Хранители благочестия или обрядоверы? Что на самом деле движет православными старообрядцами и католиками-традиционалистами

Уже более двух тысяч лет Церковь Христова существует на этой земле, а люди, узнавшие в Иисусе из Назарета Бога и Спасителя, живут практически в каждом ее уголке. Если с точки зрения религиоведения Церковь – это сообщество христиан, объединенных на основе общей доктрины веры, то с точки зрения экклесиологии она – мистическое тело Христово, Его организм: «И вы – тело Христово, а порознь – члены» (1 Кор. 12:27). Если исходить именно из такого понимания Церкви, становится очевидным, что живой организм может и должен развиваться. И он развивается. Церковь апостольских времен совсем не похожа на Церковь сегодняшнего дня ни догматически, ни литургически. Оттачивались богословские формулировки, развивался обряд. Однако эти процессы протекают далеко не всегда безболезненно. На протяжении практически всей истории Церкви существовали и существуют группы лиц, относящиеся, условно скажем, к крайне консервативному крылу, которые или сводят на нет любое возможное, даже самое безобидное преобразование в Церкви, или активно влияют на процесс, делая его крайне трагическим, а Церковь, и без того рассеченную схизмой, погружают в новые локальные расколы.

Самыми яркими представителями таких радикальных течений, нанесших серьезный удар по церковному единству, в Православной Церкви, особенно в русской, являются так называемые старообрядцы, а в Римско-католической Церкви – католики-традиционалисты. Представители каждой из этих групп считают себя борцами за чистоту веры и хранителями апостольских и святоотеческих преданий. На самом же деле при детальном рассмотрении становится понятно, что движет этими людьми непонимание истинной сути Христова Благовестия и банальное обрядоверие. Именно этот тезис мы и попытаемся раскрыть.

Для начала следует определиться, что именно мы имеем в виду под терминами «старообрядчество» и «католический традиционализм», т. к. оба эти понятия достаточно широки и подразумевают несколько групп различных непохожих друг на друга течений. Для начала в качестве представителей старообрядчества мы рассмотрим наиболее крупное их сообщество – т.н. Белокриницкое согласие, состоящее из двух независимых друг от друга митрополий: в Москве и в городе Брэила (Румыния). Как пример католического традиционализма приведем наиболее известное его течение – Священническое братство святого Пия Х (лат. Fraternitas Sacerdotalis Sancti Pii X, также FSSPX). Приверженцы совершенно различных богословских, литургических и культурных взглядов, члены этих двух сообществ противостоят официальной Церкви и стремятся к сохранению древних и устоявшихся практик. Естественно, таковые возводятся в разряд догмата, и вопрос об их возможной неактуальности даже не рассматривается.

Так, старообрядцы исповедуют учение о неразрывной связи между внешними формами обрядов и их внутренним содержанием, приводя при этом сомнительную цитату, приписываемую Златоусту: «Господь Бог глубиной своей мудрости человеку под видимыми и телесными знамениями невидимые дары Свои дал есть»^[1], или ссылаются на Иоанна Дамаскина: «Так как мы сложены из видимой, так и невидимой, то есть духовной и чувственной природы, то и поклонение Творцу предлагаем двоякое»^[2]. Богословская база под их взгляды, естественно, подведена. Интересно другое. Старообрядцы указывают на то, что впервые ревизия учения о таинствах и обрядах была предпринята в Католической Церкви, обвиняя ее в разделении на главное и второстепенное^[3]. Как мы видим, старообрядцы отрицают любую возможность какого-либо изменения в обряде, считая это причиной лишения благодати таинств и обвиняя в этом католиков.

Здесь необходимо обратиться к точке зрения Братства святого Пия Х, основанного архиепископом Марселем Лефевром (+1991), члены которого в просторечии именуются лефевристами. Именно архиепископ Лефевр и ряд сочувствующих его взглядам священников отказались принимать нововведения Второго Ватиканского собора, и особенно тотальное изменение обряда мессы, и создали альтернативное сообщество, в котором продолжили дореформенные практики. Обратим внимание на его слова: «Главное усилие сатаны, – говорит Лефевр, – в том, чтобы ввергнуть нас в непослушание традиции»^[4]. Мы видим, что представители Братства Пия X выбрали «принадлежность Церкви всех времен с отказом принадлежать церкви либеральной и реформированной»^[5]. Это очень четко перекликается со старообрядческим «за азъ единый живот положи».

Абсолютное неумение и нежелание различать Божественное Откровение и человеческое наследие привело поборников традиций к тяжелейшим последствиям. И в старообрядческом православии, и в католическом традиционализме стали появляться крайне консервативные группы, зашедшие в своих «богословских рассуждениях» еще дальше. Так появились «древлеправославные христиане иже священства не приемлющие». Согласно их учению, церковные реформы богослужения и обряда привели к воцарению Антихриста, и благодать священства прекратила действовать на земле. Беспоповцы ради сохранения обряда готовы были пожертвовать не только богослужением, но и таинствами, а в особенности Евхаристией, так как совершать ее возможности у них не было^[6]. Напрашивается риторический вопрос: можно ли людей, сознательно отвергших Евхаристию – а значит и Христа – называть христианами?

«Порыв благочестия» остановить трудно. Беспоповство также разделилось на множество толков и согласий, каждое из которых едва ли напоминает христианство. Так, можно встретить и отрицание икон (дырники), и пропаганду блуда («любушкино согласие»), и отрицание крещения (некрестяки). На все это они готовы были пойти ради сохранения визуальных составляющих дореформенного обряда. Ирония заключается в том, что беспоповцы большей части обряда все равно лишились. Нет священства – нет и богослужения.

Практически идентичное явление можно найти и в католицизме. Это т.н. седевакантисты. Название происходит от латинских слов sedes — престол и vacans — пустующий; термин Sede Vacante («при незанятом престоле») используется для обозначения периода вакансии папского престола. Приверженцы седевакантизма отрицают законность пап, правивших после Второго Ватиканского собора, а также отрицают хиротонии действующего католического духовенства, так как, по их мнению, изменение в обрядовых формах таинств делает последние недействительными. С точки зрения Ватикана, седевакантисты являются бескомпромиссными раскольниками, в отличие от общества Пия Х, хотя давно известно, что внутри братства присутствуют седевакантистские настроения^[7].

В заключение приведем пример консервативных групп, которые желают сохранять свой богослужебный обряд, но при этом иметь евхаристическое единство с Церковью. В православии к таковым можно отнести единоверцев, совершающих богослужение по старому обряду, а в Католической Церкви – Священническое братство святого Петра (FSSP) и институт Христа Царя и Архиерея, покровительствующие традиционному латинскому литургическому искусству. Эти сообщества адекватно относятся к обряду и не ставят его выше евхаристического единства.

Вне всякого сомнения, рассматриваемые нами течения в христианстве позиционируют себя как истинную церковь, сохранившую древнее благочестие и наследие отцов. По их мнению, именно это делает их наследниками Царства Небесного. Но так ли это на самом деле? В своей архиерейской молитве Господь Иисус Христос молил Отца: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин. 17:21). Он же говорил апостолам: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35). Основополагающим принципом в христианстве, по слову Спасителя, является единство и любовь. Именно это и есть Божественная истина, данная Им Самим. Все остальное принято называть наследием Церкви. Человеческим наследием. Оно может изменяться. В отличие от Ветхого Завета, в Новом Завете Христос ни слова не сказал людям про обряд. Он не коснулся его, как темы второстепенной и малозначительной по сравнению с тем, что Он принес миру. Представители разбираемых нами консервативных движений поступились Богоустановленным принципом христианского единства в угоду сохранения человеческого наследия. Такие действия можно классифицировать как суеверное отношение к церковным обрядам и их отождествление с главным средством спасения. Таким образом, вера в спасительность формы без осмысления ее содержания и актуальности и акцент на внешнем вместо стремления уподобиться Богу в любви и единомыслии никаким иным термином, кроме как «обрядоверие», обозначаться не может.

Литература:

1. Урушев Д. История русского старообрядчества, М. Эксмо. 2016. 274 с.
2. Протоиерей Иоанн Полянский. Записки миссионера. Беседы с старообрядцами. Книжки 8-14. Издание 3, М. 1912.
3. Марсель Лефевр. Они предали Его. От либерализма к отступничеству, Спб. Владимир Даль, 2007, 355 с.
4. Madrid, Patrick; Vere, Peter (2004), More Catholic Than the Pope: An Inside Look at Extreme Traditionalism, Our Sunday Visitor, p. 169.

^[1] См. Большой катехизис Лаврентия Зизания.

^[2] Св. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Спб. 1894. С. 217.

^[3] Чистяков Г. Нужны ли Православию обряды? [Электронный ресурс.] URL: https://samstar-biblio.ucoz.ru/publ/146-1-0-772 (дата обращения 08.06.20).

^[4] Прот. Валентин Асмус. Архиепископ Марсель Лефевр и католицизм XX века // Regnum Aeternum (ΑΙΩΝΙΟΣ ΒΑΣΙΛΕΙΑ. Царство вечное). М.-Париж, 1996. Изд. 1.

^[5] Там же.

^[6] Попов С.Н. Типология (классификация) христианских церквей. (Русские староверы – старообрядцы или реформаторы?) // Теология и религиоведение: сб. ст. Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2007. Вып. 2.

^[7] Священник (епископ) Роберт Л. Невилл. Ошибки и противоречия FSSPX. Причины, по которым я покинул Братство св. Пия Х [Электронный ресурс.] URL: http://ultramontes.pl/neville_list_do_bp_fellay.htm (дата обращения 08.06.20).