![](/data/2020/03/28/337688.p.jpg)
На портале Православие.ру вышла вторая часть статьи авященника Алексия Кнутова и Владимира Немыченкова о месте церковной десятины в жизни прихода.
Современный православный приход
9 сентября 2014 г. Святейший Патриарх Кирилл обратился к архиереям, приходским настоятелям и клирикам, церковным старостам, членам приходских собраний и советов, штатным и добровольным сотрудникам приходов с посланием, посвященным вопросам развития приходской жизни. Одна из главных тем этого послания – повышение активности мирян на приходах. В своём обращении Святейший Патриарх сослался на определение Священного Синода от 25.07.2014 г. (журнал № 74), призывавшее приходское духовенство «всемерно укреплять в мирянах сознание принадлежности к определённой приходской общине, ответственности за жизнь своего прихода. Чувство общинности и ответственности за приход может развиваться через расширение личного общения между прихожанами, через их повседневное вовлечение в решение приходских дел и в практическую заботу о приходе».
Роль мирян на приходах действительно является актуальным вопросом современной церковной жизни, и от его решения зависит будущее Русской Церкви.
Жизнь многих приходов нашей Церкви в своей внешней форме выглядит примерно следующим образом. Своеобразным «локомотивом» жизни большинства приходов является приходской священник, чаще всего настоятель, который, помимо выполнения непосредственных пастырских обязанностей, одновременно является добытчиком материальных средств, строителем, хозяйственником и организатором разных форм приходского служения. Конечно, всё это он делает не один, вокруг него постепенно появляются помощники. Больше или меньше этих помощников (число их во многом зависит от личных качеств священника), однако в целом ситуация почти везде примерно одна и та же: очень часто всё или почти всё хорошее, успешное на приходе существует, поддерживается, развивается благодаря фигуре пастыря, как главного двигателя, вдохновителя, организатора и т. д. В случае изъятия из этой системы деятельного священника вся приходская внешняя активность постепенно затухает, поскольку она целиком или почти целиком была завязана на одной личности.
Почему это происходит? При описанной системе, в которой деятельный священник играет роль «локомотива», его помощники на приходе – это доверенные лица, которых он нашёл, привлёк к выполнению каких-то поручений. Между собой такой священник и помощники оказываются в доверительных личных отношениях. Поэтому в случае прекращения этих личностных отношений (например, когда такого деятельного пастыря переводят на другой приход) возникает большая вероятность угасания деятельности прихода.
Остальные же прихожане при такой системе отношений активной роли на приходе, к сожалению, не играют. Они могут быть при этом постоянными прихожанами, их внешнее участие в жизни прихода, помимо богослужения (участие в соборной молитве – это главное, что объединяет приход, но здесь рассматривается именно внешняя, видимая жизнь прихода), Xэто, прежде всего, материальное обеспечение храма через внесение пожертвований.
Что же сделать, чтобы эти прихожане стали более активными на приходе? Исходя из вышесказанного, они должны войти в личные доверительные отношения со священником, ведь последний – «двигатель всего». Такова система отношений на современных приходах. Низкая же активность прихожан – закономерное следствие этой системы, поскольку по духовным, психологическим, социальным и просто физическим причинам всей массе прихожан невозможно войти в личные доверительные отношения со священником.
Поэтому на поставленный выше вопрос о повышении активности мирян напрашивается следующий ответ: для повышения их активности следует создать другую систему отношений на приходе, когда священник перестанет быть главным организатором всего, а станет выполнять собственно свойственные ему функции пастыря и руководителя прихода. Ведь люди в большинстве своём способны стать более активными тогда, когда понимают, что они за что-то ответственны и от них что-то зависит. А чувство ответственности, в свою очередь, возникает, когда человек сам принимает решения (или участвует в их принятии, если дело касается коллектива, чем приход и является), когда он имеет не только обязанности, но и права. И именно в этом случае человек оказывается наиболее расположенным в чем-то участвовать – не только своими руками, но и финансово, вкладывая свои средства.
Система отношений на приходе способна значительно повысить его жизнеспособность и устойчивость в том именно случае, если функционирование прихода не будет завязано только на личности настоятеля или активного клирика, а будет основано на институциональном распределении полномочий между настоятелем, причтом, Приходским собранием, Приходским советом, Ревизионной комиссией и т.д.
Поэтому, обсуждая проблему низкой активности мирян, мы неминуемо приходим к теме членства в приходе. Согласно действующему Уставу РПЦ от 2000 г. (далее – Устав), «прихожанами являются лица православного исповедания, сохраняющие живую связь со своим приходом» (п. XVII-31)[3]. Членство в приходе сегодня не закрепляется каким-либо формальным образом (внесением в списки прихожан), всё зависит в большей степени от субъективного восприятия мирянином своего положения в Церкви: считает ли он себя прихожанином конкретного храма или нет. Следствием такой нечёткости членства на приходах становится его аморфность, когда точное число прихожан (и тем более имён!) могут назвать настоятели лишь только самых малочисленных приходов.
В двух других пунктах Устава перечисляются духовно-нравственные обязанности прихожанина (XVII-32), обязанности по заботе о материальном содержании причта и храма (XVII-33), а также обязанность содействовать благосостоянию прихода (XVII-32). На языке формально-юридическом это означает, что Устав наделяет прихожанина пассивным правовым статусом: у него есть обязанности, но прав нет (право участвовать в таинствах и обрядах – это литургический статус, здесь он не рассматривается).
После раскрытия статуса прихожанина Устав в последующих пунктах определяет структуру и компетенцию Приходского собрания – важного органа приходского управления. Самое важное в этом разделе то, что Приходское собрание (в той части, в которой оно состоит из мирян) и полнота прихожан прихода – это не одно и то же, как указывалось выше (при сравнении приходских уставов РПЦЗ и РПЦ).
Для того чтобы мирянину попасть в члены Приходского собрания, ему недостаточно иметь только статус прихожанина, а необходимо подать специальное прошение, получить на это разрешение Приходского собрания, утверждаемое потом Епархиальным архиереем. В п. 7.2 типового приходского Устава указывается, что минимальное число членов Приходского собрания – 10 человек[4]. На практике их бывает 10–15 человек, при том, что численность прихода, его постоянных прихожан может составлять несколько сот человек. Такой разрыв означает, что важнейшие права прихожан – право на информацию (что происходит на приходе, поступление, расходование денежных средств и т. д.) и право на участие в принятии решений, влияющих на жизнь прихода – принадлежат весьма ограниченному числу лиц.
Таким образом, существующую систему приходских отношений (священник-«локомотив» и группа его помощников) в значительной степени формирует и закрепляет действующий Устав, поскольку очевидно, что в состав членов Приходского собрания в первую очередь попадут доверенные лица настоятеля. Возможно, наличие такого порядка объясняется наследием советского периода с известными «двадцатками» или чем-то ещё. Однако важен сам результат: данная система функционирования прихода закономерным образом приводит к наличию многих прихожан, у которых, без наделения их правами членов прихода, не формируется мотив ощущать себя, в хорошем смысле, хозяевами на своем приходе, с естественно вытекающим отсюда активным поведением. Вместо этого им естественнее ощущать себя гостями, «захожанами» и т.п.