Диакон и психиатр Рареш Ионашку: детям нужны безусловная любовь, четкие границы и присутствующие рядом родители

Отец Рареш окончил медицинский факультет в Клуж-Напоке и специализировался по психиатрии во Франции, где также прошел подготовку по системной семейной терапии. Он возглавляет отделение семейной терапии и центр психосоциальной реабилитации в психиатрической больнице Ангулема, преподает биоэтику в Православном центре исследований имени Думитру Станилоае в Париже.

Отец Рареш, в своей клинической практике вы часто встречаете людей, которые говорят, что больше не знают, кто они. В чем заключается главная проблема, нарушающая внутреннюю структуру человека и ведущая его к тревожности, депрессии или зависимости?

Как показывает французский социолог Ален Эренберг в книге «Усталость от себя: история депрессии в современную эпоху», мы живем в мире, в котором традиционные нормы, а также семейные и социальные ограничения принимаются всё меньше. Они воспринимаются как форма господства, от которой необходимо освободиться, чтобы стать самим собой.

В результате современные люди уже не испытывают, как это было в прошлом, чувства вины из-за того, что сделали то, что считали неправильным; вместо этого они боятся не соответствовать требованиям. Из этого страха возникают усталость, чувство внутренней пустоты и беспомощности, чувство неполноценности и стыда — аффекты, которые, с психологической точки зрения, относятся к нарциссическому регистру.

Ален Эренберг считает, что когда человеку кажется, будто ему всё дозволено, «болезни несоответствия» — депрессия, тревожность, пограничные расстройства личности и различные зависимости — напоминают ему о том, что дозволено не всё. «Всё мне позволительно, но не всё полезно», — сказал задолго до этого святой апостол Павел, хотя и в других терминах (1 Кор. 6:12).

Как это давление, связанное с необходимостью достигать успеха и быть автономным, влияет на детей и подростков?

Наши дети и подростки сегодня живут в обществе, в котором гарантий стабильности становится всё меньше. Семьи стали крайне нестабильными: многочисленные разводы и изменения семейной структуры часто приводят к путанице относительно символической роли каждого человека.

В то же время требования личных и академических достижений стали чрезмерными: от каждого ожидается, что он самостоятельно будет принимать все решения и постоянно самостоятельно же определять, кем ему быть.

Современные люди считают себя освободившимися от морали и духовного измерения существования и полагают, что призваны сами конструировать себя и стремиться к сверхчеловеческому. В результате они устают от собственной автономии и суверенности; одновременно они оказываются одинокими, впадают в депрессию и становятся зависимыми.

Ален Эренберг справедливо считает зависимость — патологические отношения с продуктом, веществом или человеком — ценой неограниченной свободы, которую современный человек предоставляет самому себе, и, парадоксальным образом, формой рабства.

Другой автор, французский психиатр и психоаналитик Жан-Пьер Лебрен, в книге «Мир без границ», описывая современное человечество, говорит о сужении нашей способности мыслить, особенно на уровне символического мышления, столь широко представленного в Священном Писании, и о драматическом сокращении нашей внутренней жизни.

Я могу лишь согласиться с точностью диагноза, поставленного этими авторами. Поэтому пациент, который сегодня приходит на психиатрическую консультацию, всё реже оказывается тем невротиком, которого описывали психоаналитики в начале XX века и который обвинял себя в нарушении определенных правил, хотя, к сожалению, такая модель по-прежнему существует среди верующих.

Сегодняшний пациент чаще представляет собой человека, смотрящего в зеркало и, в отличие от Нарцисса, не испытывающего удовлетворения от увиденного. Это может происходить потому, что он пережил травму или был ранен, потому что унаследовал эмоциональные травмы от своих предшественников и не принес их Христу для исцеления, или потому, что не испытывал любви, особенно в раннем детстве.

В современном обществе наши дети и подростки часто растут без четких моральных или духовных ориентиров либо сталкиваются с таким количеством разных ориентиров, что это порождает внутреннюю путаницу.

Неявное послание, которое они получают, примерно таково: «Ты свободен делать всё, что хочешь; мы ни к чему тебя не принуждаем, но будь осторожен, дитя мое, — ты должен добиться успеха в учебе, в обществе и в профессиональной жизни!»

Такое послание подвергает наших детей и подростков постоянному давлению. Оно связывает их, лишает свободы и внутреннего мира и не позволяет им сформировать прочную структуру идентичности.

Ценой этого становятся тревожность и депрессия, а также различные зависимости — временные и иллюзорные решения проблемы депрессии.

Как отсутствие здоровых ролевых моделей — родителей, учителей и наставников — влияет на психологическое и духовное развитие ребенка?

С клинической точки зрения мы наблюдаем, что структура личности ребенка и основы его отношений с другими людьми формируются в раннем детстве, особенно до трехлетнего возраста.

При формировании этой глубинной идентичности важнейшим фактором являются отношения любви, складывающиеся вокруг ребенка, — прежде всего отношения между мужем и женой и, конечно же, отношения между родителями и ребенком.

Затем большое значение имеет личный пример и поведение каждого из родителей, поскольку маленький ребенок постоянно копирует то, что видит вокруг себя, — в том числе посредством активности зеркальных нейронов в мозге.

Разумеется, имеют значение и слова родителей: правила, установленные в семье, объяснения этих правил и последствия их несоблюдения. Не менее важны слова, с помощью которых объясняются эмоции и внутренние переживания членов семьи: они необходимы для развития эмоционального интеллекта ребенка и того взрослого, которым он впоследствии станет.

Всё это требует общения между супругами и ребенком — непосредственного, «лицом к лицу».

Ребенок видит, что происходит вокруг него, а вербальное и невербальное общение с родителем помогает ему обрести смысл в том, что он переживает в данный момент. Это глубокое понимание формируется в отношениях со взрослыми — бабушками и дедушками, педагогами, но прежде всего с родителями.

Эти отношения должны утверждать безусловную любовь — первое условие гармоничного развития ребенка, — а также обеспечивать отношения, в рамках которых ребенок может расти, имея правила и границы, придающие целостность его идентичности, формирующие устойчивый образ самого себя, гармоничные эмоциональные отношения с другими и являющиеся источником свободы.

Таким образом, формирование внутренней структуры личности основывается на общении, пронизанном любовью, мужа, жены и ребенка, даже если один из родителей физически отсутствует, но остается присутствующим в словах и сердце другого, — а также на ясной и последовательной системе воспитания, выражающей заботу и любовь родителей и являющейся естественным продолжением супружеской любви.

По мере взросления ребенка эта система будет всё больше освобождать пространство для развития его личной инициативы. Помочь ребенку постепенно отделиться от семейного окружения, сохранив при этом естественные и необходимые корни, должно стать одной из первых забот каждого ответственного родителя.

Почему современным семьям становится всё труднее обеспечивать такую атмосферу безопасности и стабильности?

На семейных консультациях мы видим родителей, которым очень трудно по-настоящему присутствовать в отношениях со своими детьми, поскольку у них есть множество других приоритетов: работа, использование различных гаджетов или другие зависимости. Подростки болезненно рассказывают нам об этом отсутствии родителей.

Многие родители эмоционально незрелы и не способны устанавливать и последовательно обеспечивать соблюдение четких воспитательных правил, даже когда их дети еще маленькие.

В отношениях между женщинами и мужчинами усиливается невидимая война. Семьи становятся всё более нестабильными и превращаются в источник разочарования и конфликтов.

Положение отца в семье становится всё более шатким и непоследовательным. Французский психиатр Жак Лакан говорил о символической функции отца в отношениях между ребенком, матерью и отцом — о триангуляции, без которой ребенок не может стать субъектом собственного существования; ценой становится неуверенность в собственной идентичности.

С христианской точки зрения можно добавить, что всякие подлинные отношения имеют тринитарный характер, следуя образцу и иконе общения в любви внутри Святой Троицы.