Социальные и социокультурные детерминанты в механизме управления взаимоотношениями Русской Православной Церкви и государства

Для того чтобы нечто было сохранным, оно должно быть крепким. Для того чтобы иметь крепость, прочность, силу — необходим некий фундамент, стержень, опора. Для полноценного развития всего цивилизованного мира необходим, соответственно, также некий фундамент, и таким фундаментом в настоящее время являются демократические ценности, призванные обеспечить права и свободы человека, общества, нации, государства. К их  реализации стремится все мировое сообщество, и, в некотором смысле, это могло бы служить неплохим объединяющим началом.

Однако ж это слишком упрощенная схема, и сегодня, в качестве цивилизационных идеалов, на ее основе предлагается намеренный отказ от великих задач и великого смысла ради нового «цивилизованного общества». Вызов современности видится нам в необходимости выработки эффективных средств самозащиты государств и народов, отстаивающих свое право на историческое развитие и сохранение социокультурного своеобразия. Будущее мирового пространства во многом зависит от специфики развития составляющих его народов, культур и взаимодействия между ними.

Единственным выходом в построении данных взаимоотношений,  безусловно, должно стать толерантное сосуществование, диалог культур, переосмысление и выработка доктрины разрешения имеющихся социальных противоречий, формирование мультикультурного пространства.

Усиление взаимозависимости и даже частичная унификация культур, тенденция распространения западных жизненных принципов, вызывают недовольство и противодействие со стороны тех, кто отстаивает право на собственное социокультурное развитие.

В этих условиях приобретает значимость анализ ключевых проблем и возможностей взаимоотношений социальных институтов государства и Церкви в сфере защиты не только от внешних, но и от внутренних социокультурных воздействий, проявляющихся в условиях, противоречащих интересам развития и процветания России.

Полагаем, в данной ситуации исключительно значимым является анализ ряда тенденций в управлении взаимоотношениями государства и Церкви, непосредственно обусловленными глобальными, национально-государственными и региональными социокультурными и политическими процессами. Ряд современных глобальных тенденций бросают вызов всему человечеству, его способности поддерживать конструктивные процессы во взаимоотношениях, и нуждаются в коррекции на основе новых приоритетов и принципов. Речь идет об объективной необходимости осмысления и доработки оформившейся за последние десятилетия парадигмы в управлении взаимоотношениями Церкви и государства в рамках цивилизационного развития России, учитывающей как национальную специфику, особенности социальной действительности, так и политические и экономические реалии сегодняшнего дня.

Проблемные трансформационные процессы в социально-экономической, политической и социокультурной сферах систематически подвергают российскую цивилизацию испытаниям на прочность и, соответственно, требуют обстоятельного анализа ценностно-ментальной специфики, цивилизационного и социокультурного потенциала в новых условиях. Только на основе такого анализа возможно предложение оптимальной стратегии управления взаимоотношениями институтов Церкви и государства.

Также необходим глубокий социологический анализ потенциальных возможностей взаимодействия государства и Церкви в обеспечении дальнейшего цивилизационного развития страны, который призван способствовать выявлению, обоснованию и практической реализации оптимальных для этой цели социальных механизмов, принципов и условий.

Несомненно, одной из ключевых предпосылок цивилизационного развития России является обеспечение защищенности от любых внешних и внутренних факторов, негативно воздействующих на исторически- и социокультурно-детерминируемые цивилизационные процессы.

В сложившихся условиях актуализируется необходимость усиления экономической, военно-политической мощи, международного веса России в целом, но при этом, как правило, совершенно неоправданно на второй план отодвигается необходимость координации действий всех институтов гражданского общества и государства в социальной сфере.

Теоретические исследования социальных изменений с особым интересом к устойчивому и стабильному состоянию общества характерны для российских ученых рубежа XX-XXI веков. В данных исследованиях анализируется российская историческая, социально-политическая, ценностно-ментальная, геополитическая и цивилизационная специфика [1.-12.]. 

Разработка данной проблематики уходит корнями в XVIII и особенно конец XIX — начало XX вв.; на рубеже XX-XXI веков исследования на эту тему активизировались вследствие кризисных процессов и необходимости поиска путей дальнейшего развития России с учетом ее социокультурных и традиционно-исторических особенностей. Разновидностью анализа являются исследования геополитического потенциала России и современных мер политического характера, направленных на его реализацию в интересах нашей страны [13.-15.].

Вместе с тем, анализ имеющихся источников и литературы по теме позволяет очертить круг наименее изученных проблем. В данных исследованиях, также как и в практической действительности, уделяется недостаточное внимание социальным аспектам, и особенно, в их рамках, проблемам управления взаимоотношениями различных институтов гражданского общества, в том числе Русской Православной Церкви и государства в решении проблем в этой немаловажной сфере общественного бытия.

В настоящее время в научной литературе, книгах, монографиях, материалах научных конференций и семинаров наблюдается тенденция к большему освещению различных сторон обозначенных отношений: правового статуса религиозных объединений в нашей стране, пройденного исторического пути отношений между государством и Церковью; философскому анализу проблемы налаживания государственно-церковных отношений, обширным данным многочисленных социологических исследований о религиозной ситуации в нашей стране [16, С.139-146; 17, С.45-53; 18, С26-29; 19.]. В последние годы по проблеме государственно-церковных отношений, в целом, изданы монографии, учебники, научные статьи [20; 21, С.143-155; 22; 23; 24, С.19-32]. Значительный интерес для понимания сущности и содержания взаимодействия государства, его институтов с религиозными конфессиями представляют труды зарубежных авторов [25.- 27].

Некоторые теоретические вопросы отражены в трудах современных исследователей государства: Г.В. Атаманчука, Н.И. Глазуновой, В.Е. Чиркина, а также ученых середины прошлого века — Н.В. Устрялова, И.А. Ильина; современников, изучающих вопросы религии: А.И. Осипова, А. Кураева, И.Н. Яблокова, и ученого конца XIX в. С.Н. Трубецкого. Государственно-церковные отношения рассматриваются в коллективных монографиях кафедры религиоведения Российской академии государственной службы при Президенте РФ.

И тем не менее считаем, что социальный аспект во взаимоотношениях государства и Русской Православной Церкви не получил еще достаточно полного освещения в научной литературе. Поэтому при исследовании данного типа взаимооотношений на современном этапе нами преимущественно использовался эмпирический материал.

Понимая поликонфессиональный характер России, накладывающий свой отпечаток на содержание отношений государства с Русской Православной Церковью, считаем возможным ограничить рамки исследования проблемой взаимодействия государства именно с Русской Православной Церковью (социальный аспект).

Особого внимания в исследовании заслуживает тот факт, что успешное реформирование политических и социально-экономических основ российской государственности без социальных, национальных и религиозных конфликтов возможно только при условии постоянного тесного взаимодействия институтов гражданскогообщества и государства на основе взаимопонимания, взаимоуважения, делового партнерства, а также выработки единой социальной доктрины.

Однако механизм взаимодействия институтов гражданского общества и государства на данный момент времени в стране пребывает все еще на начальной стадии своего формирования. Он включает в себя нормативно-правовую базу становления институтов государства и гражданского общества, а также наличие определенных организационных форм взаимодействия государства и гражданского общества.

Так, статья 1 Конституции РФ определяет вектор развития современной России как правового демократического государства. Но эта установка может остаться декларативной нормой, если не будет гражданского общества, развитой демократии за счет расширения самоуправления и обеспечения плюрализма форм самовыражения различных секторов социума.

В странах с социально ориентированным типом экономики благодаря третьему сектору государству удается эффективно справляться с множеством острых проблем, опираясь не только на аппарат государственного управления и бюджетные средства, но и на общественность, благотворительность и самодеятельность.

В России же значимость этого явления лишь начинает осознаваться, а формы взаимодействия различных секторов социума пока остаются большей частью «не работающими», требуют качественного, системного совершенствования.

Учитывая традиционно огромную роль российского государства в жизнедеятельности социума, следует подчеркнуть, что квинтэссенция проблематики взаимоотношений институтов гражданского общества и государства в цивилизационном развитии России состоит в определении новых возможностей конструктивного сотрудничества и социального партнерства некоммерческих организаций, в том числе Русской Православной Церкви именно с органами исполнительной власти [28, С. 89-94].

Как ранее было отмечено, трансформационные процессы в цивилизационном развитии Российского государства и общества затронули все сферы общественной жизни, в том числе сферу взаимоотношений государства и религиозных объединений (прежде всего Русской Православной Церкви). На смену политике государственного атеизма пришло демократическое решение религиозного вопроса, открывшее гражданам России возможность свободного мировоззренческого и конфессионального самоопределения. Религия вновь стала одним из важных фактором общественной жизни.

Сейчас можно с твердой уверенностью констатировать: в обществе возникли устойчивые представления о способности Церкви содействовать преодолению кризиса российского общества, благотворно влиять на личность и общество, противодействовать негативным социальным и социокультурным явлениям. Также изменилось отношение и со стороны нерелигиозной части населения, что выразилось в более взвешенной оценке роли Русской Православной Церкви в истории и современности, в интересе к религии как социокультурному явлению.

Тем не менее проблема выбора модели отношений между светским государством и религиозными объединениями все еще остается актуальной [29, С. 122-136]. Многообразие моделей светского государства нашло отражение в трудах как зарубежных исследователей (В. ван Дейк, У.К. Дурэм, А. Кисе, П. Мойзес, Г.М. Моран, С. Феррари и др.), так и отечественных (Н.В. Володина, П.Н. Дозорцев, Е.М. Мирошникова, И.В. Понкин, СВ. Потанин, А.В. Щипков и др.) [30. - 33; 34, С. 110-130; 35; 36, С.46-57; 37; 38, С. 81-86].

В связи с неутихающей дискуссией о формировании концепции государственно-религиозных отношений и ее реализации на практике уже не единожды возникал вопрос о необходимости формирования уполномоченного государственного органа по делам религий. Многие исследователи (А. Залужный, А. Лампси, А.В. Пчелинцев, С. Фирсов, М. Шахов и др.) отмечали, что без его создания самая оптимальная концепция отношений между государством и религиозными объединениями не может быть реализована [39, С. 12; 40, С. 10; 41, С.62-64; 42, С. 11; 43, С. 4-6]. К. Каневский, протоиерей В. Чаплин и др., напротив, не видят необходимости в подобном государственном органе.

На основании этого полагаем, что уточнение признаков светского государства позволит расширить теоретическое представление о взаимоотношениях государства и Руссой Православной Церкви.

Так, в современном мире существуют государства светские и теократические (Ватикан, Саудовская Аравия, Иран и др.). Противоположностью теократического государства является светское государство. «Светское государство — одна из конституционных характеристик государства, включенная в число основ конституционного строя» — (ст.14). Светский характер государства означает, что в России нет и не может быть обязательной религии. Вместе с тем гарантируется свобода совести, вероисповедания, свобода религиозных организаций.

Обращаясь к юридическому энциклопедическому словарю, находим  трактовку светского государства в рамках конституционно-правовой его характеристики, означающей отделение церкви от государства, разграничение сфер их деятельности. Светский характер государства не препятствует ему в то же время оказывать религиозным общинам материальную помощь из государственного бюджета. Конституция РФ (ст.14), провозглашая светский характер Российской Федерации, запрещает устанавливать какую бы то ни было религию в качестве государственной или обязательной [37, С.29-34; 44, С.433-434].

Исследование светского государства вполне закономерно приводит к необходимости анализа допустимой и возможной меры взаимодействия (вмешательства, взаимопроникновения, сотрудничества) государства и Церкви, а также необходимой и должной меры их взаимной изоляции и разделения.

В качестве одного из основных признаков светского государства обычно во всех дискуссиях приводится отсутствие государственной религии. Однако совершенно иного мнения в этом вопросе придерживается Л. Юззелл (бывший директор Кестонского института — организации, исследующей реализацию свободы совести по всему миру). «Я не считаю существование государственной религии нарушением религиозной свободы: государственная религия есть в Норвегии, в Великобритании. Если бы Православная Церковь была государственной в России, я не считал бы это незаконным по отношению к правам человека» [45].

Совершенно ложным стереотипом, пришедшим из атеизма и сохранившимся в научной мысли, является такое толкование светскости, которое отождествляет ее с антирелигиозным (атеистическим) или внерелигиозным характером государства. Очевидно, что светскость государства не предполагает построения системы государственно-конфессиональных отношений без учета интересов религиозных объединений, верующих граждан и всей совокупности факторов в религиозной сфере [47;48]. Государство обязано учитывать мнение своих граждан, выражающих принадлежность или предпочтительное отношение к традиционным религиозным организациям России, а таких граждан у нас подавляющее большинство. Права меньшинств обязательно должны защищаться, но их нельзя абсолютизировать и прикрывать ими нарушение прав и интересов всего народа.

Достаточно распространенная точка зрения, что в силу ч.2 ст. 14 Конституции РФ все религиозные объединения должны быть максимально изолированы от общества, а государство «равноудалено» от них, в корне ошибочна и антидемократична, нарушает права верующих граждан. Отделение религиозных объединений от государства предполагает, что они не подменяют собой органов государственной власти, не финансируются во всей полноте своей деятельности государством и пр. Но религиозные объединения вправе участвовать в общественной жизни [37, С. 32; 48]. Таким образом, светский характер государства не может препятствовать его сотрудничеству с традиционными религиозными организациями.

Некоторые ученые подчеркивают конфессиональную нейтральность светского государства, принципиально не приемлющего никакую из религий в качестве официальной идеологии и обеспечивающего гражданам возможность свободного мировоззренческого выбора. Заметим, что понятие "конфессионального нейтралитета" государства представляется все же нечетким, нуждается в толковании [37, С. 45-83].

На наш взгляд, достаточно верно определена суть светскости государства в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви.

Согласно христианской точке зрения, государство есть свойственная народу форма общности, оно суверенно, его цель — земное благополучие всех его членов. Законное насилие, независимо от типа государства, либо обусловлено естественными законами, либо идет от Бога. Вмешательство государства в различные сферы жизни правомерно там, где этого требует общее благо [49; 50, С. 27-36; 51, С. 400-401]. Следовательно, государство — это основной институт гражданского общества, осуществляющий управление им, охрану его экономической и социальной структуры, обеспечение безопасности во всех видах. Оно обладает монополией на принуждение в рамках определенной территории, правом на осуществление от имени всего общества внутренней и внешней политики, исключительным правом издания законов и правил, обязательных для всего населения, правом взимания налогов и сборов. [41, С. 22].

Представляет интерес позиция Н.В. Устрялова, исследователя 30-х гг. прошлого века, трактующего государство не только как власть, народ, территорию, право, но также как систему идей, которая объединяет население в народ, нацию.

Религия — относительно происхождения этого слова (от лат. religio — совестливость, благочестие, благоговение) существует несколько точек зрения. Наиболее признанными являются трактовки Цицерона: от лат. relegere (вновь собирать, обдумывать, откладывать на особое употребление) и Лактанция: от лат. religare (связывать, соединять). Соответственно, Цицерон видел существо религии в благоговении перед высшими силами, Божеством; а Лактанций — в союзе благочестия человека с Богом. Определение религии Лактанцием представляется шире, чем определение Цицерона.

Философ С.Н. Трубецкой давал определение религии, использованное в словаре Брокгауза и Эфрона как организованное поклонение высшим силам... Религия не только представляет собою веру в существование высших сил, но устанавливает особые отношения к этим силам: она есть, следовательно, известная деятельность воли, направленная к этим силам.

Диакон Андрей Кураев предлагает такое определение: «С точки зрения правовых отношений религия есть вид человеческой деятельности. Эта деятельность отличается от остальных видов человеческой деятельности по своим целям... Эти цели могут быть охарактеризованы как религиозные только в том случае, если никакие другие виды человеческой деятельности не ставят своей целью их достижение» [49, С. 26].

Церковь как общественная религиозная организация является институциональным образованием общества, а государство, вне всяких сомнений — прежде всего, институтом политической системы.

Церковь является неким морально-этическим центром и основным источником общечеловеческих ценностей. Православие — это одно из трех основных направлений христианства, которое исторически сложилось и сформировалось как его восточная ветвь. Название «Православие» (от греческого слова «Ортодоксия») впервые встречается у христианских писателей во II веке. Богословские основы Православия сформировались в Византии, где оно было господствующей религией в IV - XI веках. Оттуда православная вера попала в 988 году в Киевскую Русь.

В энциклопедическом словаре определение «Православие» обычно дается в двух аспектах: как догматическое учение и как деноминация христианской церкви.

В современном религиоведении различается религиозная и нерелигиозная деятельность. Компонентом государственно-церковных отношений является нерелигиозная деятельность институциональных религиозных субъектов — политических, экономических, научных и т.п.

Социальный институт в рамках социальной системы в целом представляет собой относительно автономное образование, имеющее внутреннюю специфику и тенденции развития. Социальный институт выступает как такое образование, в рамках которого складывается определенная совокупность правил, норм, стереотипов поведения на основе конкретного рода деятельности. По мнению Д.Е. Мануйлова [52],  Церковь как социальный институт дает верующим определенные стандарты и стереотипы мышления и поведения, определяет их отношение ко всему остальному миру.

Так, в целом, Русская Православная Церковь воздействует на процесс формирования общественного сознания, культуры и повышения ее уровня в России. Более того, мы считаем, что Русская Православная Церковь это делает эффективнее, чем другие социальные институты, участвующие в этом процессе.

Русская Православная Церковь — крупнейшая конфессия на территории Российской Федерации. Отношения с ней политической власти, государственного аппарата — существенная часть отношений с развивающимся гражданским обществом. Оптимальная модель взаимоотношений государства с Церковью позволяет ему расширять собственную социальную базу за счет верующих граждан. И наоборот, игнорирование опыта российской (в том числе советской) истории чревато конфликтом между властными структурами и верующими, соответственно, первые лишаются их поддержки.

Стоит отметить высокую репутацию Русской Православной Церкви в мировой политике, которая определяется самостоятельностью Церкви в определении и решении собственных целей, задач. Она не является орудием или проводником внешней политики Российской Федерации. Вместе с тем собственные цели Русской Православной Церкви в данный момент цивилизационного развития нашей страны совпадают с намерениями российского правительства. Однако совпадение это вовсе не является случайным: основные составляющие российской дипломатии — приверженность миру, помощь соотечественникам, в том числе за рубежом, защита целостности и суверенитета России — созвучны представлениям Русской Православной Церкви о предназначении власти, государства.

В условиях же нового кризиса, усугубившего проблемы экономического, социального и политического характера, Русская Православная Церковь активно включилась в общественную деятельность. Опираясь на православные ценности, Церковь участвует в решении многих проблем не только религиозно-этического характера, связанных с внутрицерковной жизнью, но и общественно-значимых гуманитарных проблем, взаимодействует с государством в различных областях.

Православие, православная этика, православная духовность пронизывают судьбу российского общества и государства, вошли в ментальность народа. Следовательно, можно утверждать, что Православной Церкви, действительно, принадлежит особая роль в цивилизационном развитии России и современных общественных переменах.

Несмотря на развитие положительных тенденций, все же сотрудничество государства и Церкви не остается без проблем. Главные проблемы, решаемые Церковью в настоящее время, связаны с преодолением тяжелого исторического наследия, восстановлением материальной, организационной основы, развитием и укреплением внешних связей, необходимых для обеспечения успешной церковной деятельности. Со стороны государства, ключевой задачей, требующей безотлагательного решения, является четкое закрепление правового статуса Русской Православной Церкви, соответствующего ее положению, месту в обществе и позволяющего Церкви развиваться в качестве института гражданского общества, создание условий для ее общественно-полезной деятельности, конструктивного сотрудничества с государственными органами власти и управления, прежде всего, в разработке социальной доктрины, способной определить дальнейший вектор цивилизационного развития российского общества.

Активная деятельность Русской Православной Церкви во многих сферах жизни общества зачастую вызывает неприязнь определенных кругов мирового сообщества, незаинтересованных в стабильной России. Это, в свою очередь, позволяет предположить, что они считают Русскую Православную Церковь достаточно сильной, имеющей возможности способствовать консолидации российского общества. Неслучайно современные отношения Русской Православной Церкви и Российского государства, в том числе и в контексте внешней политики, на сегодняшний день получили широкое освещение в средствах массовой информации, как зарубежных, так и российских.

Неслучайно многие политические и государственные деятели современной России особо подчеркивают государствообразующую роль Русской Православной Церкви в цивилизационном развитии России. Причем Русская Православная Церковь не пытается вернуть себе статус государственной, но неизменно указывает на тот факт, что культура, самобытность и самостоятельность России все же формировались под влиянием Православия.

В «Повести временных лет» летописец рассказывает о том, как к князю Владимиру пришли хазарские евреи с предложением принять их веру. «Он же спросил: "А где земля ваша?". Они же сказали: "В Иерусалиме... Разгневался Бог на отцов наших и рассеял нас по различным странам за грехи наши, а землю нашу отдал христианам".  Сказал на это Владимир: "Как же вы иных учите, а сами отвергнуты Богом и рассеяны: если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям. Или и нам того же хотите?"» [53, с.44].

Микрокосмос. Научно-богословский и церковно-общественный альманах

Миссионерского отдела Курской епархии Русской Православной Церкви. Выпуск 3. Курск — 2009 

Литература:

1. Арин О.А. Мир без России. - М.: Эксмо, 2007;
2. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. - Новосибирск,  1997. - Т. 1-2;
3. Валянскин С, Калюжный Д. Понять Россию умом. - М.: Алгоритм,  2001;
4. Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская цивилизация: Содержание,  границы, возможности. - М.: МГУ, 2000;
5. Кара-Мурза С.Г. Советская цивилизация. От Великой Победы до наших дней. - М.: Эксмо, 2004;
6. Нещадин А.А. Судьба России в современной цивилизации. - М.: Инфомарт, 2003;
7. Панарин А.С. Православная цивилизация в глобальном мире. - М.:  Эксмо, 2003;
8. Панарин А.С. Россия в цивилизационном процессе. - М.: Ин-т философии РАН, 1995;
9. Паршев А.П. Почему Россия не Америка? - М.: Крымский мост, 2002;
10. Российская многонациональная цивилизация: Единство и противоречия /  Под ред. Трепавлова В.В. - М.:
11. Наука, 2003;
12. Российская цивилизация: Этнокультурные и духовные аспекты: Энц. словарь. Ред. кол.: Мчедлов М.П. и др. - М.: Республика, 2001;
13. Шаповалов В.Ф. Истоки и смысл российской цивилизации. - М.: Фаир-пресс, 2003;
14. Матяш В.Н. Север-Юг в системе международных отношений (политологический анализ). - М.: Дипломатическая академия МИД РФ, 2003;
15. Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая инициатива в XXI веке. - М.: Логос, 1998;
16. Панарин А.С. Россия в Евразии. Геополитические вызовы и цивилизационные ответы // Вопросы философии, 1994, № 12;
17. Писманик М.Г., Бурко В.А., Жуланов С.С. Современные верующие, их социальный облик и самочувствие // Социально-гуманитарные знания. - 2003, № 4;
18. Каргина И.Г. Самоидентификации верующих: социальная мотивация // Социологические исследования. - 2004, №. 1;
19. Пчелинцев А., Рагозина Л. Государство, религия, закон: социологический  анализ // Религия и право. - 2001, № 1;
20. Религия и общество. Хрестоматия по социологии религии /в 2-х частях/Сост. В.И.Гараджа, Е.Д.Руткевич. - М.: Наука, 1994;
21. Вероисповедная политика российского государства. Учебное пособие. -  М: РАГС, 2003;
22. Верховский AM. Власть и религия в современной России // Свободная  мысль. -2004, № 4;
23. Преодолевая государственно-конфессиональные отношения. Сб. статей / Под общ. Ред. С.М. Градировского. - Н.-Новгород, 2003;
24. Религия и политика в современной России / Под ред. Н.А.Трофимчука, С.Д.Яковлева. - М.: РАГС, 1997;
25. Фурман Д.Е., Каариайнен К. Религиозная стабилизация // Свободная мысль. - 2003, №7;
26. Дьюрем К. Свобода религии: модель США / Под ред. В.Еленского.- Киев, 1996;
27. Edvist G. Freedom of religion and new relations between church and state in Sweden // Studia theological. - Oslo, 2000. - Vol. 54. - № 1. - P. 35-41;
28. Kimmerling B. Religion, nationalism and democracy in Israel // Constellations. - Oxford; Cambridge, 1999. - Vol. 6. - № 3. - P. 339-363;
29. Миньковский Г.М. Комментарий к статье 14 Конституции Российской Федерации / Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Отв. ред. д.ю.н., проф. В.В. Лазарев. - М., 2001;
30. Лупарев Г.П. Светское государство: теоретико-методологические основы, признаки и принципы / Десять лет по пути свободы совести. Проблемы реализации конституционного права на свободу совести и деятельность религиозных объединений: Материалы научно-практического семинара / Под ред. А.В. Пчелинцева. - М., 2002;
31. Dyke V. van Human Rights, Ethnicity and Discrimination. Westport, 1985. - P. 53-77;
32. Дурэм У.К. Перспективы религиозной свободы, сравнительный анализ.- М., 1999;
33. Kiss A. Permissible Limitations on Rights / Henkin L. (ed.) The International Bill of Rights. N.Y., 1981. - P. 290;
34. Mojzes P. War Between Religions // Religion in Eastern Europe. 1993. February. № 1-2. - P. 20-29;
35. Ферарри С. Церковь и государство в Западной Европе: итальянская модель / Мировой опыт государственно-церковных отношений:  Учебн. пос. / Под общ. ред. д.ф.н., проф.Н.А. Трофимчука. 2-е изд.,  дополн. и  перераб. - М., 1999;
36. Володина Н.В. Конституционно-правовые основы государственно-церковных отношений в России: XX век. М., 2000;
37. Мирошникова Е.М. Кооперационная модель как средство оптимизации российской государственной политики в области свободы совести /Десять лет по пути свободы совести. Проблемы реализации конституционного права на свободу совести и деятельность религиозных   объединений: Материалы научно-практического семинара / Под ред. А.В. Пчелинцева. - М., 2002;
38. Понкин И.В. Правовые основы светскости государства и образования.- М., 2003;
39. Щипков А.В. Церковно-общественные отношения и проблемы государственного регулирования // Исторический вестник (Москва, Воронеж). 2000. № 5-6 (9-10);
40. Залужный А. Политика государства и вера // Независимая газета. Религии. 2003. 19 марта. № 5 (113);
41. Лампси А. Будет ли «министерство веры»? // Независимая газета. Религии. 2002. 26 сентября. № 18 (89);
42. Пчелинцев А.В. Актуальные проблемы совершенствования государственно-религиозных отношений / Религиозные организации и государство: перспективы взаимодействия. Материалы конференции (Москва, 22-23 февраля 1999 г.). М., 1999;
43. Фирсов С. Свободная Церковь в свободном государстве // Независимая газета. Религии. 2003. 19 марта. № 5 (113).;
44. Шахов М. Концептуальные проблемы формирования государственной   вероисповедной политики // Религия и право. 2001. № I;
45. Стецовский Ю.И. Право на свободу и личную неприкосновенность: Нормы и действительность. - М., 2000;
46. Лоуренс Юззелл: Интервью Л. Юззелла М. Шевченко// Независимая газета. Религии. 1991. 6 октября. № 19 (42);
47. Куницын И.А. Правовой статус религиозных объединений в России: исторический опыт, особенности и актуальные проблемы.- М.,2000. - С. 122-123;
48. Жбанков В.Н. Мифотворчество против партнерства государства и  традиционных религиозных организаций в Российской Федерации./WEB-сервер Института государственно-конфессиональных отношений и права. Http://www.state-religion.ru.;
49. Кузнецов М.Н., Понкин И.В. Конституционно-правовой анализ содержания принципа светского характера государства в Российской Федерации, закрепленного в части 1 статьи 14 Конституции Российской Федерации.// Http.V/www.state-religion.ru.;
50. Кураев А. Православие и право. Церковь в светском государстве. - М., 1997. - С. 26;
51. Кант И. Религия в пределах только разума / Религия  и Общество. В двух частях. - М, 1994. -Ч. 1. - С. 27-36.
52. Гегель Г.В.Ф. Философия религии. - М., 1975. - Т. 1. - С. 400-401.
53. Мануйлова Д.Е. Церковь как социальный институт. - М., 1998.
54. Повесть временных лет // Художественная проза Киевской Руси  XI-XIII веков. М., 1957.