Проект документа «О благословении православных христиан на исполнение воинского долга»
Опубликовано: 03 февраля 2020
Защита Отечества с оружием в руках благословляется Церковью, что нашло отражение и в священных канонах. Так, правило святого Афанасия Великого (Послание к Аммуну монаху) гласит: «Не позволительно убивать; но убивать врагов на брани и законно, и похвалы достойно». Вместе с тем, 13-е правило святого Василия Великого отмечает: «Убиение на брани отцы наши не вменяли за убийство, извиняя, как мнится мне, поборников целомудрия и благочестия. Но, может быть, добро было бы советовати, чтобы они, как имеющие нечистые руки, три года удержалися от приобщения токмо Святых Таин».
В ходатайственной части анафоры святителя Василия Великого содержится прошение о благоверных и христолюбивых правителях: «Осени над главами их в день брани, укрепи их мышцу, возвыси их десницу, удержави их правление, покори им вся варварския языки, брани хотящыя, даруй им глубокий и неотъемлемый мир, возглаголи в сердцах их благая о Церкви Твоей и всех людех Твоих, да в тишине их тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте. Помяни, Господи, всякое начало и власть, и иже в палате братию нашу, и все воинство»[1]. Молитва о воинстве возглашается также в прошениях ектений и заамвонной молитве чинопоследования литургии святителя Василия Великого.
Во многих других древних молитвословиях и песнопениях также присутствуют прошения о даровании императору победы над врагами (например, в тропаре и кондаке Кресту, припевах канона Сретения Господня) или выражения благодарности за защиту от военных нападений (например, в кондаке «Взбранной Воеводе»). В XI веке митрополитом Евхаитским святителем Иоанном Мавроподом были написаны молебные каноны «При приближении тяжкой брани против Великого города [Константинополя]» и «Благодарственный… по завершении сражения». В XIV веке святителем Филофеем Коккином, патриархом Константинопольским, было составлено последование о воинах-защитниках Отечества во главе с царем — канон «за царя и за люди… в брани против сопостат находящих на ны» — и несколько молитв, которые вошли в состав дониконовского русского Потребника[2]. В Большой Требник, созданный в ходе реформ патриарха Никона, был включен иной чин, того же содержания: «Последование молебного пения ко Господу Богу, певаемого во время брани против супостатов, находящих на ны». Главной темой всех этих последований является призывание мира на землю и на воюющие стороны.
По крайней мере с XII века в русской истории известен чин «опоясывания мечем» юного княжича в знак его готовности нести воинское служение и участвовать в обороне своих земель[3]. Личное холодное оружие князей и воинов благословлялось Церковью как символ их статуса и готовности нести свое служение, цель которого — чтобы «не опустела пажить овец Господних»[4].
«Евхологион или Требник», созданный святителем Петром (Могилой), включает не только традиционные последования, взятые из древних рукописей или греческих и славянских старопечатных книг, но и множество новых для православной богослужебной практики чинов, написанных самим святителем Петром или переведенных им с латыни (из римско-католических изданий). В частности, в Требнике митрополита Петра появились «Чин освящения воинскаго знамения, еже есть хоругви, и воем благословения на брань», и «Чин благословения воинских оружий»[5]. Эти чины стали известны в России и вошли в состав книги «Последование молебных пений», изданной по благословению Святейшего Правительствующего Синода[6].
Хотя в латинском источнике «Чина благословения воинских оружий» речь шла только о благословении личных доспехов (armorum), в примечании к изданию чина в православных богослужебных книгах указано, что по этому же чинопоследованию благословляются не только воинские доспехи, то есть элементы личного оборонительного снаряжения воина, но «и меч, и сабля»[7].
В тексте самого чина упоминаются вооружения, которые воин носит на себе и которые получают благословение вместе с самим воином, притом с определенной целью: «Рабу Твоему сему имярек носити ко укреплeнию и заступлeнию Церкви Твоея святыя, сирых же и вдовиц, и на земли сyщаго святаго достояния Твоего». В молитвах чина высказывается надежда на то, что вручаемые воину «оружия» послужат к победе, но не ради земной выгоды, а ради славы Божией, «к защищению и заступлению истины Христовы».
В уставных документах синодальной эпохи присутствуют указания, касающиеся молитвенных чинов и благословения воинов, в том числе упоминается молебный чин перед началом боевых действий[8]. Также в синодальный период совершалось благословение личного холодного оружия (например, казачьих шашек или кортиков морских офицеров) в соответствии с упомянутым выше чином.
Не отражено в традиции Православной Церкви и не соответствует содержанию самого Чина благословения воинских оружий, а потому должно быть исключено из пастырской практики использование данного чинопоследования для «освящения» любых разновидностей оружия, употребление которого может повлечь за собой гибель неопределенного количества людей, в том числе оружия неизбирательного действия и оружия массового поражения.
Вместе с тем уместно благословение средств передвижения, используемых военными на суше, на воде или в воздухе, ибо при этом испрашивается у Господа не «освящение» пушек, реактивных снарядов или средств бомбометания, но охранение воинов: «Ниспосли благословение Твое на колесницу сию и ангела Твоего к ней пристави, да шествующие в ней им храними и наставляеми в мире и благополучии путь свой совершивше, Тебе славу и благодарение возсылают»[9]; «корaбль сeй воздyшный освяти и путьшeствующия в нeм благослови, от всякаго зла соблюдaя»[10]; «сeй корaбль соблюди, и дaждь ему ангела блага, мирна; хотящия плыти в нeм сохрани, дaждь им во вся отыти здравым»[11]; «плыти в них хотящему воинству соплавай и благоутишны ветры им посли, и пристави им ангела блага всесильныя Твоея крепости»[12].
В современной практике ряда Поместных Православных Церквей употребляются разнообразные чинопоследования, имеющие отношение к воинской службе. К примеру: чины водосвятия в различного вида войсковых частях, госпиталях, молебны на проводы войска в миротворческую миссию и на встречу после возвращения, на открытие военных городков или казарм, по случаю выпуска из военного училища, присвоения воинского звания, награждения теми или иными воинскими отличиями, в том числе и именным оружием, а также последования при вручении воинских знамен, при смене и передаче обязанностей главнокомандующего и иных важных событиях[13].
Из вышеизложенного следует, что молитва о воинах является устойчивой церковной практикой, причем эта молитва совершается как в ежедневных богослужениях, так и особенным чином, — во время брани. Кроме того, церковной традиции соответствует благословение воина на несение ратной службы.
В Русской Православной Церкви приняты богослужебные последования такого благословения: «Чин освящения воинского знамени, еже есть хоругви, и воем благословения на брань» и «Чин благословения воинских оружий», включающий в себя благословение личного оружия или средств личной защиты воинов.
Также представляется возможным и желательным включение в литургическую практику Русской Православной Церкви чинопоследований, относящихся к различным событиям воинской службы, по примеру перечисленных выше.
[1] Чин Божественныя Литургии иже во святых отца нашего Василия Великаго. — М.: Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2012.
[2] См. Прилуцкий В., свящ. Частное богослужение в Русской Церкви в XVI и первой половине XVII в. Киев, 1912. С. 318–324; Прохоров Г. М. К истории литургической поэзии: гимны и молитвы патриарха Филофея Коккина // Труды отдела древнерусской литературы. Л., 1972. Т. 27. С. 145. В славянских рукописях святителю Филофею также атрибутируются аналогичные каноны «на поганыя» и «в усобных и иноплеменных бранех» (Прохоров. С. 144–145).
[3] Татищев В. Н. История Российская. В 3 т. Т. 2. М.: АСТ, 2003. С. 434, 437.
[4] Сказание о Довмонте // Библиотека литературы Древней Руси. Т. 6. СПб.: Наука, 2005. С. 60.
[5] Ευχολογιον албо Молитвослов или Требник. Киев: Издание Киево-Печерской Лавры, 1646. Ч. II. С. 245, 254.
[6] Последование молебных пений. СПб.: Синодальная типография, 1893. С. 209, 222.
[7] Ευχολογιον… Ч. II. С. 256. Последование молебных пений. С. 226.
[8] См., к примеру: «Именной указ, объявленный Сенату Святейшим Синодом «О совершении по всей Империи молебствия по случаю скорого открытия военных действий» 27 мая 1849 г. (ПСЗРИ 2. Т. 24. Отд. 1. № 23270. С. 290); Определение Святейшего Синода от 20 июня 1915 г. (№ 4877) «О совершении повсеместных крестных ходов и молений о дарований российскому воинству победы над врагом» (Церковные ведомости. 1915. № 26. С. 329–332).
[9] Чин благословения колесницы.
[10] Чин освящения самолета.
[11] Чин благословения новаго корабля или лодии.
[12] Чин благословения воднаго судна ратнаго, на сопротивныя отпущаемаго, единаго или многих.
[13] См. «Воинский евхологий», употребляемый в Элладской Православной Церкви (Στρατιωτικὸν περιστασιακὸν Εὐχολόγιον. Ἔδεσσα, 2015). Все чины, включенные в это издание, либо являются традиционными, либо получили одобрение Священного Синода Элладской Церкви в 2009 и 2012 годах.
Комментарии (32)
Первый абзац составлен так, будто Афанасий Великий благословлял именно защиту Отечества с оружием в руках. /"Так, правило святого Афанасия Великого (Послание к Аммуну монаху) гласит: «Не позволительно убивать; но убивать врагов на брани и законно, и похвалы достойно»."/
Но в этой цитате свт. Афанасия нет слов о том на каких именно войнах убийство "законно и похвалы достойно". Буквальное понимание этих слов приводит к тому, что на любой войне убийство врага "похвалы достойно".
Или не на правое дело Россия свое оружие направляет? Не на угодное Богу? А как же военное "С нами Бог!"? Или он уже не с нами? Столько вопросов возникает
Даже если не направляет сейчас, сам факт освящения или принадлежности оружия Российской армии не дает гарантии, что оно не будет принимать участия в несправедливой войне. И, кажется, "правость" дела тут понятие относительное. Когда православные японцы в 1905 году молились за победу своего оружия - они за правое дело молились? А наши предки в то же время с противоположной стороны?
Если стать на Вашу позицию, то не следует вообще освящать (т.е. благословлять) никакого оружия. Но это противоречит Преданию Церкви и данному документу, так как его авторы предлагают оставить освящение личного оружия. Кстати, а на каком основании Вы считаете, что нельзя освящать оборудования для скотобойни и топор палача? Тогда и охотничье оружие нельзя освящать, а к топору палача можно применить слова апостола Павла: "ибо он (начальник) не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое" (Рим. 13:4). А на Крещение Господне положено окроплять даже отхожие места. Я ничего не утверждаю, я просто спрашиваю, известны ли Вам какие-то церковные каноны и постановления с указанием, что можно освящать, а что нет? Церковь освящает те вещи, которые служат благословленным Ею делам и не освящает вещи служащие делам греховным. А воинское служение является благословленным, т.е. не греховным делом. И в конце хотелось бы заметить, что смерть несет грех, а не оружие.
Не совсем понятно, что вы подразумеваете : "положено окроплять даже отхожие места". Есть конкретные указания, что это НУЖНО делать?
По поводу освящения оружия и воинского долга.
Воинское служение вовсе не абстракция, а конкретные действия. Исходя из вашей логики Церковью вполне допустимо благословение "воинского служения", в т.ч. и преступного (войны Вермахта, например).
Про освящение топора и проч. оружия. Допустим в Церкви ранее не было сформулировано конкретного решения по вопросу освящения оружия. Уместно ли из-за этого проявлять безразличие к предметам освящения, тем более топору палача?
Опять от теоретизирования перейдём к исторической практике.
Топоры опричников, как и пистолеты сотрудников НКВД (оставим за скобками их воинствующий атеизм, дело не в этом) - их тоже стоит освящать, руководствуясь словами ап. Павла про "начальника, носящего меч"? Допустимо ли священнослужителям проявлять нравственное безразличие в этом вопросе?
Смысл освящения оружия в том, что Церковь благословляет его употреблять для защиты Отечества и ближних. И наоборот, запрет на освящения определенного вида оружия свидетельствует, что Церковь считает его употребление греховным. И если, как было указано в начале разбираемого документа, ранее святые отцы убийство на войне "не вменяли в убийство", то после принятия данного документа, все кто связан с употреблением неблагословленного оружия будут причастны к смертному греху убийства. Т.е. по сути становится невозможным служение православного христианина в современной армии, где личное оружия (которое разрешается освящать) давно не имеет решающего значение. Тем самым Церковь будет поставлена в противоречивое положение перед обществом и армией - с одной стороны Она якобы благословляет защиту Отечества и воинскую службу, а с другой - не благословляет пользоваться современным оружием без которого сегодня армия перестает быть армией. Конечно, сторонники данного проекта могут сказать, что я слишком обостряю и утрирую проблему. Но в реальности подавляющее большинство православных и военнослужащих будут воспринимать этот документ именно в таком пацифистском ключе. И я не представляю как внятно можно будет объяснить артеллеристам, танкистам, летчикам, ракетчикам, и вообще всему коммандному составу, что их служба Церковью благословляется, а оружие которым они пользуются нет.
Во-первых, совершенно не всякая война является защитой отечества. При этом, как правило, любое политическое руководство будет называть начатую им войну защитой отечества - просто потому, что так удобно. И что делать конкретному солдату или офицеру? Каждый раз отдельно решать, право политическое руководство страны или нет? Но это нарушает базовый армейский принцип, согласно которому армия лишь исполняет приказы политического руководства, а не оценивает их, выбирая какие исполнять, а какие - нет.
Во-вторых, защита отечества не оправдывает греха. Сознательное массовое убийство невиновных - это смертный грех независимо от мотивации. Какой смысл защищать временное отечество ценой лишения себя Отечества истинного, вечного?
Надо четко понять, что есть (не всегда очевидная) грань, между тем, что можно сделать для блага ближнего и тем, что нельзя сделать. Применять оружие массового уничтожения - нельзя, потому что защите отечества это не поможет, а множество людей, виновных лишь в том, что оказались в неправильном месте, убьет.
Ваши тезисы просто иллюстрируют то, о чем я говорю. Если всерьез воспринять Вашу точку зрения, то мы неизбежно придем к заключению, что православному христианину нельзя служить в современной армии, доктрина которой при любых военных действиях строится на применении ракет, артиллерий, авиаударов и пр. оружия влекущая неизбежную смерть мирного населения. Тогда Церкви нужно прямо сказать, что мы не благословляем вообще служение в современной армии (ну разве что в медсанчасти). А так какое-то лицемерие: служить и обслуживать оружие влекущее массовую гибель (согласно рассматриваемому документу) Церковь своим благословением военнослужащих обязывает, но в случае если они исполнят свой воинский долг и применят это оружие - то Церковь этого не благословляло, а воины все грешники.
Споры же о справедливости и несправедливости войны не имеют никакого отношения к данной дискуссии, так как разбираемый документ априори подразумевает, что речь идет только о том воинском служении, которое благословляется Церковью (т.е. ради защиты Веры и Отечества) и соответственно возможности в этом служении употреблять данное оружие.
Поддерживаю Вашу точку зрения.
Надо провести четкое разделение между неизбежной, но нежелательной гибелью мирного населения при применении артиллерии и т.п. (хотя во многих странах от генералов требуют уведомлять мирное население об ударах) и целенаправленным убийством именно мирного населения оружием массового уничтожения.
Я бы сказал, что православный христианин может быть современным военным; но он совершенно точно не может быть "идеальным" современным военным, т.е. таким, на которого командование может положиться в любом случае, без оглядки на веру и мораль. Православный военный может отказаться выполнять приказ, который с точки зрения политического или армейского руководства не является преступным, но при этом преступен по отношению к Закону Божию. Для руководства такой солдат никогда не будет полностью надежен.
В дореволюционной России, при всех ее минусах, нормы христианской морали были частью закона, в том числе и в военное время. Воля Божия и воля "кесаря" в идеале должны были совпадать. В современной светской России это не так даже в теории. Поэтому было бы правильным совершенно отказаться от благословения воинства (оружия, флагов, мероприятий), предоставив совести каждого верующего решать, может ли он служить в современной армии со всеми ее моральными рисками. И, конечно, не отказывать военным в личном окормлении и благословении.
Прекрасный, разумный, взвешенный документ!
Действительно, многих до сих пор смущало освящение оружия, которое имело место в Русской Церкви. Авторы приводят историческую справку, в которой наглядно показывают, как от освящения доспехов мы пришли к освящению боеголовок.
В чем неправильность освящения собственно оружия - пояснять, наверное, не нужно. Оружие несет смерть, что-то принципиально противоположное замыслу Бога о человеке.
Вы бы топор палача освятили бы? А оборудование для скотобойни? Дело не в моральных оправданиях убийства, благословении/неблагословении, а в том, что не все вещи мы освящаем, которыми пользуемся. Мы же (радикально скажу) не освящаем свалки и очистные сооружения. А на них тоже люди работают...
Как то ни было оружие - это орудие убийства людей и его освящение - абсурд. Благословение может даваться конкретному христианину на несение службы. В сегодняшних реалиях уже практически не идет речи о защите "сирых и вдовиц" и не стоит проблема силовой защиты веры. Армия нередко становится инструментом большой политики борьбы за власть и деньги, и как тогда в таких условиях отделить оружия для "правой/неправой" войны? И не кажется ли вам, что вопрос освящения оружия избирательного/неизбирательного действия является неким софизмом? Получается, что ракету, убивающую неопределнное количество людей, освящать нельзя, а нож, которым военный вероятно вспорет кому-то живот - можно! Ну что ж, ракетчики и артеллеристы здесь явно пасуют перед спецназом у них благодати будет поменьше.
Я считаю, что с точки зрения христианской доктрины только оборонительный военный конфликт может быть оправдан, когда речь идёт об убийстве другого человека. Если есть потенциальная угроза жизни наших соотечественников и сограждан, мы в праве встать на их защиту.
Было бы уместно внести эту позицию в чинопоследования, сказать об этом в наших молитвах чётко и определённо.
В таких и подобных случаях очень помогает Евангельское слово: "...говорите: мир дому сему; и если будет там сын мира, то почиет на нём мир ваш, а если нет, то к вам возвратится. (Лк. 10:4). Т.е., если Бог благословит освящаемое то будет благословенно. А если не угодно Богу, то тщетен труд. Его всеведению известно место и время применения оружия и вооружения. Мы при весем желании не можем постичь всего. И даже такая попытка приведет в тепик. Тут надо довериться Богу, его промыслу. Мы освящаем с намерением на доброе дело - ВСЕГДА! Всё остальное приближается к высокоумию и попытке постичь непостижимое. А кто боится убить неповинных, то из рассказов православных воинов которые участвовали в военных конфликтах последних времен известно, что зачастую если они не совершали явных вольных грехов, и молились, то Бог покрывая их не давал разрываться падающим рядом гранатам, покрывал от пуль. Благословляя оружие и боеприпасы мы не просим Бога о убийстве, а просим исполнения благого промысла Божия через это оружие в противостоянии с врагом.
Здравствуйте.
Я считаю, что оружие массового поражения ничем не отличается от обычного холодного или огнестрельного. Сначала был меч, потом появился автомат, потом ядерная бомба. Меняется время, меняется оружие и методы ведения войны. А суть остается прежняя. Оружие всегда было призвано нести смерть. Раньше был ратник, у которого был меч. Теперь это армия, у которой есть множество видов вооружения, в том числе и ЯО. Суть от этого не поменялась ни на грамм. В войнах всегда гибли мирные люди, и неважно, чем их убивали. Важен сам факт их гибели. Если задаться вопросом, как и с какой жестокостью убивали людей, то волосы начнут шевелиться даже в тех местах, где не растут. И захочется умереть лучше от ядерной бомбы, чем таким способом, как убивали 500, 1000, 2000 лет назад. И не нужно рассказывать про гуманизм, война всегда была жестока.
"Мы предаем смерти наших детей, зная жестокость врагов". © Кипелов В.А.
Поэтому я против данного проекта.
ЗАКОН О БЛАГОСЛОВЛЕНИИ ПРАВОСЛАВНЫХ НА ИСПОЛНЕНИЕ ВОИНСКОГО ДОЛГА.
Скажу только кое-что, ибо много.
Сначала о самом документе.
Какой-то он, мягко говоря, странный и противоречивый.
В первой половине документа говориться о благословлении и законности
защиты Веры и Отечества с оружием в руках.
И о благословлении и освящении оружия для этого дела.
И так было примерно 1,5 тысячи лет, т.е. это была устоявшаяся традиция.
(Правда некоторые искажения и там есть).
И вдруг, во второй, резолютивной части документа выносится прямо
противоположное первой части мнение-решение.
- Во-первых заявляется, что такой традиции, по защите Веры и Отечества
с оружием в руках небыло. А значит, и тут трудно говорить конкретно, ибо
все запутано, двусмысленно, не однозначно и завуалировано, но общий смысл
такой:
- можно освящать и благословлять средства защиты, по преимуществу
индивидуальные: бронежилеты и каски, и возможно, но не очевидно, наземные
и подземные укрытия.
- Благословляются и освящаются военные средства передвижения во всех средах,
но только с одной целью- пассивной личной защиты воинов.
А защита с помощью оружия запрещается.
- Благословляется и освящается может быть и важная, но вспомогательная и
второстепенная воинская деятельность, и только в мирное время.
Есть еще 3-я часть- предпоследний абзац, но это как предсмертные судороги
традиционализма.
(Есть еще одна особенность этого текста, наверно богословская- разночтение
понятий "благословления" и "освящение".
Наверно у них бывают самостоятельные смыслы и значения.
Но в данном конкретном деле они одинаковы и взаимозаменяемы, как впрочем и
во многих других случаях).
Теперь о сути и смыслах.
Здесь я наверно не что-то свое буду говорить, а просто приводить примеры
и задавать вопросы, хотя и от себя тоже. Ну и опять же только кое что.
1. "Так совершены небо и земля и все воинство их". (Бытие, гл.2, ст.1).
Одно из первых упоминаний о воинстве.
2. "И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и
пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни."
(Бытие, гл.3, ст.24).
- Первое упоминание об оружии. (Хотя тут не понятно, то ли это меч Божий,
то ли Он дал его Херувиму.)
3. Война на небе.(Откровение Иоанна Богослова, гл.12, ст.7-12.)
Даже на небе, среди Ангелов, были войны, и не одна. И еще в конце времен,
будет последняя.
Весьма сомнительно, что это все происходит без ведома Бога, и без Его
участия, благословления и освящения.
Продолжение следует.
Продолжение.
4 Войны на земле.
Это неизбежное зло с момента падения человека и до восстановления его
в первозданном виде.
(Матфея, гл.24, ст.6):
"Также услышите о войнах и военных случаях. Смотрите не ужасайтесь, ибо
надлежит всему этому быть, но это еще не конец", ...
5. 3Царств, гл.18, ст.40:
"И сказал им Илия, схватите пророков Вааловых, чтобы ни один из них не
укрылся. И схватил, и отвел их Илия к потоку Киссону и заколол их там".
А перед этим сказано в ст.36:
"Во время приношения вечерней жертвы подошел Илия пророк и сказал:
Господи Боже Авраамов, Исааков и Израилев! Да познают в сей день, что
Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал все по слову Твоему".
Там заколол Илия 450 жрецов Вааловых и, возможно, еще 400 жрецов
дубравных. Это массовое убийство или нет?
А сколько обычных людей умерло от жажды и голода за 3,5 года засухи
по слову Илии с благословления Бога?
Это даже считать никто не собирался. Это избирательные смерти? Это не
оружие массового уничтожения?
Про другие многочисленные как бы природные катаклизмы вообще молчу.
6. 1Царств, гл.17, ст.49:
"И опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи
и поразил Филистимлянина в лоб его, и он упал лицем на землю".
Сам ли это сделал Давид или по благословлению Бога?
Некоторым напомню, хоть это и не имеет особого значения, на это время Дивид
был уже помазан Первосвященником на царство.
Освящена ли была его праща?
И чем отличается его праща принципиально от лука, пистолета, винтовки, пушки,
миномета, ракеты? Да ничем- это просто инструмент доставки поращающего
элемента, как и колесница: надводный корабль, подводная лодка, самолет, танк,
ракета.
7. Святые изображения, иконы.
7.1. Ангелы и Архангелы изображены часто с копьем, мечем и луком.
они что, не освящены?
7.2. Святые воины изображены с мечем, копьем и луком.
8. Напомню слова Господа св.царю Константину: "Сим победиши"!
ВЫВОД.
Сей документ антиправославный, антигосударственный, антирусский.
Я категорически против него.
Вообще-то надо бы создать чинопоследование на освящение и благословление
современного оружия. А то как-то странно- зачем его создавать, если им нельзя
пользоваться? И армия тогда зачем?
Ну а если уж так не хочется некоторым благословлять и освящать современное
оружие, так и не делайте это, и вообще не трогайте этот вопрос.
Бог без вас освятит и благословит все потребное для нашей защиты по молитвам
Церкви и верующих!
К сожалению мой комментарий страшно извращен оформительски.
(Вот искушение!). И потерял всяческий смысл.
Но прошу читающих обратить внимание на обозначенные цифровые пункты.
Тогда будет что-то понятно!
В документе сказано: «Не отражено в традиции Православной Церкви и не соответствует содержанию самого Чина благословения воинских оружий, а потому должно быть исключено из пастырской практики использование данного чинопоследования для «освящения» любых разновидностей оружия, употребление которого может повлечь за собой гибель неопределенного количества людей, в том числе оружия неизбирательного действия и оружия массового поражения.
Вместе с тем уместно благословение средств передвижения, используемых военными на суше, на воде или в воздухе, ибо при этом испрашивается у Господа не «освящение» пушек, реактивных снарядов или средств бомбометания, но охранение воинов…».
Однако такое отношение к воинскому оружию может быть воспринято как отстранение Церкви от пастырского попечения о тех воинах, чье служение связано непосредственно с оружием массового поражения, которое служит уже более 50 лет сдерживающим фактором очередной мировой войны. В связи с этим предлагается следующая формулировка: «…Вместе с тем уместно благословение средств передвижения, используемых военными на суше, на воде или в воздухе, ибо при этом испрашивается у Господа не «освящение» пушек, реактивных снарядов или средств бомбометания, но охранение воинов. Однако, при освящении воинских частей, чье служение защите Отечества связано с содержанием в боеготовности средств массового поражения, окропляются, в том числе, и эти оружия, как то, с чем непосредственно связано служение воинов. Этим преподается благословение не тоталитарной войне, но охранению мира…».
Некорректно само название документа. Определять воинскую обязанность как "долг" – это стереотип, составляющая идеологии патриотизма. Т. к. это слово имеет нравственный аспект.
Но человек не имеет непременного и безусловного нравственного долга исполнять воинскую обязанность. Слово Божие этого не требует. Но бывает, когда праведно – встать на защиту страны, а бывает, когда праведно – уклониться от исполнения воинской обязанности.
Поэтому Церковь не должна поддерживать идеологию патриотизма и вменять исполнение воинской обязанности как "долг". Но лучше использовать слово "обязанность", т. к. оно подразумевает, скорее, не нравственный, а юридический аспект. Каковой по сути и является воинская обязанность,- она не является нравственным долгом человека, но именно юридической обязанностью.
Более того. Следует осудить ситуацию, когда государство вменяет этот "долг" всем, т. е. всеобщую воинскую обязанность. Т. к. служба в армии в современной ситуации нравственно небезупречна. И при всеобщей воинской обязанности многие призывники сталкиваются с проблемами для совести. Всеобщая воинская обязанность – это по сути форма рабства, которая ставит человека в бесправное состояние, лишает его свободы. И Церковь не должна это поддерживать, но обличать.
Каждый человек должен сам, на основании своей совести, делать выбор, идти в армию или нет. Армия должна быть добровольной, т. е. оплачиваемой как работа.
И восприниматься должна как работа, а не как служба. Например, в греческом языке исполнение воинской обязанности называется не словом "служение" (латрейа), а словом "στρατεύομαι" (практическое исполнение воинских обязанностей, работа воина). Что более правильно. Т. к. воспринимать исполнение воинской обязанности как служение – это грех идолослужения. "Ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи" (Мф. 4, 10).
продолжение следует
продолжение
Болезнь патриотизма.
Цитата: "Защита Отечества...
...воинах-защитниках Отечества..."
Слово "отечество" – имя не собственное, а нарицательное. Т. к. земных отечеств много. Значит, по правилам русского языка должно писаться со строчной буквы. Написание этого слова с заглавной буквы не соответствует правилам орфографии, а значит, не обусловлено орфографическим мотивом, но выдаёт иной мотив,- идеологический. А именно, патриотический мотив, привнесение в документ Церкви идеологии патриотизма.
Неадекватность и идеологическая ангажированность написания слова "отечество" с заглавной буквы становится особенно очевидной при сравнении. Иной раз в одном и том же документе или тексте можно встретить написание слова "Отечество" с заглавной буквы, а написание слова "вера" (когда речь идёт именно о Православной вере) – со строчной. Т. е. в отношении небесного соблюдаются правила орфографии, а по отношению к земному – идеологический пиетет. Тогда как должно быть наоборот, – именно в отношении слова "вера", когда речь идёт о единственной истинной Вере, т. е. Православии, должно пренебречь правилами орфографии. Т. к. это понятие для Христианина действительно обладает идеологическим статусом. Пиетет же перед земным "отечеством", т. е. наделение земного понятия идеологическим статусом, есть ни что иное как язычество, идолослужение. Каковой по сути и является идеология патриотизма.
Поэтому, привнесение в документы и практику Церкви элементов патриотизма является для Церкви мерзостью, порочной практикой.
Употребление слова "отечество" или "родина" с заглавной буквы в отношении земного недопустимо. С заглавной буквы слова "Отечество" и "Родина" можно и должно писать только в одном случае,- если речь идёт о Небесном Отечестве, Небесной Родине, т. е. о Царстве Небесном и Рае.
"Дольние же сии отечества и породы суть только забава привременной нашей жизни и лицедейства. Ибо и отечеством именуется то, что каждый предвосхитил себе или насилием, или собственным бедствием, и где все одинаково странники и пришельцы, сколько бы мы ни играли названиями" (свт. Григорий Богослов, Слово 33).
"И для чего ты гордишься отечеством, говорит Он, когда Я повелеваю тебе быть странником всей вселенной... Откуда ты происходишь, - это так маловажно, что сами языческие философы не придают этому никакого значения, называют внешним и отводят последнее место" (свт. Иоанн Златоуст, т. 7, ч. 1, с. 96).
И вообще нет оснований проецировать слово "отечество" или "родина" (даже в их практическом смысле) на масштаб государства. Это искусственное применение данных терминов, навязанное государством в контексте идеологии патриотизма. В Свящ. Писании эти слова употребляются в исключительно техническом смысле, без всякого пиетета,- как место рождения и воспитания и родства,- и как правило относительно "малой родины",- города или области, а не государства. Так, "отечеством" Христа называется Галилея, а не вся Иудея, и тем более не Римская империя (Мф. 13, 54-57; Мк. 6, 1-4; Лк. 4, 14-24; Ин. 4, 43-44).
Поэтому в документе правильней употребить идеологически нейтральное и практически более точное: "Защита страны..."
продолжение следует
продолжение
Участие в войне.
Цитата: "...правило святого Афанасия Великого (Послание к Аммуну монаху) гласит: «Не позволительно убивать; но убивать врагов на брани и законно, и похвалы достойно». Вместе с тем, 13-е правило святого Василия Великого отмечает: «Убиение на брани отцы наши не вменяли за убийство, извиняя, как мнится мне, поборников целомудрия и благочестия...»"
Свт. Афанасий вовсе не утверждает, будто убивать врагов на брани всегда законно и похвалы достойно, но, просто, в контексте правила приводит пример, когда это действие бывает законно и похвалы достойно,- т. е., например, на брани. Но не всякое убийство на брани законно пред Богом и достойно похвалы.
Важен мотив. Свт. Василий Великий и уточняет, что убийство на брани не является грехом убийства, если оно совершается по мотиву защиты целомудрия и благочестия. Т. е. не всегда и не безусловно, не по любому мотиву, не ради просто интересов страны и государства, но именно по мотиву защиты целомудрия и благочестия, т. е. людей (самих носителей целомудрия и благочестия), Православной веры и Христианских святынь.
А это возможно только в оборонительной и освободительной войне, но не в завоевательной и не в войне за мирские интересы государства и страны.
Поэтому, в документе следует указать, что не во всякой войне Христианин может участвовать, и не всякую войну Церковь может благословлять, но только оборонительную и освободительную. И то только в том случае, если речь идёт о защите целомудрия и благочестия, т. е. людей от насилия и нечестия, Православной веры и Христианских святынь. Но Христианин не может воевать против Христиан и не должен воевать и убивать ради суетных и мирских интересов страны и государства. По заповеди Бога "Не убивай" (Исх. 20, 13).
Например, в войне равноап. Константина против Максенция те Христиане, которые были подданными Максенция, ясно, что не должны были защищать власть Максенция, но должны были стать на сторону Константина. Также, в войнах язычника Святослава и Владимира против Византии ясно, что Христиане из славян не должны были участвовать. Соотв-но, и в любую другую эпоху и в любой другой стране Христианин в войне должен вставать на сторону Христиан и правды Бога, даже если это является изменой земному "отечеству".
Короче говоря, следует заявить, что земные интересы страны и государства ещё не являются оправданием войны. Но только защита целомудрия и благочестия. Со стороны Церкви следует осудить войну, не связанную с защитой целомудрия и благочестия, даже если она соответствует земным интересам страны и государства. В документе следует заявить, что от участия в такой войне Христианин должен отказаться, пусть даже путём неповиновения властям. Именно отказ от участия в несправедливой войне означает мужество и является исповедничеством.
Более того. Даже справедливый статус войны не является оправданием для всякого убийства на ней. Например, убийство мирного населения или военнопленного, даже в справедливой войне, – это не "убийство на брани", но просто грех убийства, за которое положена не трёхлетняя (как в 13-м прав. Васил. Вел.), а многолетняя епитимия как за любое вольное убийство. И даже в бою не всякое убийство оправданно, но в каждом конкретном случае Христианин должен стараться понять волю Бога о данном моменте и следовать своей совести.
Понятно, мгновенно понять волю Божию может только человек, который всю жизнь ищет волю Божию, т. е. имеющий духовный опыт. Но к этому мы все призваны.
продолжение следует
продолжение
"Взбранной Воеводе..."
Цитата: "...или выражения благодарности за защиту от военных нападений (например, в кондаке «Взбранной Воеводе»)..."
Это упоминание совсем не к месту. Т. к. кондак и акафист "Взбранной Воеводе..." свидетельствует не о военной защите, а о защите молитвами Богородицы. Когда военная помощь была как раз бессильна. Т. ч. кондак и акафист "Взбранной Воеводе..." к воинскому делу не имеет никакого отношения.
К слову. Священноначалию следует обратить внимание на неканоничный образ "Взбранной Воеводе", где Пресв. Богородица изображена в военных доспехах. Это бесчиние и противоречит Её действительному облику и сути помощи и покровительства Пресв. Богородицы, которая заключается в Её молитвах и ходатайству к Богу за нас, а не в военной силе.
продолжение следует
продолжение
Благословение оружия.
Цитата: "...с XII века в русской истории известен чин «опоясывания мечем»... Личное холодное оружие князей и воинов благословлялось Церковью...
«Евхологион или Требник», созданный святителем Петром (Могилой), включает не только традиционные последования, взятые из древних рукописей или греческих и славянских старопечатных книг, но и множество новых для православной богослужебной практики чинов, написанных самим святителем Петром или переведенных им с латыни (из римско-католических изданий). В частности, в Требнике митрополита Петра появились «Чин освящения воинскаго знамения, еже есть хоругви, и воем благословения на брань», и «Чин благословения воинских оружий». Эти чины стали известны в России и вошли в состав книги «Последование молебных пений», изданной по благословению Святейшего Правительствующего Синода.
Хотя в латинском источнике «Чина благословения воинских оружий» речь шла только о благословении личных доспехов (armorum), в примечании к изданию чина в православных богослужебных книгах указано, что по этому же чинопоследованию благословляются не только воинские доспехи, то есть элементы личного оборонительного снаряжения воина, но «и меч, и сабля».
...в синодальный период совершалось благословение личного холодного оружия (например, казачьих шашек или кортиков морских офицеров) в соответствии с упомянутым выше чином.
...
В Русской Православной Церкви приняты богослужебные последования такого благословения:.. «Чин благословения воинских оружий», включающий в себя благословение личного оружия..."
Канонический аспект.
Из приведённых источников, как и вообще, видно, что чины благословения оружия не являются для Церкви изначальными и не имеют вселенского характера, но являются поместными нововведениями. Т. е. не имеют основания в Предании Вселенской Церкви,- изначальном, всеобщем и повсеместном учении Церкви. Ссылок на источники поместного значения (и на примечания к ним) не достаточно для оправдания или обоснования этой практики. Т. к. поместная Церковь не обладает статусом непогрешимости.
Богословский аспект.
Церковь – это Царство Божие на земле. А оружие – это атавизм падшего мира. Т. е. относится к таким вещам, которые в принципе и по преимуществу являются следствием грехопадения. И которым поэтому неприлично место в храме. Как, например, мясо, пролитая кровь или месячные у женщин.
Поэтому оружие само по себе не достойно благословения (и, разумеется, присутствия в храме).
Как, например, мясо благословляется не само по себе как явление (т. к. само по себе как явление оно есть печальное следствие грехопадения, неестественное состояние творения, мёртвое тело, которое должно быть живым), но для конкретного употребления в пищу. Так и оружие само по себе не подлежит благословению. Но возможно только благословение на конкретное праведное дело с применением оружия.
К слову, следует обратить внимание на порочную практику занесения оружия в храм. Например, шашек у казаков. В документе надо упомянуть о недопустимости присутствия оружия в храме.
Аспект благочестия.
Вся эта тенденция к нарочному благословению личного оружия (казачьих шашек, кортиков и т. д.) выдаёт некий пиетет к оружию, какое-то идеологическое отношение. Что граничит с идолопоклонством. Такое отношение к оружию обычно в языческих воинских культурах, но неприлично для Христианина. Христианин должен относиться к оружию просто как к инструменту, без всякого пиетета или преклонения.
Поэтому в Церкви неуместны все эти специальные чины благословения оружия. Которые самими пользователями воспринимаются как сообщение оружию какого-то идеологического статуса.
Практический аспект.
Применение любого оружия не гарантировано от злоупотребления. Не может быть уверенности, что благословлённое оружие не будет использовано в неправедных целях.
И на уровне государственной власти. Ведь даже лояльное к Церкви государство не всегда ведёт справедливые войны. Более того, не может быть гарантии постоянства политики государства. И может наступить ситуация, когда государство пошлёт солдат с благословлённым Церковью оружием против Христиан и вообще невинных людей, ради меркантильных или идеологических интересов страны.
И на личном уровне. Не стоит забывать и о том моменте, что в современной ситуации даже личное оружие не является личной принадлежностью, но переходит от солдата к солдату. Каждый из которых может иметь разное отношение к факту его благословения Церковью и разный выбор воли в его применении. Ведь злоупотребления зависят не от факта благословения оружия, но от состояния воли властей и солдат. И факт благословения оружия не остановит субъектов злой воли использовать даже благословлённое Церковью оружие во зло.
Вывод.
Церкви следует совсем отказаться от благословения или освящения оружия. Благословение или освящение оружия должно быть совсем исключено из чинопоследований и практики Церкви.
Возможно только благословение на конкретное праведное дело с применением оружия.
продолжение следует
продолжение
Цитата: "Не отражено в традиции Православной Церкви и не соответствует содержанию самого Чина благословения воинских оружий, а потому должно быть исключено из пастырской практики использование данного чинопоследования для «освящения» любых разновидностей оружия, употребление которого может повлечь за собой гибель неопределенного количества людей, в том числе оружия неизбирательного действия и оружия массового поражения."
Верно! Но, оружие неизбирательного действия и массового поражения должно быть не только лишено освящения и благословения Церкви (которого не достойно никакое оружие), но со стороны Церкви должно заявить о греховности создания и применения таких видов оружия и методов ведения войны с использованием такого оружия. Таких как бомбардировка, пушечный и ракетный обстрел и т. п. Которые допускают гибель невинных и мирного населения и уничтожение христианских святынь.
Даже в справедливой войне не все средства приемлемы для Христианина. Например, бомбёжка и т. п. – это недопустимый, греховный метод ведения войны. Т. к. от неё могут погибнуть невинные и мирные жители и пострадать христианские святыни.
продолжение следует
продолжение
Цитата: "Вместе с тем уместно благословение средств передвижения, используемых военными на суше, на воде или в воздухе, ибо при этом испрашивается у Господа не «освящение» пушек, реактивных снарядов или средств бомбометания, но охранение воинов..."
В этом есть некоторое лицемерие. Ведь ясно, что "средства передвижения", оснащённые оружием, такие как танки, боевые корабли и самолёты, сами являются оружием, т. к. конструктивно, технически участвуют в уничтожении противника.
Более того, даже лишённые вооружения военные средства передвижения могут быть направлены и на ведение несправедливой войны.
Поэтому, по тем же причинам, что и собственно оружие, никакие средства вооружения и ведения войны, в т. ч. и передвижения, не достойны освящения или благословения в принципе.
продолжение следует
продолжение
Освящение знамён.
Цитата: "...в Требнике митрополита Петра появились «Чин освящения воинскаго знамения, еже есть хоругви, и воем благословения на брань»...
В Русской Православной Церкви приняты богослужебные последования такого благословения: «Чин освящения воинского знамени, еже есть хоругви, и воем благословения на брань»..."
Чин освящения знамени богословски и логически не оправдан.
Дело в том, что освящению подлежат вещи, которые само по себе, вне освящения, не имеют идеологического содержания, идеологически нейтральны. Они приобретают определённое идеологическое содержание по факту освящения.
Например, здание само по себе идеологически нейтрально. Но посвящённое Богу становится храмом Бога. Свеча или ладан сами по себе идеологически нейтральны. Но принесённые Богу становятся священными. И т. д.
Вещи же, изначально имеющие идеологическое содержание, освящению не подлежат в принципе. Т. к. они священны или, наоборот, скверны, по факту самого идеологического содержания. И освящение это не изменит.
Например, книга священного содержания не подлежит освящению, т. к. уже священна по факту своего содержания. Напротив, книгу греховного и суетного содержания даже освящение не сделает священной, т. к. не избавит от её заведомо содержания, но будет кощунством, т. к. несовместимо с ним.
Ремарка: Что касается икон, то чин освящения икон – это поместная практика РПЦ, богословски не оправданная. Т. к. православная каноничная икона священна по факту отнесения образа к личности первообраза, что выражается обликом и надписью. Т. е. уже священна по факту содержания. И потому в принципе не нуждается в освящении.
Так и знамя не подлежит освящению, т. к. заведомо имеет самостоятельное идеологическое содержание. Если оно содержит священные христианские символы,- например, образ Спасителя, Крест или Андреевский крест,- не подлежит освящению, т. к. уже священно по факту священного изображения. Напротив, красный советский с серпом и молотом или трёхцветный российский флаг даже по факту освящения не будет очищен от своей языческой и сомнительной, суетной символики, которая присуща ему по факту изображения. Поэтому не подлежит освящению. Которое в таком случае будет кощунством, совершением священного обряда над заведомо и принципиально нечистым и суетным.
окончание следует