Беседа отца Иоанна Кронштадтского с сарапульским духовенством

Летом 1904 г. Иоанн Кронштадтский впервые посетил Вятскую губернию. В губернском центре, Вятке, он находился 17 и 18 июня. В эти дни отец Иоанн провел ряд богослужений: 17 июня — прочел канон и совершил Литургию в доме городских благотворительных учреждений имени П. Клобукова, а 18 июня — отслужил Литургию в Александро-Невском соборе^[1].

18 июня из Вятки отец Иоанн отправился в Сарапул, куда прибыл 20 июня. Как сообщали «Вятские епархиальные ведомости», отец Иоанн «был встречен на пристани громадной толпой народа, съехавшегося из многих сел и заводов, духовенством (до 40 человек), представителями местного городского и земского самоуправления и других учреждений»^[2]. Центральным событием визита стала Литургия в сарапульском соборном храме, который, по свидетельству современника, не смог вместить всех желающих^[3]. После службы Иоанн Кронштадтский посетил дома «боголюбивых сарапульских граждан»^[4].

21 июня в здании духовного училища состоялась беседа отца Иоанна с местным духовенством. Сведения об этой беседе были впервые опубликованы в №16 «Новгородских епархиальных ведомостей» за 1904 г.^[5]; впоследствии тот же текст без изменений был воспроизведен в №39 «Церковных ведомостей»^[6] и в «Вятских епархиальных ведомостях»^[7]. По инициативе архимандрита Андрея (Ухтомского) материал вышел отдельным оттиском^[8]. Именно архимандриту Андрею принадлежит публикация первоначального текста беседы, о чем прямо указано в статье в «Церковных ведомостях»^[9]. Остается неясным, выступил ли архимандрит Андрей лишь в роли переписчика текста беседы или же его редактором. Во всех указанных публикациях материал был подписан псевдонимом «Деятель». Вероятнее всего, это не псевдоним конкретного лица, а название газеты, издававшейся Казанским обществом трезвости, в выпусках которой архимандрит Андрей активно участвовал. В первой редакции беседы содержится такая фраза: «Бог привел мне быть свидетелем и участником беседы, которую вел наш великий пастырь-молитвенник отец Иоанн Кронштадтский с другими пастырями». Однако автор-«свидетель» в тексте прямо не назван. Можно предположить, что им был архимандрит Андрей. Это предположение подтверждается тем, что он был лично знаком с отцом Иоанном. Вполне естественно, что, узнав о приезде почитаемого пастыря в соседнюю губернию, архимандрит Андрей отправился в Сарапул. Таким образом, именно он является автором первой редакции отчета о беседе.

Впоследствии сарапульский епископ Михей (Алексеев) предпринял попытку реконструировать беседу в более полном объеме. С этой целью он обратился к ее участникам с просьбой зафиксировать свои воспоминания дословно. Полученная рукопись была направлена на просмотр Иоанну Кронштадтскому, который внес в текст ряд исправлений и вернул его для публикации, оговорив при этом, что изначально не был осведомлен о намерении преосвященного Михея обнародовать запись. «Если б я знал (что беседа будет напечатана), то больше обдумал бы свою беседу заблаговременно», — заключил отец Иоанн^[10]. Окончательный, одобренный им вариант был опубликован в №23 «Екатеринбургских епархиальных ведомостей» за 1904 г.^[11]

Вторая редакция по содержанию является более пространной по сравнению с первой. Вместе с тем первоначальный вариант, принадлежащий архимандриту Андрею, содержит уникальные сведения, отсутствующие у епископа Михея. В частности, только у о. Андрея сохранилось указание на то, что в ходе беседы поднималась тема религиозной политики во Франции^[12], — эти данные еп. Михеем были опущены.

Таким образом, кодификаторами двух версий текста выступили разные лица: первой — архимандрит Андрей (Ухтомский), второй — епископ Михей (Алексеев). Именно михеевская редакция получила статус канонической и воспроизводилась в церковных изданиях^[13]. При последующих переизданиях в биографиях Иоанна Кронштадтского на факте существования двух различных редакций, как правило, акцента не делали. Показательно, что в переизданной в 2008 г. книге И. К. Сурского «Отец Иоанн Кронштадтский» на это обстоятельство лишь вскользь указано в комментарии^[14], хотя использован в работе именно текст первой редакции^[15]. Другой биограф, епископ Александр (Семенов-Тян-Шанский), дословно повторяет подборку Сурского, сохраняя ту же последовательность: сначала помещается беседа отца Иоанна с духовенством Нижегородской епархии, а затем — с сарапульским духовенством^[16].

К тексту «Беседы» в научной и биографической литературе обращались неоднократно, однако ее текстологическому анализу уделялось недостаточно внимания^[17]. На сегодняшний день отсутствует как сопоставительный анализ редакций, так и последовательное источниковедческое исследование. Ярким примером возникших на этой почве неточностей является работа М. Одинцова. Рассмотрев лишь часть текста, исследователь допустил ошибку, утверждая, что в беседе с сарапульскими пастырями поднималась тема борьбы с «заблуждениями сектантов и раскольников». Данная тема, судя по всем редакциям, обсуждалась отцом Иоанном в другой раз — с нижегородским духовенством. Таким образом, М. Одинцов контаминировал содержание двух различных бесед, создав ошибочное представление о едином тексте^[18]. Вероятной причиной этого стало заимствование текста из трудов И. К. Сурского и епископа Александра (Семенова-Тян-Шанского) без учета специфики редакций и хронологии.

Переходя к обзору содержания беседы Иоанна Кронштадтского с сарапульским духовенством, следует отметить ее импровизационный характер. Как отмечал сам отец Иоанн, он говорил «только то, что Бог на душу положил»^[19], не готовясь заранее. Из редакции преосвященного Михея (Алексеева) мы узнаем, что согласие на проведение беседы было дано отцом Иоанном лишь после настоятельных убеждений со стороны самого епископа^[20]. Их отношения выходили за рамки сугубо служебных: епископ Михей и отец Иоанн были близкими друзьями и духовными собеседниками. Впоследствии преосвященный Михей называл кронштадтского пастыря своим «духовником и наставником»^[21]. Примечательно, что и саму поездку в Вятскую губернию и Сарапул Иоанн Кронштадтский совершил по личной просьбе епископа Михея^[22]. Таким образом, инициатива как визита в Сарапул, так и проведения беседы с духовенством принадлежала именно преосвященному Михею.

Необходимо также отметить литургический контекст, в котором состоялась беседа. В то же утро, по своему обыкновению, отец Иоанн совершил Литургию в местном соборе, ему сослужили представители местного духовенства^[23]. Открывая беседу, Иоанн Кронштадтский поблагодарил священников за усердие в общей молитве и за стремление к совместному обсуждению. «Ничто так не одушевляет человека в каком угодно деле, как сознание общения, общности в дружной работе. И в Божием деле, в служении ближнему особенно тяжело переживать чувство одиночества», — обратился он к собравшимся сослужителям^[24].

После благодарственных слов отец Иоанн обратился к воспоминаниям о первых годах своего служения в Кронштадте. Следует особо отметить, что эти сведения отсутствуют в редакции архимандрита Андрея и появляются лишь в тексте, подготовленном преосвященным Михеем. Отец Иоанн сообщил слушателям, что служить в этом военном городе было непросто, поскольку моряки проводили свободное время, что называется, «во всю ширь», предаваясь мирским удовольствиям; на улицах регулярно встречались пьяные. Именно видя народ в таком состоянии, пастырь ощутил острое желание исправить его нравственное состояние^[25]. Однако круг трудностей, о которых отец Иоанн поведал сарапульскому духовенству, оказался существенно уже, нежели это было в действительности. Известно, что первые годы его службы были омрачены не только нравственной распущенностью его паствы, но и личными испытаниями: предвзятым отношением настоятеля Андреевского собора протоиерея Трачевского, неприязнью полицмейстера Головачева, непониманием со стороны супруги Елизаветы, а также обвинениями со стороны некоторых горожан, усмотревших в неординарном поведении священника признаки «небывалой секты»^[26].

Следующим сюжетом беседы стало начало всероссийской известности отца Иоанна, связанное с исцелением одного больного по его молитве. Ключевую роль в этой истории, согласно тексту, сыграла «одна старушка», костромская крестьянка Параскева Ковригина^[27], охарактеризованная как «богобоязненная, глубоко верующая женщина» (уточнение, принадлежащее преосвященному Михею). Именно ее настойчивые просьбы побудили отца Иоанна молиться о выздоровлении страждущего.

Здесь наблюдается существенное разночтение между редакциями. Согласно архимандриту Андрею, отец Иоанн изначально просил Бога «исполнить над болящим Его святую волю»^[28]. Версия же преосвященного Михея гласит, что пастырь первоначально вовсе отказывался от молитвы за больных^[29]. Далее обе редакции сходятся в описании исхода: уступив настояниям Ковригиной, отец Иоанн вознес молитву, после которой больной выздоровел^[30].

Не менее важен и другой нюанс. В первоначальной редакции специально подчеркивалось, что, совершая молитву, отец Иоанн говорил о «своем ничтожестве и своей греховности»^[31]. В тексте епископа Михея эти самоуничижительные характеристики отсутствуют. Можно предположить, что их устранение было продиктовано желанием редактора выказать дополнительное уважение к личности отца Иоанна. Вместе с тем едва ли сам Кронштадтский пастырь стремился бы избегать подобных формулировок. Напротив, в контексте конца XIX — начала XX в., особенно в полемике с движением так называемых «иоаннитов», подобные акценты на собственной греховности и человеческой немощи были для него тактически необходимы. Это наглядно демонстрирует его собственная «Отповедь костромской иоаннитке Кабановой», где он прямо называет себя «человеком грешным и немощным»^[32].

Во второй редакции беседы зафиксировано важное заявление отца Иоанна о том, что он не имел и не имеет никакого отношения к публикации сведений о чудесах, совершаемых по его молитвам^[33]. Как подчеркнул пастырь, это делали сами люди, «испытавшие на себе благодать Божию, не желая оставаться неблагодарными пред Богом»^[34]. Данное утверждение соответствует известным фактам: первая публикация о чудесном исцелении, появившаяся в 1883 г. в газете «Новое время», была составлена без его ведома^[35]. Существуют основания полагать, что к этой огласке была причастна Параскева Ковригина. Согласно некоторым свидетельствам, отец Иоанн даже сделал ей строгий выговор «за огласку» и некоторое время избегал общения^[36]. Таким образом, пастырь последовательно дистанцировался от популяризации своей чудотворной славы, настаивая: «Все случаи чудесных исцелений публикованы не мною, а самими испытавшими…»^[37]. «В другой раз по моей молитве исцеление повторилось», — свидетельствовал отец Иоанн сарапульским пастырям. Именно эта череда событий привела его к осознанию своего особого призвания, или, точнее, «послушания» свыше, заключавшегося в том, чтобы «молиться за тех, кто будет этого просить»^[38]. Здесь следует искать истоки всероссийской славы Иоанна Кронштадтского.

Как верно отметил П. С. Басинский, общественное признание пастыря было изначально связано прежде всего с известиями о чудотворениях, а не с масштабной деятельностью «Дома трудолюбия»^[39]. Это наблюдение подтверждается материалами эпистолярного наследия отца Иоанна (ЦГИА СПб. Ф. 2219; ГМИР. Ф. 38): анализ писем 1880-х гг. показывает, что корреспонденты значительно чаще апеллировали к его чудотворной молитве, нежели к социальной благотворительности, хотя и последняя, безусловно, имела важное значение для современников^[40].

Изложенное отцом Иоанном в беседе с сарапульским духовенством имеет принципиальное значение для понимания его биографии. Безусловно, с современных позиций Иоанн Кронштадтский воспринимается как великий молитвенник и ходатай пред Богом, что позволяет его почитателям проводить параллели с пророком Моисеем, молившимся за израильский народ^[41]. Однако подобное восприятие, характерное уже для начала XX в., является результатом длительной эволюции его служения. В первые годы пастырской деятельности основной акцент им делался на благотворительности и помощи кронштадтской бедноте. Выдающийся социальный проект не принес бы ему той всенародной славы, которая родилась из вести о чуде. Можно выдвинуть предположение, что без настойчивости Параскевы Ковригиной, убедившей его молиться о конкретном исцелении, он мог бы остаться в истории как добрый и деятельный, но сугубо локальный священник. Как признал сам отец Иоанн, лишь несколько фактов исцелений по его молитве позволили ему осознать свое подлинное призвание. Этот момент стал историческим рубежом, после которого начинается формирование того образа великого молитвенника и чудотворца, каким Иоанн Кронштадтский вошел в историю начала XX столетия.

Особой темой беседы стал вопрос об экзорцизме, или «исцелении бесноватых». Сарапульским пастырям отец Иоанн пояснил, что не упрекал одержимых за произносимые ими хулы, так как в таком состоянии человек действует не по своей воле, а под влиянием бесовским^[42]. При этом пастырь признался, что исцеление удавалось ему не всегда. Причину неудач он видел не в воле Божией, а в собственных упущениях, связанных с невозможностью соблюдать строгий пост из-за обязанностей службы, ссылаясь на слова Спасителя: «сей род изгоняется молитвою и постом» (Мф. 17:21)^[43]. В редакции еп. Михея приводится развернутое объяснение этого обстоятельства: частые визиты в дома прихожан, где его угощали, не позволяли отцу Иоанну придерживаться строгой аскезы в питании^[44].

Далее в редакции преосвященного Михея сообщается, что первые годы служения отца Иоанна были омрачены не только скорбями от людей, но и «искушениями», исходившими, по его убеждению, от «врага рода человеческого». Эти искушения выражались в «страхе перед совершением таинства Крещения и Божественной Литургии». Не разъясняя конкретной природы этого страха, Иоанн Кронштадтский отметил, что для преодоления подобных состояний он начал пристально наблюдать за своим внутренним миром, для чего и завел дневник^[45]. Дневник выполнял для него роль не просто хроники событий, а инструмента для тщательной интроспекции, проверки собственных помыслов на их соответствие христианскому идеалу. «Содержанием всей моей жизни, — утверждал отец Иоанн, — является древнее правило “познай самого себя”». Этот процесс внутренней борьбы, по его словам, приводит человека к смирению, поскольку позволяет увидеть собственную немощь. Такое осознание рождает убежденность, что все доброе в человеке есть «милость Божия», «Его благодать». Дойдя в своем самоуничижении до крайней степени, отец Иоанн назвал себя «худшим из всех пастырей русских»^[46]. Однако именно из осознания собственного несовершенства, как он учил, проистекают сочувствие и всепрощение к другим людям, а также желание помочь им в беде  ^[47]. Через самопознание, утверждал отец Иоанн, познаются и «главные свойства Божии» — милосердие, долготерпение, всемогущество^[48]. Таким образом, он выстраивал своеобразную «лествицу» духовного восхождения: от строгой интроспекции через смирение и осознание полной зависимости от Божией благодати — к богопознанию и деятельной любви к ближним. Подобно великим подвижникам, он призывал зорко следить за собой, подавляя любые «нечистые желания» в зародыше, не позволяя «греховному помыслу или чувству укрепиться в душе, овладеть умом и сердцем»^[49].

Особое значение в своей богослужебной практике отец Иоанн уделял чтению канонов на утрени. Как он пояснил сарапульским пастырям, каноны содержат в себе образцы святой жизни праведников, и их чтение с особой силой воцерковляет человека, возвышая его духовно^[50]. Редакция епископа Михея дополняет эту картину деталями подготовки отца Иоанна к Литургии. Согласно ей, батюшка готовился к службе чтением положенных молитв перед Причастием, однако, при невозможности прочесть их полностью, допускал сокращение. Главное внимание он уделял не количеству молитв, а внутреннему настрою, тому чувству, с каким они произносятся, — прежде всего сердечному умилению^[51].

Священное Писание отец Иоанн называл главной книгой жизни, силой, «перерождающей» человека из «злого в доброго». Он подчеркивал, что оно особенно необходимо проповеднику, поскольку служит источником тем для проповедей^[52]. Преосвященный Михей в своей редакции, передавая слова отца Иоанна, акцентировал, что главнейшей книгой является Евангелие — «драгоценнейшее для нас благовестие»^[53]. Эта же мысль почти в идентичной формулировке встречается в одной из первых биографий отца Иоанна, опубликованной в журнале «Север» за 1888 г.^[54] Любопытное частное наблюдение связано с тем, что первая редакция беседы содержит упоминание о том, как отец Иоанн просматривает газеты, сожалея о времени, потраченном на чтение «лишней и бесполезной» информации^[55]. Во второй редакции эта бытовая деталь отсутствует. Можно предположить, что его изъятие было сознательным редакторским решением — либо самого отца Иоанна, либо епископа Михея. Целью, вероятно, было устранение потенциального повода для «соблазна», дабы пример знаменитого пастыря не воспринимался как разрешение на увлечение светской периодикой.

На вопрос одного из участников беседы о том, как следует проводить свободное время, отец Иоанн дал исчерпывающий, по его мнению, ответ: «Молитва есть дыхание жизни»^[56]. Этой метафорой он хотел сказать, что у христианина не может быть «свободного» от Бога времени. Далее Иоанн Кронштадтский поделился опытом стяжания молитвенного дара, подчеркнув, что сосредоточенная молитва достигается «путем продолжительной работы над собою»^[57]. Тем самым он указал на двуединую природу молитвы: это не только дар Божий, но и плод постоянных аскетических усилий человека. В редакции преосвященного Михея этот тезис дополнен важным условием: поддержание молитвенного духа происходит через регулярную церковную жизнь и приобщения Христовых Таин^[58].

Сформированный им образ «молитвенника» оказался настолько убедительным, что определяет восприятие святого как современниками, так и верующими сегодня. Свидетельства людей, наблюдавших за его молитвой, единодушны. А. Соловьёв, побывавший на его службе, отмечал, что слова молитвы у отца Иоанна «идут от сердца, из глубины души»^[59]. Другой современник заключал, что эти слова становились его собственными мыслями и чувствами^[60]. Многочисленные корреспонденты в своих письмах не просто просили, но утверждали, что его молитва особая, достигающая Бога. «Ваша молитва Господу Богу угодна»^[61], — писала Анисия Ершова. Одна из духовных дочерей в 1897 г. признавалась, что живет спокойно лишь «под Вашим молитвенным покровом»^[62]. Таким образом, еще при жизни за Иоанном Кронштадтским закрепился статус всероссийского молитвенника^[63], даже великого молитвенника Руси Святой^[64]. Эти свидетельства примечательны тем, что по своему характеру они адресованы скорее монаху-отшельнику или старцу, нежели приходскому священнику, постоянно находящемуся в гуще общественных событий. В этом и состоит уникальность Иоанна Кронштадтского в русской церковной истории: он стяжал славу великого молитвенника не в монастырской тиши, а в миру, в центре мятежной столичной жизни, далекой от традиционного благочестия. Неслучайно после его смерти В. В. Розанов точно охарактеризовал его как «великого старца»^[65].

В ходе беседы был затронут и сугубо аскетический вопрос — о борьбе с унынием и «хульными помыслами». Здесь между редакциями наблюдается любопытное разночтение. У архимандрита Андрея вопрошающий в недоумении спрашивает о лучшем способе борьбы с унынием и помыслами^[66], тогда как у преосвященного Михея он уже знает ответ («стараться не обращать внимания на внушения врага») и лишь просит подтверждения у отца Иоанна^[67]. Ответ последнего, как это часто бывало, был прост и практичен, без сложных богословских рассуждений: на «хульные помыслы» «просто не нужно обращать внимания», не «соуслаждаться» ими^[68]. В редакции Михея этот совет дополнен положительным деланием: борьба должна вестись «призыванием имени Иисуса Христа, с тайным глубоким покаянием»^[69].

Важнейшей особенностью духовного пути Иоанна Кронштадтского является то, что он, в отличие от большинства подвижников своего времени, не имел опытного духовного наставника. Исследователи единодушно отмечают, что жизнеописания пастыря «не сообщают о его духовных наставниках ни во время обучения, ни после»^[70]. Как справедливо указывает Н. Киценко, отец Иоанн возрастал в духовной жизни не под руководством старца, но самостоятельно, черпая силы исключительно из изучения Священного Писания и собственного аскетического опыта^[71]. В то время как мэтры «умного делания», подобные Феофану Затворнику, выстраивали детализированные системы духовного совершенствования^[72], отец Иоанн приходил к сходным результатам интуитивно, почти не опираясь на готовые схемы. У него не было не только личного духовника, но и систематического «литературного путеводителя»: из святоотеческого наследия он более всего почитал творения свт. Иоанна Златоуста и митрополита Филарета (Дроздова), однако и их изучал преимущественно в академический период^[73], не имея впоследствии времени для углубленного чтения восточных аскетов из-за чрезвычайно насыщенной пастырской деятельности.

На этом общая беседа была завершена. В ходе последовавших частных бесед отец Иоанн развивал мысль о том, что «в настоящее время» пастырское служение сопряжено с особыми трудностями, что требует от священника «высоты своего призвания»^[74]. По его словам, настоящий пастырь не должен искать своего, не быть «себялюбивым», но, подобно «библейским пастырям», не щадить себя ради паствы и всегда «стоять в духе»^[75]. Очевидно, что эти затруднения были связаны с наступлением секулярной культуры и утверждением антропоцентризма в европейской философской традиции, где со времен Ренессанса идеал богочеловека постепенно вытеснялся химерой человекобожества.

Примечательно, что учение самого Иоанна Кронштадтского также можно охарактеризовать как антропоцентрическое, но в принципиально ином, христианском ключе. Усвоив с ранних лет, что человек есть «подобие Божества Вездесущего»^[76] и «царь тварей земных»^[77], он утверждал, что мир был создан Богом именно для человека, дабы высшее творение наслаждалось его благами^[78]. Таким образом, в антропологии отца Иоанна человек не просто полноправен (в строго библейском смысле), но и превосходит любые гражданские права. С другой стороны, в его произведениях присутствуют и предельно уничижительные характеристики: «Помни, человек, что ты нравственное и физическое ничтожество: нравственное — потому, что ты весь — грех, страсть, немощь, и физическое — потому, что тело твое есть земной прах»^[79]. Лаконичной формулой этого диалектического понимания можно считать его же афоризм: «Человек — бог, и человек — ничто»^[80]. Из такого богословия ясно, что священник, по мысли отца Иоанна, призван быть поводырем, ведущим паству по пути подлинного, то есть святоотеческого, антропоцентризма, который утверждает величие человека не вопреки Богу, а исключительно в Нем и через Него.

В ходе беседы Иоанн Кронштадтский обозначил в качестве одной из главных проблем современного ему общества «страсть к развлечениям»^[81]. Преосвященный Михей в своей редакции уточнил, что под «развлечениями» отец Иоанн подразумевал прежде всего светскую культуру, в частности театр^[82]. Критика театра действительно занимала существенное место в публицистике отца Иоанна. В вышедшем в 1902 г. сборнике его высказываний «Христианская философия» театр неоднократно характеризуется как один из «мирских соблазнов», через который «враг человека — диавол» отвлекает людей от Бога. Иоанн Кронштадтский определял театр как «земное и греховное удовольствие», по сути языческое, поскольку «предметом и целью имеет чисто земные удовольствия, и к Богу никого не приводит, разве отрицательно, через сознание всей суетности театральных представлений»^[83].

Показательно, что в редакции преосвященного Михея присутствует упоминание об «интеллигентах» как распространителях вредных для народа «развлечений» — деталь, отсутствующая в версии архимандрита Андрея. Это краткое замечание позволяет обратиться к более общей теме отношения отца Иоанна к интеллигенции^[84]. Для него так называемые «просвещенные люди» представляли собой главное препятствие на пути христианизации общества^[85], поскольку увлечение светской культурой, по его убеждению, вело к утрате духовных ориентиров. В этой связи задача пастырей, с точки зрения отца Иоанна, заключалась в том, чтобы вернуть людям подлинный смысл жизни^[86].

Завершая беседу, ее участники коснулись событий, происходивших в то время во Франции, где имели место гонения на католиков^[87]. Отец Иоанн полагал, что корень духовного кризиса французского общества кроется в папстве, которое, оторвав духовенство от паствы, в конечном счете породило враждебное отношение сначала к клиру, а затем и к христианству в целом^[88]. Примечательно, что эта тема отсутствует в редакции Михея и сохранилась лишь в первоначальной записи архимандрита Андрея. Данное умолчание вряд ли можно считать случайным. Напомним, что Франция в тот период являлась ключевым военно-политическим союзником России (о чем, кстати, свидетельствует и факт получения Иоанном Кронштадтским письма с «лучшими пожеланиями» от французского посольства^[89]). В условиях неудач в Русско-японской войне, когда поддержка союзника была критически важна, критика в адрес французского правительства — даже продиктованная защитой христианских ценностей — могла быть расценена верховной властью как политически нежелательная. Вероятно, именно по этой причине епископ Михей, готовивший официальную публикацию, счел целесообразным исключить данный политически острый пассаж.

После беседы с сарапульским духовенством отец Иоанн покинул город и более его не посещал (впоследствии он побывал в Вятке лишь в 1907 г.). Рассмотренная беседа наглядно демонстрирует уникальный феномен Иоанна Кронштадтского как старца для белого духовенства — священника, у которого учились другие священники. Многие пастыри специально приезжали в Кронштадт, чтобы сослужить ему и воочию увидеть его служение^[90]. В этом отношении сарапульскому духовенству уникально повезло: они получили возможность приобщиться к этому опыту непосредственно в своей епархии. В беседе нашли отражение ключевые идеи, составлявшие суть личности и пастырства Иоанна Кронштадтского. Центральной среди них является мысль о том, что молитве можно научиться не только под руководством опытных наставников, но и через глубокое самопознание. Не отрицая значения святоотеческого наследия, отец Иоанн главный источник истины видел в Священном Писании, доступном для непосредственного восприятия каждым верующим. В эпоху, когда в духовной среде все больше распространялись научные знания, он предлагал альтернативный, «опытный» путь евангельского совершенствования.

Если религиозно-философские собрания начала XX в. так и не смогли привести интеллигенцию к Церкви, то Иоанн Кронштадтский своим личным благочестием сумел снискать уважение даже среди ее представителей и некоторых из них привести к православной вере. Как точно охарактеризовал его профессор И. А. Сикорский, «специальность отца Иоанна — нравственное усовершенствование себя и других. Его труды записаны не в книгах, не на полноте, но в миллионах сердец… Он словом, делом, примером, а более всего своей личностью воспитывает общество». По мнению Сикорского, духовный опыт отца Иоанна и есть подлинная философия, то «великое искусство» жизни^[91], о котором мечтали античные мудрецы. Именно в этом и заключалась главная идея беседы с сарапульскими пастырями: убедительнее любой апологии или философского диспута оказывается сила личного благочестия, которое одно способно подлинно привлечь людей в Церковь.

Список сокращений

ГМИР — Государственный музей истории религии (г. Санкт-Петербург).

ЦГИА СПб — Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.

РГИА — Российский государственный исторический архив (г. Санкт-Петербург).

Список использованных источников и литературы

1. Андрей (Ухтомский), архимандрит. Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями. Казань: Тип. Императорского Университета, 1904. 6 с.

2. Александр (Семенов-Тян-Шанский), епископ. Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. М.: СПб.: Отчий дом; Иоанновский ставропигальный женский монастырь, 2011. 496 с.

3. Басинский П. В. Святой против Льва. Иоанн Кронштадтский и Лев Толстой: история одной вражды. М.: АСТ, 2013. 572 с.

4. Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями // Новгородские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 16. С. 1095–1102.

5. Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями // Прибавление к Церковным ведомостям. 1904. № 39. С. 1518–1522.

6. Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле // Вятские епархиальные ведомости. Отд. неофиц. 1904. № 19. С. 1116–1125.

7. Беседа с сарапульскими пастырями // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М.: Отчий дом, 2011. С. 11–20.

8. Государственный музей истории религии (ГМИР). Ф. 38. Оп. 1. Д. 23. Л. 23.; Д. 25. Л. 7.

9. Ильяшенко Ф. А. Отец Иоанн Кронштадтский в восприятии современников: дис. … к. и. н. М., 2004. 225 с.

10. Иоанн Кронштадтский, св. прав. Моя жизнь во Христе / сост.: В. А. Десятников. М.: Патриот, 1992. 888 с.

11. Киценко Н. Святой нашего времени: отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. М.: Новое литературное обозрение, 2006. 392 с.

12. Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством Сарапульского викариатства // Екатеринбургские епархиальные ведомости. Отд. неофиц. 1904. № 23. С. 665–676.

13. Михаил (Семенов), иеромонах. Отец Иоанн Ильич Сергиев (полная биография с иллюстрациями). СПб.: «Слово», 1903. 431 с.

14. Одинцов М. И. Иоанн Кронштадтский. М.: Молодая гвардия, 2014. 349 с.

15. Орлов М. А. Иоанн Кронштадтский в Вятском крае: новые данные из архивных источников // Вятская земля в пространстве исторической памяти: К 120-летию открытия Вятской ученой архивной комиссии: материалы Всероссийской научной конференции (Киров, 20–21 ноября 2024 г.). Киров, 2024. С. 142–148.

16. Отец Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский) в г. Вятке // Вятские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 14. С. 811–814.

17. Отец Иоанн Ильич Кронштадтский в г. Сарапуле // Вятские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 14. С. 862–863

18. Отец Иоанн // Север. 1888. № 49. С. 15.

19. Посещение города Вильны отцом Иоанном Кронштадтским // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М.: Отчий дом, 2011. С. 29–51.

20. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 796. Оп. 442. Д. 2255.

21. Святитель Феофан Затворник. Путь ко спасению. М.: Сибирская благозвонница, 2013. 494 с.

22. Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Дневник. Том 1: 1856. М., 2020. 298 с.

23. Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Христианская философия. М.: Издательский отдел Московского Патриархата (Изд. репринтное), 1992. 212 с.

24. Сикорский И. А. Отец Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский) и его пребывание в Киеве // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М.: Отчий дом, 2011. С. 52–64.

25. Соловьёв А., протоиерей. Три раза в Кронштадте у отца Иоанна. Омск: Тип. К. И. Демидовой, 1903. 61 с.

26. Сурский И. К. Отец Иоанн Кронштадтский. М.: Отчий дом, 2008. 719 с.

27. Хондзинский Павел, свящ. Иоанн Кронштадтский. Богословские воззрения // Православная энциклопедия. М., 2010. Т. 24. С. 365–373.

28. Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб). Ф. 2219. Оп. 1. Д. 14 а. Часть 2; Оп. 1. Д. 9 д; Оп. 1. Д. 67.

• Отец Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский) в г. Вятке // Вятские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 14. С. 812.
• Отец Иоанн Ильич Кронштадтский в г. Сарапуле // Вятские епархиальные ведомости. Отд.
• Там же.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством Сарапульского викариатства // Екатеринбургские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 23. С. 666.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями // Новгородские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями // Прибавление к Церковным ведомостям. 1904. № 39. С. 1518–1522.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле // Вятские епархиальные ведомости. Отд. Неофиц. 1904. № 19. С. 1116–1125.
• Андрей (Ухтомский), архим. Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями. Казань, 1904. 6 с.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями. С. 1522.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством... С. 665–676.
• Там же.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1124.
• Беседа с сарапульскими пастырями // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М., 2011. С. 11–20.
• Сурский И. К. Отец Иоанн Кронштадтский. М., 2008. С. 605.
• Там же. С. 154–161.
• Александр (Семенов-Тян-Шанский), еп. Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. М., СПб., 2011. С. 376–385.
• См., напр.: Киценко Н. Святой нашего времени: отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. М., 2006. С. 128; Одинцов М. И. Иоанн Кронштадтский. М., 2014. С. 168–170; Хондзинский Павел, свящ. Иоанн Кронштадтский // Православная энциклопедия. Т. 24. М., 2010. С. 366; Басинский П. В. Святой против Льва. Иоанн Кронштадтский и Лев Толстой: история одной вражды. М., 2013. С. 126; Ильяшенко Ф. А. Отец Иоанн Кронштадтский в восприятии современников: дис. … к. и. н. М., 2004. С. 60.
• Одинцов М. И. Иоанн Кронштадтский. М., 2014. С. 168–170.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1121.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством... С. 667.
• РГИА. Ф. 796. Оп. 442. Д. 2255. Л. 15.
• Орлов М. А. Иоанн Кронштадтский в Вятском крае: новые данные из архивных источников // Вятская земля в пространстве исторической памяти: К 120-летию открытия Вятской ученой архивной комиссии: мат-лы Всерос. научн. конф. (Киров, 20–21 ноября 2024 г.). Киров, 2024. С. 144–145.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1117.
• Там же.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 668.
• Михаил (Семенов), иером. Отец Иоанн Ильич Сергиев (полная биография с иллюстрациями). СПб., 1903. С. 76–78.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 668.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1118.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 668.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1118.; Беседа Кронштадтского протоиерея о. Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 668.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1118.
• РГИА. Ф. 796. Оп. 175. Д. 2017. Л. 6.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 670.
• Там же. С. 669–670.
• Михаил (Семенов), иеромонах. Отец Иоанн Ильич Сергиев… С. 75.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 670.
• Там же.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1118.
• Басинский П. В. Святой против Льва… С. 145.
• ГМИР. Ф. 38. Оп. 1. Д. 23. Л. 23.; Д. 25. Л. 7; ЦГИА СПб. Ф. 2219. Оп. 1. Д. 14 а. Часть 2. Л. 232–232 об.
• Басинский П. В. Святой против Льва… С. 179.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1118.
• Там же. С. 1119.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 669.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 670.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1119.
• Там же.
• Там же. С. 1120.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 671.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1120–1122.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 674.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1121.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 673.
• Отец Иоанн // Север. 1888. № 49. С. 15.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1120.
• Там же. С. 1121.
• Там же. С. 1122.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 672.
• Соловьёв А., прот. Три раза в Кронштадте у отца Иоанна. Омск, 1903. С. 10.
• Посещение города Вильны отцом Иоанном Кронштадтским // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М., 2011. С. 32.
• ЦГИА СПб. Ф. 2219. Оп. 1. Д. 9 д. Л. 6.
• Там же. Д. 14 а. Часть 1. Л. 57.
• Там же. Д. 50. Л. 15.
• Там же. Л. 4.
• РГИА. Ф. 1082. Оп. 1. Д. 37. Л. 1.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1122.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 671.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1122–1123.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 672.
• Хондзинский Павел, свящ. Иоанн Кронштадтский. С. 366.
• Киценко Н. Святой нашего времени: отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. С. 25.
• Ср. опыт постепенного духовного очищения: Святитель Феофан Затворник. Путь ко спасению. М., 2013. 494 с.
• Киценко Н. Святой нашего времени: отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. С. 23.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1123.
• Там же.
• Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Дневник. Том 1: 1856. М., 2020. С. 20.
• Св. Праведный отец Иоанн Кронштадтский. Христианская философия. М., 1992. С. 3.
• Там же.
• Иоанн Кронштадтский, св. прав. Моя жизнь во Христе / сост.: В. А. Десятников. М., 1992. С. 82.
• Св. праведный отец Иоанн Кронштадтский. Христианская философия. С. 5.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1124.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 676.
• Св. праведный отец Иоанн Кронштадтский. Христианская философия. С. 31.
• Беседа Кронштадтского протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева с духовенством… С. 676.
• Киценко Н. Святой нашего времени: отец Иоанн Кронштадтский и русский народ. С. 111.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1124.
• Речь идет об антикатолических законах Эмиля Комба: запрет военнослужащим посещать храмы, духовным лицам — светские образовательные учреждения, разрыв дипломатических отношений с Ватиканом.
• Беседа отца Иоанна Кронштадтского с пастырями 21-го июня 1904 г. в г. Сарапуле. С. 1124.
• ЦГИА СПб. Ф. 2219. Оп. 1. Д. 67. Л. 1.
• Басинский П. В. Святой против Льва… С. 197.
• Сикорский И. А. Отец Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский) и его пребывание в Киеве // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский: Воспоминания самовидцев. М., 2011. С. 64.