Опубликовано: 25 июня 2018
Поскольку генетические исследования и дородовая диагностика стали актуальными только в ХХ веке в связи со значительным прогрессом в медицинской науке, то и сама область биоэтики, которая касается этих вопросов, является относительно молодой. В отличие от проблемы абортов или самовольного прекращения жизни, которые имеют свое отражение в церковной учительской и канонической традициях, вопросы генетической инженерии и дородовой диагностики магистериум РКЦ мог сформировать лишь опосредованно, исходя из представлений христианской антропологии и научных данных о человеке.
По мнению одного из самых известных специалистов католической биоэтики конца ХХ века Элио Сгреччи, открытия в области генетики дали основной импульс для развития биоэтики[1]. Начиная уже с конца ХІХ века исследователи в области генетики открыли явления митоза, мейоза, описали хромосомы, процесс оплодотворения, сформировала ядерную теорию наследственности, поэтому были созданы все условия для начала нового этапа, который собственно и начинается в первой половине ХХ века и имеет более активное развитие во второй его половине. Осуществляется зарождение молекулярной генетики, изучение хромосом человека как носителей наследственной информации, исследования ДНК, РНК и определение их структуры, раскрытие природы онкогена, проведено клонирование ДНК[2].
Все эти достижения науки совершили большое положительное влияние в области медицины, охраны жизни и здоровья, сделали возможным предотвращение тяжелых заболеваний. В то же время неконтролированное развитие и коммерциализация исследований приводит к злоупотреблениям этими достижениями.
Именно поэтому появляется целый ряд международных нормативно-правовых документов, которые регулируют деятельность исследователей и экспериментальных лабораторий[3]. Если обратить внимание на даты выхода данных законов, то увидим, что это 80-е годы, период, когда исследованные технологии в области генной инженерии начали применяться на практике[4].
РКЦ имела уже на то время значительный опыт отображения в своем официальном учении важных общественных вопросов современности и уделяла значительное внимание мероприятиям, направленным на сохранение жизни. Папа Иоанн Павел II, известный своей активной социальной позицией и широкой деятельностью в области биоэтики, в это же время присоединяется к процессу регуляции генетических исследований, предлагая также и церковные ориентиры для принятия решений в этой области.
Основными документами РКЦ, которые определяют позиции в области генетики и дородовой диагностики, являются следующие (приведены в хронологическом порядке):
Стоит отметить важное событие имевшее место 11 февраля 1994 года – основание Папской Академии в защиту жизни (Pontifical Academy for Life), которая и в настоящее время играет ключевую роль при разработке и принятии решений в области биоэтики[10];
Перед началом рассмотрения учения вышеуказанных документов по вопросам генетики и пренатальной диагностики будет целесообразно привести разграничение понятий «исследование» и «эксперимент», «генетические манипуляции» и «генетическая инженерия», которые используются в этих документах, поскольку часто возникает недостаточное понимание и подмена понятий, которая мешает ясному восприятию постановлений РКЦ.
Исследование – это индуктивно-дедуктивный процесс, который имеет своей целью или систематическое наблюдение некоторого феномена, связанного с человеческим организмом, или подтверждение гипотез, которые вытекают из предыдущих наблюдений[17].
Эксперимент – это любое исследование, в процессе которого человек на различных этапах своего существования (эмбрион, внутриутробный плод, ребенок или взрослый) является объектом, с помощью которого предполагается проверить результат определенного влияния (еще неизвестный или известный не полностью). Например, фармакологического, хирургического и других влияний[18].
Элио Сгречча, делая разграничение между генетическим манипулированием и генетической инженерией, указывает следующее. Выражение «генетическое манипулирование» слишком общее и может обозначать любое вмешательство в генетическое наследие. К нему, в частности, относится и искусственное оплодотворение, если оно не предполагает внесений изменений в генетический код[19]. Генетическая инженерия – это совокупность технических приемов, направленных на перенесение в структуру клетки живого существа некоторых видов генетической информации, которой в противном случае там не было бы[20].
Принимая решения в области генетических манипуляций, РКЦ руководствуется прежде всего положением о том, что жизнь человека является наибольшей ценностью.
Еще в 1953 году папа Пий ХІІ, обращаясь к участникам первого международного симпозиума по вопросам генетики, говорит о двойственном результате достижений: «Практические цели, к которым стремится генетика, являются благородными и заслуживают одобрения и поощрения». Но папа также указывает, что при достижении высоких целей важно помнить об отличиях в мире растений и животных, с одной стороны, и человека – с другой. В отношении растений и животных папа не видит препятствий для стремления к улучшению их видов на уровне генетики, поэтому оставляет все средства в этом направлении на усмотрение науки. В отношении же человека генетика всегда имеет дело с личным существованием, с нерушимыми правами, непоколебимыми моральными законами. В документе говорится: «Сам Творец создал в моральной сфере определенные барьеры, которые никакая человеческая сила не имеет власти убирать»[21].
Римская курия, используя свои структурные подразделения, рассматривает реальное положение дел и консультируется с ведущими специалистами в области генетики. Папа указывает, что, к сожалению, благородные мотивы научных исследований часто связаны с недопустимыми методами, а результаты исследований нередко используются для евгенических целей и приводят к смерти человеческой личности на ранней стадии ее развития.
В 1982 и 1983 годах папа Иоанн Павел ІІ делает два обращения. Первое из них адресовано участникам Папской академии наук, а второе – участникам 35-й ассамблеи Всемирной медицинской ассоциации. Несмотря на отсутствие принципиальных противоречий и согласованность обеих документов, можно заметить некоторое смещение акцентов с технической стороны в сторону детализации вопросов морали во втором документе.
В первом документе папа выражает надежду, что новые технологии, позволяющие вмешиваться в генетический код, дадут возможность многим людям вылечиться от наследственных, хромосомных и других заболеваний, которые поддаются лечению благодаря вмешательству врачей еще на ранней стадии жизни ребенка (внутриутробной). Также папа особенно поощряет эксперименты в области пищевой промышленности, которые касаются животного и растительного миров, указывая, что они смогут оказать значительную помощь людям, которые страдают от нехватки продуктов питания[22].
Другой документ был издан через год, и в отношении генетических достижений папа указывает: «Область генетических манипуляций ставит серьезный вопрос для совести каждого человека». Размышляя о вмешательстве в генетическое наследие, которое распространяется за пределы терапевтических целей, папа задается вопросом, может ли оно рассматриваться как допустимое. Для ответа на этот вопрос он считает необходимым принять за основу несколько основополагающих утверждений. Эти утверждения следующие:
В качестве вывода папа определяет формулировку «генетические манипуляции» как явление достаточно неоднозначное, которое требует настоящей моральной мудрости и дальновидности, поскольку имеет две стороны: положительную – желание исправления аномалий, таких как наследственные заболевание; и отрицательную – желание создания сверхчеловека с заданными параметрами.
Таким образом, в 1983 году, когда издавалась Хартия прав семьи, отношение к генной инженерии можно определить следующим образом: «Все вторжения в генетическое наследие человеческой личности, которые не имеют своей целью исправление аномалий, считаются нарушением права на телесную неприкосновенность и противоречат благу семьи»[25]. Что же касается и экспериментов с эмбрионами, то указанный документ утверждает: «Уважение достоинства человека исключает все экспериментальные манипуляции или использование человеческого эмбриона»[26].
Рассматривая документ 1987 года «Donum Vitae» («Инструкция об уважении к человеческой жизни с момента ее зарождения и о достоинстве процесса человеческого воспроизводства»), можно сказать, что он не открывает принципиально нового учения в области генетики, а скорее систематизирует его и вписывает в контекст общего учительства в сфере семьи и биоэтики.
Ссылаясь на данные генетики, РКЦ еще раз подтверждает, что новая человеческая жизнь начинается с момента оплодотворения яйцеклетки[27].
Отвечая на вопрос о допустимости дородовой диагностики, «Donum Vitae» указывает: «Если дородовая диагностика уважает жизнь и целостность эмбриона или человеческого плода в утробе матери и направлена на защиту или лечение его как индивидуума, то ответ будет положительным. Но подобная диагностика существенно противоречит нравственному закону, если она проводится с мыслью о возможном осуществлении аборта в зависимости от ее результатов»[28].
Несмотря на то, что в энциклике «Evangelium Vitae» папы Ивана Павла ІІ нет детального описания вопросов генетики, в данном документе описано богословское обоснование ценности жизни человека с момента его зачатия, вне зависимости от каких-либо особенностей, недостатков или болезней. В отношении дородовой диагностики сказано: «Обследования не вызывают моральных возражений, когда проводятся ради установления методов лечения, если этого требует здоровье неродившегося младенца» (§14), а о методах такой диагностики сказано, что они «нравственно достойны, когда не создают чрезмерной опасности для младенца и матери» (§63)[29].
Таким образом, видим, что РКЦ взяла для себя основным ориентиром защиту достоинства личности каждого индивидуума с начала его существования. РКЦ отстаивает принцип: «Непозволительно делать зло для того, чтобы из него произошло добро»[30]. Этот принцип запрещает проведение экспериментов на эмбрионах, даже если они теоретически направлены на излечение болезней и будущее улучшение здоровья многих. РКЦ призывает к использованию других методов исследования, в частности использования животных для экспериментов. В РКЦ убеждены, что хотя технически это будет сложнее, но тем не менее результаты таких исследований принесут намного больше человечеству.
Тема генетических исследований тесно связана с клонированием организма, поскольку последнее использует достижения генетики. Одной из задач клонирования является создание индивида с заданными характеристиками. Папская академия в защиту жизни 30 сентября 1977 года опубликовала документ «Reflections on Cloning» («Размышления о клонировании»). Документ указывает, что достижения генетики используются не для блага конкретного индивида, например, для его лечения, а в целях собственно эксперимента из эгоистических или коммерческих соображений. Не только цель, но и сам способ клонирования относят к наиболее деспотичным и рабским формам генетических манипуляций. При клонировании человеческого организма нарушаются базовые положения биоэтики – принцип равенства и недискриминации. Первый принцип нарушается через доминирование одного человека над другим, а дискриминация проявляется через евгенически-селективное измерение наследственности в логике клонирования. Клонирование нарушает право человека быть рожденным от одного отца и одной матери в контексте супружеских отношений, приводит к нарушению психической идентификации и вообще воспринимает зарожденного человека как биоматериал и объект для экспериментов[31].
Документ говорит, что Господь вверил сотворенный мир и дал свободу и разум человеку, который должен научиться самостоятельно ограничивать деятельность путем распознавания добра и зла. «Клонирование организмов – это трагическая пародия на всемогущество Бога»[32].
В обращении папы Иоанна Павла II к участникам IV ассамблеи Папской академии в защиту жизни «Человеческий геном: человеческая личность и будущее общество» от 24 февраля 1998 года сказано: «Антропологическая рефлексия приводит фактически к признанию того, что из-за субстанционального единства тела и духа, человеческий геном не только имеет биологическое значение, но также обладает антропологическим достоинством, которое имеет в своем основании “духовную душу”, которая наполняет его и дает ему жизнь». На основании этого делается вывод, что любые вмешательства в геном являются законными только в том случае, если они направлены на благо конкретного человека (не третьего лица, а именного того, в геном которого вносят изменения). Также незаконной является дискриминация людей, если у них имеются генетические дефекты, обнаруженные до или после рождения[33].
7 ноября 2008 года папа Бенедикт XVI на заседании Международного конгресса папской академии в защиту жизни, обращаясь к участникам по вопросу трансплантации органом, указывает: «Никто не может уничтожать человеческий эмбрион с терапевтической целью, т.е. для лечения других, как источник органов или тканей или даже клеток, поскольку сама идея восприятия эмбриона как терапевтического материала противоречит культурным, гражданским и этическим основам, на которых основывается достоинство человека»[34].
Следующим важным документом в области биоэтики была Инструкция Конгрегации Доктрины Веры «Достоинство личности» («Dignitas Personae»), опубликованная 8 декабря 2008 года. Причина подготовки и публикации еще одного документа обусловлена в разъяснении к указанной инструкции самой Конгрегацией. «За последние годы биомедицинские исследования достигли больших успехов, открывая новые возможности лечений заболеваний, но в то же самое время возникают серьезные вопросы, которые не были непосредственно рассмотрены инструкцией "Donum Vitae"», – говорится в документе.
В области генетики и дородовой диагностики «Dignitas Personae» подтверждает те принципы, которые были положены в основание предыдущими документами, а также расширяет учение о достоинстве человека. В основу документа положено два основных принципа:
Указывая на тесную связь дородовой диагностики, генетических экспериментов и экстракорпорального оплодотворения, документ осуждает такую диагностику, которая делается с евгенической целью. Результатом последней является выбор только тех эмбрионов, которые имеют характеристики, предъявленные «заказчиками», поскольку остальные эмбрионы, как правило, уничтожаются как «лишний материал»[36].
Третий раздел начинается с рассмотрения генной терапии. Указывая на значительный прогресс в области регенеративной медицины и лечения болезней, связанных с генетикой, документ обращает большое внимание на исследования, которые используют стволовые клетки. Их использование в будущем вызывает большую заинтересованность, хотя и в настоящее время такие исследования не имеют эффективных результатов, в отличие от исследований стволовых клеток взрослых. Документ разрешает использование генной терапии в том случае, если его последствия распространяются на одного человека и при обеспечении безопасности для пациента. В том случае, когда внесенные изменения в гены имеют свои последствия и для последующих поколений, такие процедуры не являются морально законными[37].
Некоторые исследователи считают возможным использование технологий генной инженерии для улучшения и укрепления генофонда. РКЦ не поддерживает такую точку зрения, поскольку кроме технических сложностей, реальных и потенциальных угроз, такие манипуляции стимулировали бы евгеническую ментальность и привели бы к непрямому социальному отторжению людей, которым не хватает определенных качеств, чтобы считаться «нормальными». Это отвергало бы основополагающую истину относительно равности всех людей, а в долгосрочной перспективе нанесло бы ущерб мирному сожительству людей[38].
После рассмотрения современного учения Римско-Католической Церкви в области генетики и дородовой диагностики, можно сделать вывод, что церковный магистериум дает ответы на те вопросы, которые возникли с развитием технологий. Поскольку развиваются технологии, то, соответственно, развивается и учение РКЦ. В своих решениях Католическая Церковь руководствуется богословскими положениями, предыдущим опытом церковного учительства, достижениями современной науки и медицины, а также апеллирует к общепринятым общественным ценностям и правам человека.
Комментарии (0)