Академии. 1884–1914: Юбилейный сб. ист. Мат-лов. Издание бывших воспитанников Московской духовной академии. М., 1914. С. 737–755.

8.                  Грот К. Я. Владимир Иванович Ламанский. Пг.: Новое время, 1915. 25 с.

9.                  Заливалова Л. Н. К вопросу о научном наследии Николая Васильевича Покровского в русской византологии // Мир православия: Сб. научн. статей. 2002. Вып. 4. С. 192–215.

10.              Иванов И., свящ. К 150-летию профессора А. И. Бриллиантова (1867–1933) // Христианское чтение. 2017. № 4. С. 253–261.

11.              Карпук Д. А. Церковно-историческая наследие профессора Санкт-Петербургской духовной академии Ивана Ивановича Соколова (1865–1939) // Христианское чтение. 2005. № 25. С. 184–202.

12.              Куприянов В. А., Малинов А. В. Академик В. И. Ламанский. Мат-лы к биографии и научной деятельности. СПб.: Дмитрий Буланин, 2020. 560 с.

13.              Лебедева Г. Е., Березкин А. В. Профессор Иван Иванович Соколов: историк на рубеже двух эпох // Древняя Русь: во времени, в личностях, в идеях. Выпуск 5. 2016. С. 476–488.

14.              Лебедева Г. Е. Ученый и время: И. И. Соколов // Соколов И. И. Состояние монашества в Византийской Церкви с середины IX до начала XIII века (842–1204) / Вступит. ст. проф. Г. Е. Лебедевой. СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2003. С. 7–32.

15.              Малинов А. В. В. И. Ламанский и истоки «русского византизма» // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. 2022. № 100. С. 67–87.

16.              Мир Кондакова: Публикации. Статьи. Каталог выставки / Сост. И. В. Кызласова. М.: Русский путь, 2004. 391 с.

17.              Нечаева Г. [Скотникова Г. В.] «Чтобы было с кем „душу отвести“». Послесловие к публикации: О жизни и творчестве В. И. Ламанского // Русское самосознание: Философско-исторический журнал. 1998. № 5. URL: http://russamos.ru/05-do/ (дата обращения: 19.01.2025).

18.              «Отец церковной археологии» // Федеральное архивное агентство (Росархив). URL: https://vk.com/wall-164851212_6074 (дата обращения: 22.01.2025).

19.              Перевезенцев С. В. Русский выбор. Очерки национального самосознания. М.: Русский Мир, 2007. 416 с.

20.              Пивоварова Н. В. Н. В. Покровский: личность, научное наследие, архив // Мир русской византинистики. Материалы архивов Санкт-Петербурга / Под ред. члена-корреспондента РАН И. П. Медведева. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. С. 41–118.

21.              Пискунов И. В. Как стать российским приват-доцентом? // Диалог со временем. 2015. Вып. 51. С. 243–260.

22.              Пискунов И. В. Правовое положение приват-доцентов российских университетов (1803–1884) // Вестник ПСТГУ. Сер. II: История. История Русской Православной Церкви. 2014. № 4 (59). С. 98–116.

23.              Профессор Николай Васильевич Покровский, директор Императорского Археологического института. 1874–1909: Краткий очерк научной деятельности. СПб.: Синодальная тип., 1909. 118 с.

24.              Санюк Г., свящ. Литургическая наука в Санкт-Петербургской Духовной академии на рубеже XIX–XX вв. (К 100-летию со дня кончины проф. Н. В. Покровского) // Вестник Исторического общества Санкт-Петербургской духовной академии. 2018. № 1. С. 101–112.

25.              Скотникова Г. В. Художественный мир в новой парадигме гуманитарной науки России // Русская художественная традиция в современной отечественной культуре. Статьи. Размышления. Эссе. Т. 1 / Ред.-сост. Г. В. Скотникова. СПб.: Петрополис, 2020. C.40–70.

26.              Соколов И. И. Византологическая традиция в Санкт-Петербургской духовной академии // Христианское чтение. 1904. № 1. С. 143–150.

27.              Соколов И. И. О византинизме в церковно-историческом отношении: Вступ. лекция по каф. истории Греко-Вост. Церкви (от разделения Церквей), прочит. в С.-Петерб. духов. акад. 1 нояб. 1903 г. СПб.: Тип. М. Меркушева, 1903. 43 с.

28.              Страхов Н. Н. Заметки о текущей литературе. URL: http://az.lib.ru/s/strahow_n_n/text_0400oldorfo.shtml (дата обращения: 14.03.2022).

29.              Успенский Ф. И. Значение византийских занятий в изучении средневековой истории // Записки Императорского Новороссийского университета: научная история. Т. 16. Ч. 2. Одесса: Тип. Ульриха и Шульца, 1875. С. 1–20.

30.              Философы современной России: Энциклопедический словарь / Сост., вступит. ст., прил. М. В. Бахтина. Изд. 5-е. М.: Энциклопедист-Максимум, 2017. 564 с.

• В 1863 г. в университетах была введена специальная кафедра церковной истории на историко-филологических факультетах. Замещать ее должны были исключительно выпускники духовных академий, имеющие богословские ученые степени. Ученая степень доктора церковной истории, введенная после реформы 1884 г., присуждалась только в духовных академиях. В 1893 г. университетские кафедры церковной истории получили право замещения должностей своими выпускниками, но при обязательном условии сдачи дополнительного экзамена по богословию.
• Кондаков Н. П. «Особым отделом своих воспоминаний…» // Мир Кондакова: Публикации. Статьи. Каталог выставки / Сост. И. В. Кызласова. М.: Русский путь, 2004. С. 106.
• Глубоковский Н. Н. Богословие: Обзор науки. Русская наука. Отд. 1. Пг., 1919. С. 34.
• Страхов Н. Н. Заметки о текущей литературе. URL: http://az.lib.ru/s/strahow_n_n/text_0400oldorfo.shtml (дата обращения: 17.10.2025).
• См.: Скотникова Г. В. Художественный мир в новой парадигме гуманитарной науки России // Русская художественная традиция в современной отечественной культуре: Статьи. Размышления. Эссе. Т. 1 / Ред.-сост. Г. В. Скотникова. СПб.: Петрополис, 2020. C. 40–42.
• Бахтин М. В. Вступительная статья // Философы современной России: Энциклопедический словарь / Сост., вступит. ст., прил. М. В. Бахтина. Изд. 5-е. М.: Энциклопедист-Максимум, 2017. С. 9.
• Перевезенцев С. В. Русский выбор. Очерки национального самосознания. М.: Русский Мир, 2007. С. 18.
• Соколов И. И. Византологическая традиция в Санкт-Петербургской духовной академии // Христианское чтение. 1904. № 1. С. 143–150.
• Письма В. В. Болотова И. Е. Уберскому. Цит. по: Герд Л. А. И. Е. Троицкий: по страницам архива ученого // Мир русской византинистики: Мат-лы архивов Санкт-Петербурга / Под ред. члена-корреспондента Российской академии наук И. П. Медведева. СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. С. 8.
• Соколов И. И. Византологическая традиция в Санкт-Петербургской духовной академии. С. 143–150.
• Герд Л. А. И. Е. Троицкий: по страницам архива ученого. С. 19.
• Владимир Ламанский, непрочитанный и забытый. URL: https://belayaistoriya.mirtesen.ru/blog/43050749372/VLADIMIR-LAMANSKIY,-NEPROCHITANNYIY-I-ZABYITYIY (дата обращения: 22.01. 2025).
• Грот К. Я. Владимир Иванович Ламанский. Пг.: Новое время, 1915. С. 8.
• Малинов А. В. В. И. Ламанский и истоки «русского византизма» // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. 2022. № 100. С. 71.
• Журнал издавался с 1890 по 1917 гг. С 1994 г. выпуск журнала «Живая старина» возобновлен в Москве Государственным республиканским центром русского фольклора (ГРЦРФ).
• Нечаева Г. [Скотникова Г. В.] «Чтобы было с кем „душу отвести“». Послесловие к публикации: О жизни и творчестве В. И. Ламанского // Русское самосознание: Философско-исторический журнал. 1998. № 5. URL: https://russamos.ru/05-do/ (дата обращения: 19.01.2025).
• Пивоварова Н. В. Н. В. Покровский: личность, научное наследие, архив // Мир русской византинистики. С. 41–118.
• На право читать лекции (лат.).
• Пискунов И. В. Как стать российским приват-доцентом? // Диалог со временем. 2015. Вып. 51. С. 243–260; Его же. Правовое положение приват-доцентов российских университетов (1803– 1884) // Вестник ПСТГУ. Сер. II: История. История Русской Православной Церкви. 2014. № 4 (59). С. 98–116.
• Закрытый после революции, музей был восстановлен в 1989 г. См.: Пивоварова Н. В. Н. В. Покровский: личность, научное наследие, архив.
• Санюк Г., свящ. Литургическая наука в Санкт-Петербургской духовной академии на рубеже XIX–XX вв. (К 100-летию со дня кончины проф. Н. В. Покровского) // Вестник Исторического общества Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2018. № 1. С. 101–112.
• Императорский археологический институт (1877–1923) был основан историком, правоведом и общественным деятелем Н. В. Калачовым (1819–1885) для подготовки археологов и архивистов. Первоначально располагался на 9-й линии Васильевского острова, 2/11, затем на набережной Екатерининского (Грибоедова) канала, 14. Принимались лица с высшим образованием (как духовным, так и светским), платы за обучение не было, программа распределялась на два года. Среди преподавателей: И. Е. Андреевский, С. Ф. Платонов, Н. В. Покровский, И. И. Срезневский и др. Институт издавал «Сборник Археологического института» (1878–98) и «Вестник археологии и истории» (1885–1918). В 1922/23 учебном году институт стал Отделением археологии и истории искусств факультета общественных наук Петроградского университета.
• «Отец церковной археологии» // Федеральное архивное агентство (Росархив). URL: https://vk.com/wall-164851212_6074(дата обращения: 22.01. 2025).
• Профессор Николай Васильевич Покровский, директор Императорского Археологического института. 1874–1909: Краткий очерк научной деятельности. СПб.: Синодальная тип., 1909. 118 с.
• Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский. Судьба христианского ученого. М.; СПб.: Альянс-Архео, 2010. 1006 с.
• Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский: путь церковного ученого (по архивным мат-лам) // Мир русской византинистики. C. 121.
• Глубоковский Н. Н. За тридцать лет (1884–1914) // У Троицы в Академии. 1884–1914: Юбилейный сб. ист. мат-лов. М.: Изд. бывших воспитанников Московской духовной академии, 1914. С. 744.
• Цит. по: Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский: путь церковного ученого (по архивным мат-лам). С. 139.
• Письмо Н. Я. Марру. Цит. по: Там же. С. 169.
• Книга Н. Н. Глубоковского «Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии», написанная для предпринятого Императорской санкт-Петербургской академией наук обширнейшего издания «Русская Наука», была закончена в Петрограде к 1917 г., но даже крайне сокращенной ее редакции не суждено было тогда увидеть свет. См.: Глубоковский Н. Н. Русская богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии. М.: Изд-во Свято-Владим. Братства, 2002. 189 с. (Православная богословская библиотека; Вып. 4).
• Кафедра Греко-Восточной Церкви была открыта впоследствии во всех духовных академиях России благодаря инициативе И. И. Соколова. См.: Карпук Д. А. Церковно-историческая наследие профессора Санкт-Петербургской духовной академии Ивана Ивановича Соколова (1865–1939) // Христианское чтение. 2005. № 25. С. 192.
• Соколов И. И. О византинизме в церковно-историческом отношении: Вступ. лекция по каф. истории Греко-Вост. Церкви (от разделения Церквей), прочит. в С.-Петерб. духов. акад. 1 нояб. 1903 г. СПб.: Тип. М. Меркушева, 1903. 43 с.
• Карпук Д. А. Церковно-историческое наследие профессора Санкт-Петербургской духовной академии Ивана Ивановича Соколова (1865–1939). С. 184–202.
• Успенский Ф. И. Значение византийских занятий в изучении средневековой истории // Записки Императорского Новороссийского университета: научная история. Т. 16. Ч. 2. Одесса: Тип. Ульриха и Шульца, 1875. С. 1–20.
• Цит. по: Лебедева Г. Е., Березкин А. В. Профессор Иван Иванович Соколов: историк на рубеже двух эпох // Древняя Русь: во времени, в личностях, в идеях. Вып. 5. 2016. С. 478.
• Создан в 1920 г. усилиями профессоров и преподавателей закрытой Духовной академии и светских вузов для обучения духовенства и мирян, закрыт в 1923 г.
• Лебедева Г. Е. Ученый и время: И. И. Соколов // Соколов И. И. Состояние монашества в Византийской Церкви с середины IX до начала XIII века (842–1204) / Вступит. ст. проф. Г. Е. Лебедевой. СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2003. С. 26–27.
• Среди 157 осужденных 1933 г. по «делу евлогианцев» был диакон Михаил Васильевич Гундяев (1907–1974), отец Святейшего Патриарха Кирилла. Глава Западно-Европейского экзархата митрополит Евлогий (Георгиевский) разорвал отношения с Заместителем Патриаршего Местоблюстителя митрополитом Сергием (Страгородским) и перешел в юрисдикцию Константинопольского Патриархата; «наиболее контрреволюционная часть» духовенства и мирян будто бы вступила на путь антисоветской борьбы, ориентируясь на митрополита Евлогия, белую эмиграцию и Англиканскую церковь.
• Иванов И., свящ. К 150-летию профессора А. И. Бриллиантова (1867–1933) // Христианское чтение. 2017. № 4. С. 253–261.
• Там же. С. 257.
• Там же.
• Ныне это Санкт-Петербургское музыкально-педагогическое училище на улице Воскова (ул. Большая Белозерская). В здании училища располагается часовня иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (с грошиками). В сквере, примыкающем к училищу, до 1932 г. стоял Введенский храм.